Новая страница 1

ИЗ ФОНДОВ РБД

Иванова Татьяна Александровна

Правовое регулирование международных автомобильных перевозок грузов

Автореферат диссертации на соискание ученой степени к.ю.н.

Специальность 12.00.03

Москва

РБД

2005

Иванова, Татьяна Александровна

Правовое регулирование международных автомобильных перевозок грузов [Электронный ресурс]: Автореф. дис. на соиск. учен. степ. к.ю.н.: Спец. 12.00.03 / Иванова Татьяна Александровна; [Сарат. гос. акад. права]. - М.: РГБ, 2005. - Из фондов РБД.

Текст воспроизводится по экземпляру, находящемуся в

фонде РГБ:

Иванова Татьяна Александровна

Правовое регулирование международных автомобильных перевозок грузов

Автореферат диссертации на соискание ученой степени

к.ю.н.

Специальность 12.00.03

Саратов - 2004

РБД, 2005 (электронный текст)

На правах рукописи

ИВАНОВА Татьяна Александровна

ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ

МЕЖДУНАРОДНЫХ АВТОМОБИЛЬНЫХ

ПЕРЕВОЗОК ГРУЗОВ

12.00.03 — гражданское право; предпринимательское право; семейное право; международное частное право

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени кандидата юридических наук

Саратов — 2004

Работа выполнена в Государственном образовательном учреждении

высшего профессионального образования «Саратовская государственная академия права»

Научный руководитель: кандидат юридических наук, профессор

ЛНТИПОВ Николай Петрович

Официальные оппоненты: доктор юридических наук, профессор

ХОХЛОВ Вадим Аркадьевич;

кандидат юридических наук, доцент ВАВИЛИН Евгений Валерьевич

Ведущая организация: Волгоградская академия МВД РФ

Защита состоится 8 октября 2004года в 16 часов на заседании диссертационного совета Д - 212. 239. 03 при Государственном образовательном учреждении высшего профессионального образования «Саратовская государственная академия права» (410056, г. Саратов, ул. Чернышевского, 104, аудитория № 102).

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Государственного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Саратовская государственная академия права».

Автореферат разослан «___ »__________ 2004 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета S^/W А.А. Серветник

3 I. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования. Развитие международного экономического сотрудничества предопределяет увеличение объема международных автомобильных перевозок, а вовлечение России в мировые экономические процессы предполагает необходимость обращения отечественной юридической науки к вопросам, касающимся правового регулирования этих перевозок. Важную роль в правовом регулировании транспортного комплекса призваны играть нормы международного частного права, значение которого возросло по мере расширения международных экономических связей, появления новых организационных форм делового сотрудничества.

Законодательство в области транспорта должно обеспечить совершенствование перевозочного процесса в международном сообщении с постепенной интеграцией транспортной системы отдельных государств в мировую транспортную систему и укрепление позиций отечественного перевозчика.

С начала экономических реформ в России и внедрением рыночных отношений была ликвидирована монополия государства, как на внешнюю торговлю, так и на право осуществления международных автомобильных перевозок. Расширился круг участников внешнеэкономической деятельности. Возник спрос на быстрый, надежный, удобный и дешевый транспорт, обслуживающий участников внешнеэкономической деятельности. В этих условиях проявились такие качества автомобильного транспорта, как скорость доставки, сохранность груза, отсутствие перевалок и возможность доставки «от двери до двери».

При осуществлении внешнеторговых перевозок автомобильный транспорт имеет определенные преимущества перед другими видами транспорта: маневренность срочность и регулярность доставки, упаковка требуется в меньших объемах или даже не требуется вовсе. Кроме того, автомобильный транспорт обеспечивает высокую валютную эффективность перевозок.

В настоящее время в России выполняют международные автомобильные перевозки свыше 2500 предприятий, использующих для этих целей свыше 12 тысяч автомобилей.

В организации международных автомобильных перевозок в настоящее

время много проблем, к

^гр^аниц в

регулярном и нерегулярном автомобильном сообщении. Практически отсутствует общепризнанная государствами система учета и контроля автомобильных перевозок. При автомобильных перевозках существенное значение имеет создание гарантий безопасности автотранспорта и обеспечения возмещения вреда третьим лицам источником повышенной опасности. Это достигается посредством введения страхования гражданской ответственности в международных автомобильных перевозках.

Осуществление автомобильной перевозки по иностранной территории предполагает получение соответствующей санкции компетентных органов государства. Одновременно возникает необходимость в урегулировании таможенных вопросов.

Все вышеизложенное предопределяет актуальность диссертационного исследования.

Степень разработанности темы. Поставленные в диссертации вопросы в юридической литературе должным образом не исследовались. Отдельные аспекты разрабатываемой темы изучались в период монополии государства во внешней торговле и международной транспортной деятельности. Вопросы международной автомобильной перевозки грузов в той или иной мере были предметом исследований таких авторов: Алексеева С.С., Ануфриевой Л.П., Антимонова Б.С., Александрова-Дольника М.К., Артемьевой Н.М., Богуславского М.М., Брагинского М.И., Брызгалова М., Будзиевской Л.В., Быкова А.Г., Гаврилова В.В., Дмитриева А.Г., Жесткова М.А., Иоффе О.С., Карбановича И.И., Красавчикова О.А., Лунца Л.А., Марышевой Н.И., Матвеева Г.К., Половинчика Д.И., Савичева Г.П., Садикова О.Н., Самощен-ко И.С., Сергеева А.П., Сулейманова М.К., Сухина Ю.С., Смирнова О.С., Тарасова М.А., Тархова В.А., Толстого Ю.К., Федосеевой Г.Ю., Халфи-ной P.O., Холопова К.В., Хохлова В.А., Юденкова В.

Однако, с момента написания большинства работ прошел немалый срок, в течение которого был новый опыт правоприменительной деятельности и приняты новые нормативные акты и межгосударственные соглашения. Говоря о договоре международной автомобильной перевозке грузов, следует отметить, что данная тематика еще не подвергалась комплексному исследованию.

Вопросам правового регулирования международных автомобильных перевозок грузов посвящен ряд работ, опубликованных в периодической

литературе и несколько монографий, в той или иной мере касающихся рассматриваемой тематики. Все они носят фрагментарный характер.

Однако, несмотря на имеющиеся работы, посвященные исследованию международных автомобильных перевозок, не уделено должного внимания данной проблеме.

Теоретическое обоснование юридической природы договора международной автомобильной перевозки грузов, его содержания, ответственности участников перевозочного процесса еще не отвечает существующим международным экономическим связям и нуждается в дальнейшей разработке.

Конкретным проблемам правового регулирования международной автомобильной перевозки грузов уделяют внимание такие авторы как: Бекяшев К.А., Волчков В., Галактионов А., Донской В.М., Камчатова А., Козлова О., Курганов В.М., Миротин Л.Б., Недбайло П.Е., Отнюкова Г., Петров И.П., Райхер В.К., Ходаков А.Г., Якушев В., Шварц Х.И. -

Однако они ограничены сферой профессиональной деятельности, порядком разрешения споров, связанных с ними.

Существующее в России законодательство еще не в полной мере обеспечивает защиту российских перевозчиков, осуществляющих международные автомобильные перевозки. Все это повлияло на выбор темы исследования.

В свете изложенного представляется современной и актуальной разработка теоретических вопросов, касающихся международных автомобильных перевозок.

Цель и задачи диссертационного исследования. Целью исследования является выявление особенностей правового регулирования международных автомобильных перевозок грузов, разработка предложений по решению на основе сравнительно-правового анализа наиболее значимых теоретических и практических проблем, связанных с международной перевозкой, критическое осмысление действующего в этой области законодательства и международных конвенций и соглашений и выработка на этой основе предложений по его совершенствованию.

В соответствии с поставленной целью определяются следующие задачи исследования:

1) провести анализ системы законодательства, регламентирующего международные автомобильные перевозки;

2) отразить основные- подходы к определению правовой природы и
понятию договора международной автомобильной перевозки грузов;

3) исследование нормативно-правового их регулирования с учетом
современного национального законодательства, а также международных
соглашений и конвенций;

4)      сформулировать предложения по совершенствованию действующего
законодательства   и   международных   конвенций   и   соглашений   в   сфере
международных автомобильных перевозок на основе   анализа научного,
нормативно-   правового   и   практического   материала   и   обобщения   его
результатов;

5) международно-правовое определение понятий и видов автомобильной
перевозки грузов;

6) изучение оснований и условий ответственности по договору
международной автомобильной перевозки грузов;

7) исследование Конвенции МДП, как основного источника правового
регулирования международных автомобильных перевозок;

Объект диссертационного исследования правовые отношения, складывающиеся при осуществлении международных автомобильных перевозок.

Предмет исследования - нормы национального законодательства и международных соглашений и конвенций, и процесс их воздействия на имущественные отношения, возникающие при заключении, исполнении договоров международной автомобильной перевозки.

Эмпирическую базу исследования составили опубликованные и размещенные в электронных правовых базах данных материалы судебной практики Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, Международного коммерческого арбитража при Торгово-промышленной палате, факты, получившие отражение в научной литературе и периодической печати.

Нормативно-правовую базу исследования составили как действующие и утратившие силу нормативные акты Российской Федерации, а также отдельные положения нормативных актов зарубежных государств и международные соглашения и конвенции.

Теоретическую основу диссертации составили научные труды по общей теории права, а также работы отечественных ученых-правоведов,

содержащих анализ проблем института автомобильной перевозки, договорной ответственности в гражданском праве.

Методологическая основа исследования. Для решения поставленных задач автор использовал общенаучный диалектический метод познания, а также комплексный и системный анализ, метод сравнительного правоведения. Работа строится на критическом анализе теоретического анализа и подчинена логике правоприменительного процесса.

Научная новизна исследования состоит в том, что диссертация представляет первую попытку комплексной постановки и разработки актуальных теоретических и практических вопросов правового регулирования международных автомобильных перевозок грузов, с анализом международных соглашений и конвенций.

Комплексный подход к исследованию теории и практики правового регулирования отношений, складывающихся при осуществлении международных автомобильных перевозок позволит оценить состояние, тенденции и перспективы их регулирования и обосновать ряд новых положений.

Научная новизна работы заключается и в том, что впервые исследованы некоторые вопросы правового регулирования международных автомобильных перевозок грузов в условиях рыночных отношений.

На защиту выносятся следующие выводы и положения, конкретизирующие научную новизну исследования:

1. Определение международной автомобильной перевозки, как
перемещение грузов, осуществляемое- посредством любого вида
автотранспорта, в случае если такое перемещение имеет международный
характер: место отправления и место назначения находятся на территориях
разных государств.

Характерной особенностью международного автомобильного сообщения является то, что автотранспортные средства одной страны пересекают государственную границу и следуют по дорогам другого государства.

2.    Определение договора   международной   автомобильной   перевозки
груза как соглашения, в силу которого одна сторона, перевозчик, принимает
на себя обязательства принять груз, перевести его в оговоренный сторонами
срок, в целости и сохранности в указанное место назначения и передать его
грузополучателю, а другая    грузоотправитель передает груз перевозчику и
обязуется    ему    уплатить    провозную    плату.    Договор    международной

автомобильной перевозки грузов является реальным, так как он считается заключенным лишь после передачи груза.

3.      Необходимость применения Таможенной конвенции о международной
перевозке грузов с применением книжки МДП 1975 года, как универсальной
системы   транзита.    Многие    проблемы,    связанные    с    осуществлением
международных автомобильных перевозок, были связаны со сложностью
таможенных   процедур,   от   которых зависят   простои   автотранспорта   на
границах,   расходы   перевозчиков   на   ввозные   и   вывозные   пошлины.
Конвенция   МДП    1975    года   упростила   и   детально   регламентировала
таможенные процедуры.

4.      Предлагается обобщить практику рассмотрения споров, возникающих
из   международных   автомобильных   перевозок   грузов   в   судах   и   дать
соответствующие разъяснения и указания по единообразному применению
законодательства.   Поскольку споры   по   международным   автомобильным
перевозкам весьма сложны, а правильное их разрешение важно с точки
зрения внешнеторговых интересов Российской Федерации.

5. В проведенном исследовании обоснована необходимость Государст
венной программы развития международных автомобильных перевозок в
целях создания единой системы информационного и статистического
обеспечения и совершенствования организации и условия осуществления
международных автомобильных перевозок грузов.

6.         Целесообразно активно вести разработки по созданию нормативно-
правовой   базы регулирования   автомобильных перевозок.   В   этих   целях
предлагается принять новый Устав автомобильного транспорта и разработать
особый   закон,   регулирующий   международные автомобильные перевозки
грузов.

7.    Сделан вывод о   необходимости дальнейшего совершенствования
практики международных соглашений по автомобильным перевозкам,   в
связи,     с     чем.    предложены     возможные     направления     унификации
законодательства различных стран:

а) принятие новых двухсторонних и региональных соглашений об
автомобильных перевозках - в качестве начального и промежуточного звена;

б) пересмотр основных многосторонних и, принятых новых редакций с
сохранением действий прежних редакций с правом, как без права
присоединения к ним после вступления в силу пересмотренных решений,
либо подчинение нового многостороннего соглашения с большим охватом

государств-участников. Необходимость конкретизации содержания материально-правовых норм в пересмотренных либо во вновь созданных текстах;

в) обоснована целесообразность ужесточения штрафных санкций, предусмотренных внутренним российским законодательством.

8. Необходимость включения в нормативные акты оговорки о тех случаях, когда перевозчик обязательно осуществляет страхование. Когда вред причинен в результате обстоятельств, за которые перевозчик не отвечает, охрана интересов потерпевшего должна осуществляться в позиции страхования.

9. Необходимость конкретизации ответственности перевозчика за утрату и повреждение груза. В конвенции и законодательстве следует перечислить обстоятельства, когда перевозчик освобождается от лежащей на нем ответственности в случаях особого риска. Этот перечень должен быть исчерпывающим и расширительному толкованию не подлежит.

Теоретическая и практическая значимость работы. Теоретическая значимость настоящего исследования состоит прежде всего в том, что в работе сделана попытка дать определение договора международной автомобильной перевозки.

Некоторые положения и выводы, содержащиеся в нем, способствуют раскрытию правовой природы договора автомобильной перевозки и могут быть использованы для исследования этой проблемы.

Практическая значимость работы определяется тем, что предложения и выводы могут быть применены в практической деятельности судов, что будет способствовать их эффективной работе. Значимость настоящей работы определяется возможностью ее использования при разработке учебно-методических материалов в юридических и технических учебных заведениях различных уровней и направлений, готовящих специалистов в области международных автомобильных перевозок грузов.

Апробация результатов исследования. Диссертационная работа выполнена и обсуждена на кафедре международного частного права Саратовской государственной академии права. Основные теоретические выводы и положения изложены автором в опубликованных работах, а также были положены в основу научных сообщений, сделанных автором на всероссийских научно-практических конференциях.

Материалы были использованы автором при чтении лекций и проведении занятий по курсу «Международное частное право».

Структура диссертации. Диссертация состоит из введения, трех глав, включающих восемь параграфов, заключения и библиографии.

II. СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается выбор темы и актуальность диссертации, определяются цели, задачи и методология исследования, указывается степень изученности проблемы в юридической литературе, излагается научная новизна, формулируются основные положения, выносимые на защиту, характеризуется теоретическая и практическая значимость работы, дается краткий обзор рассматриваемой правоприменительной практики.

Первая глава диссертационного исследования «Общая характеристика законодательства, регулирующего международные автомобильные перевозки» посвящена исследованию понятия международной автомобильной перевозки грузов. В ней рассматриваются виды международных автомобильных перевозок грузов. Анализируются источники правового регулирования международных автомобильных перевозок грузов. Дается понятие договора международной автомобильной перевозки грузов и раскрывается его содержание.

В первом параграфе дается понятие международной автомобильной перевозки, а также раскрываются виды международных автомобильных перевозок.

Отмечается, что определение понятия «международные перевозки» имеет важное значение, не только с познавательной точки зрения, но и для выбора искомой правовой системы, компетентной регулировать отношения по перемещению грузов или пассажиров. Вопрос о выборе права может стоять только при условии, что такое перемещение имеет международный характер, или, в соответствии с терминологией, принятой в международном частном праве, осложнено «иностранным элементом».

В обобщенном виде под международными перевозками понимается перемещение грузов или пассажиров, осуществляемое посредством любого вида транспорта, в случае, если такое перемещение имеет международный характер: место отправления и место назначения находятся на территориях разных государств или же само перемещение осуществляется по территории иностранного государства, а также другие аналогичные ситуации.

Диссертант подчеркивает, что в науке международного частного права вопрос о понятии «международная перевозка» не является однозначным.

Делается вывод о том, что единой универсальной конвенции, относящейся ко всем видам международных перевозок, не существует. Пожалуй, это и невозможно представить, учитывая специфику и наличие для каждого вида своего понятийного аппарата, оформляющего перевозку.

Невозможно также предусмотреть и всех видов перевозок, существующих сегодня или которые могут возникнуть в будущем, со временем появляются новые виды, регулируемые специально принимаемыми международными конвенциями. В связи с этим и содержание понятия «международная перевозка» также варьируется в зависимости от особенностей регулирования новых отношений.

Проанализировав определения понятия «международная перевозка», представленные в международных соглашениях и Конвенциях автор пришел к выводу, что понятие «международная перевозка» трактуется по-разному. Конвенция о договоре международной дорожной перевозке грузов (КДПГ) определяет международные автомобильные перевозки как перевозки грузов за вознаграждение посредством транспортных средств, когда место погрузки груза и место доставки груза, указанные в контракте, находятся на территории двух различных стран.

В соответствии с Федеральным законом от 2 июля 1998года. «О государственном контроле за осуществлением международных автомобильных перевозок и об ответственности за нарушение порядка их выполнения»

международная автомобильная перевозка — перевозка транспортным средством

грузов или пассажиров за пределы территории Российской Федерации или на территорию Российской Федерации, а также перевозку транспортным средством грузов или пассажиров транзитом через территорию Российской Федерации.

Общей и наиболее важной особенностью международного автомобильного сообщения является то, что автотранспортные средства одной страны пересекают государственную границу и следуют по дорогам другого государства.

Автором выделяются различные виды, международных

автомобильных перевозок грузов.

В зависимости от маршрута следования груза необходимо различать международные перевозки:

- в соседском сообщении (междудвумя граничащими странами);

в транзитном сообщении (с пересечением территории иностранного государства);

- в сквозном сообщении (с пересечением территории иностранного
государства, если пункты отправления и назначения расположены в
одной и той же стране).

В зависимости от принадлежности автомобильного транспортного средства, совершающего перевозку груза, можно разделить международные автомобильные перевозки грузов на:

1 Международные автомобильные перевозки, совершаемые транспортным средством, принадлежащим иностранному перевозчику;

2.Международные автомобильные перевозки, совершаемые транспортным средством, принадлежащим российскому перевозчику.

В. зависимости от особенностей перевозимого груза

возможно разделение, на:

1.    Международные автомобильные перевозки крупногабаритного
груза, т.е. - груза, который с учетом габаритов транспортного средства
превышает   установленные    на   территории    Российской    Федерации
габариты   для   движения   транспортных   средств   по   автомобильным
дорогам;

2. Международные автомобильные перевозки тяжеловесного груза,
т.е. — груза, вес которого с учетом массы транспортного средства
превышает установленные на территории Российской Федерации вес
транспортного средства или нагрузку на ось транспортного средства;

3. Международные автомобильные перевозки опасного груза, т.е. перевозка веществ, изделий из них, отходы производственной и иной хозяйственной деятельности; которые в силу присущих им свойств могут, при перевозке, создать угрозу для жизни и здоровья людей, нанести вред окружающей природной среде, повредить или уничтожить материальные ценности.

На международном автомобильном транспорте применяются также маятниковые перевозки.

Это перевозка пассажиров с территории одного государства к месту временного пребывания на территории другого государства и перевозка тех же пассажиров автобусами тем же перевозчиком обратно в страну первоначального

отъезда; при маятниковой перевозке первый рейс обратно и последний рейс туда являются порожними.

В международной практике широко распространены смешанные перевозки, осуществляемые посредством нескольких видов транспорта.

Определение смешанной перевозки дается в международных конвенциях. В Конвенции ООН о международных смешанных перевозках грузов 1980г. (Россия не участвует) понятие международная смешанная перевозка означает перевозку грузов, по меньшей мере, двумя разными видами транспорта на основании договора о смешанной перевозки из места в одной стране, где грузы поступают в ведение оператора смешанной перевозки, до обусловленного места доставки в другой стране.

Отмечается, что все международные автомобильные перевозки грузов в зависимости от системы их организации можно разделить на два основных вида.

Это трамповые перевозки, которые осуществляются по различным маршрутам и в сроки, согласованные с грузовладельцем. При этом груз перевозится в одном и том же транспортном средстве от пункта отправления до пункта назначения.

Перевозки мелкопартионных грузов по регулярным международным линиям, которые в отличие от трамповых перевозок осуществляются по точно зафиксированным маршрутам, а движение происходит по заранее утвержденным расписаниям.

Основной особенностью данного вида перевозок является движение транспортных средств по строго определенному маршруту и расписанию. Вторая особенность — преимущественная перевозка мелкопартионных грузов, требующих кратковременного хранения, быстрой доставки их грузополучателям.

Во втором параграфе, определяются особенности источников правового регулирования международных автомобильных перевозок грузов, одна из которых заключается в двойственном характере. С одной стороны, источником являются международные договоры, а с другой нормы законодательства и судебная практика отдельных государств. В первом случае имеется в виду международное регулирование, где одни и те же нормы действуют в двух или

нескольких государствах, а во втором — регулирование внутригосударственное.

Однако в обоих случаях предметом регулирования являются гражданско-правовые отношения с иностранным элементом.

Основным источником правового регулирования международных автомобильных перевозок грузов является Устав автомобильного транспорта.

В Уставе подробно регламентируется организация перевозок грузов. Так, согласно Устава перевозки грузов автомобильным транспортом

осуществляются на основании договора, который заключают автотранспортные предприятия с грузоотправителем или грузополучателем.

Автотранспортные предприятия и организации обязаны обеспечить перевозку грузов, а грузоотправитель своевременно предъявить к перевозке грузы в размерах предусмотренных договором (ст. 39 УАТ РСФСР).

Уставом устанавливается обязанность автотранспортной организации своевременно обеспечить подачу подвижного состава по всем пунктам погрузки и выгрузки, подавать грузоотправителям под погрузку исправный подвижный состав. Грузоотправитель должен представить автотранспортному предприятию товарно-транспортную накладную, которая является основным перевозочным документом, и подготовить груз к перевозке.

По договору перевозки груза автотранспортное предприятие обязуется доставить вверенный ему груз в пункт назначения и выдать его управомоченному на получение груза лицу, а грузоотправитель обязуется уплатить за перевозку груза установленную плату.

Уставом все грузы разграничиваются в зависимости от их свойств:

а) грузы товарного характера, для перевозки которых обязательно
оформление товарно-транспортной накладной;

б) грузы нетоварного характера, перевозка которых оформляется актом
замера или актом взвешивания;

в) однородные грузы, то есть от одного грузоотправителя в адрес одного
грузополучателя, которые оформляются одной товарно-транспортной
накладной, одним актом замера или одним актом взвешивания.

Уставом определяется порядок приема груза к перевозке: при приеме груза к перевозке шофер-экспедитор автотранспортного предприятия предъявляет грузоотправителю служебное удостоверение и путевой лист, заверенный, печатью автотранспортного предприятия. Груз должен быть надлежащим образом упакован, погрузка и разгрузка считаются законченными после вручения шоферу надлежаще оформленных товарно-транспортных документов.

Грузоотправители, грузополучатели обязаны осуществлять погрузку и разгрузку автомобилей в установленные сроки, которые устанавливаются правилами применения тарифов. При перевозке автомобильным транспортом грузов в массовых количествах грузоотправители и грузополучатели обязаны обеспечить прием и отпуск грузов ежесуточно не менее, чем в две смены. При централизованном вывозе грузов грузополучатели обязаны принять

прибывший в их адрес груз от автотранспортного предприятия в сроки, установленные уставами соответствующих видов транспорта. При осуществлении технологических перевозок грузов организации должны обеспечивать бесперебойную работу обслуживаемых организаций. Погрузка грузов на автомобиль, закрепление, укрытие, производятся грузоотправителем, а выгрузка из автомобиля - грузополучателем. Водитель обязан:

1. Проверить соответствие укладки груза требованиям безопасности
движения;

2. Обеспечить сохранность подвижного состава; 3. Сообщить
грузоотправителю о неправильностях в укладке груза.

На грузовой автостанции погрузка грузов на автомобиль-и выгрузка грузов производится силами и средствами автостанции.

Для автомобильного транспорта выработано отдельное соглашение о международной дорожной перевозке опасных грузов (ДОПОГ) от 30 сентября 1957 г., вступившее в действие 21.01.1968г. и пересмотренное, вступившее в силу 1 июля 2001 г.

Данное Соглашение было разработано с целью создания унифицированных правил международных автомобильных перевозок опасных грузов и состоит из двух частей.

В первой части (Приложение А) содержится перечень опасных грузов, вообще не допускаемых к перевозке или же перевозимых с соблюдением определенных условий; изложены предписания, касающиеся опасных веществ и предметов, тары и упаковки. А во второй части (Приложение В) предусмотрены технические и коммерческие требования к автотранспортным средствам, используемым для перевозки опасных грузов, установлен обязательный порядок их технического осмотра и выдача в стране регистрации свидетельства о допущении к перевозке, срок действия которого составляет не более одного года.

Приложение А содержит классификацию опасных грузов и перечень опасных веществ и предметов, которым присвоены маргинальные номера: В нем приведены и требования, при соблюдении которых допускается международная автомобильная перевозка опасных грузов.

Согласно Конвенции транспортные средства, предназначенные для международных автомобильных перевозок опасных грузов, должны подвергаться техническим осмотрам в стране регистрации с целью проверки пригодности к этим перевозкам. Компетентные органы страны регистрации в

случае удовлетворительных результатов осмотра выдают на каждое транспортное средство специальное свидетельство о допущении к перевозке, которое составляется на языке страны регистрации и на одном из следующих языков: английском, французском или немецком.

В настоящее время на территории Российской Федерации действуют правила перевозки опасных грузов автомобильным транспортом, разработанные в соответствии с Постановлением Правительства Российской Федерации от 23 апреля 1994 года. Данные правила, определяют основные условия перевозок опасных веществ автомобильным транспортом, общие требования по обеспечению безопасности при их транспортировке, регламентируют взаимоотношения, права и обязанности участников перевозки опасных грузов.

Настоящие правила устанавливают на территории Российской Федерации порядок перевозки опасных грузов автомобильным транспортом по улицам городов, автомобильным дорогам общего пользования.

Действия Правил не распространяются на:

технологические перемещения опасных грузов автомобильным транспортом внутри территории организаций, на которых осуществляется их производство, хранение.

перевозки отдельных видов опасных грузов средствами, принадлежащими вооруженным силам.

перевозки ограниченного количества опасных веществ на одном транспортном средстве.

Согласно Правилам транспортные средства, предназначенные для международных автомобильных перевозок опасных грузов, должны подвергаться техническим осмотрам в стране регистрации. С целью проверки пригодности к этим перевозкам, компетентные органы страны, регистрации в случае удовлетворительных результатов осмотра выдают на каждое транспортное средство специальные свидетельства, о допущении к перевозке, которое, составляется на языке страны регистрации, и на одном из следующих языков: английском, немецком, французском.

Перевозка опасных грузов автомобильным транспортом осуществляется на основании договора перевозки, заключаемого в соответствии с действующим законодательством. Подбираются лица для сопровождения опасных грузов, проверяется инструктаж, согласовывается маршрут перевозки.

Основными договорами, регламентирующими международные автомобильные перевозки, являются:

Конвенция о дорожном движении 1968 года; Европейское соглашение, дополняющее Конвенцию 1971 года.

Конвенция о договоре международной дорожной перевозке грузов (КДПГ) 1956 года.

Таможенная Конвенция о международной перевозке грузов с применением книжки МДП (Конвенция МДП) 1975.

Развитие международного автомобильного сообщения и обмена автомобильным парком между странами обусловили широкую международно-правовую унификацию в области международно-правовой регламентации дорожного движения, дорожных знаков и сигналов.

19 сентября 1949 года в Женеве были приняты Конвенция о дорожном движении и протокол о дорожных знаках и сигналах, рассчитанные на участие государств всех континентов.

Конвенция о дорожном движении 1949 года и Протокол о дорожных знаках и сигналах 1949 года были первыми международными документами, подготовленными Комитетом по внутреннему транспорту и Европейской Экономической Комиссии ООН после окончания второй мировой войны с целью содействия экономическому сотрудничеству и туризму в странах Европы путем развития международного автомобильного движения.

Для смешанных перевозок грузов может также применяться Конвенция ООН о международных смешанных перевозках грузов, Женева, 1980 г. и правила в отношении документов смешанных перевозок, Женева, 1992 г. И Конвенция, не вступившая в силу, и Правила являются факультативными нормами. Поэтому каждая из них регулирует условия договора только в том случае, когда стороны договора признали это целесообразным. На практике чаще всего применяются Правила.

Диссертантом делается вывод о том, что порядок осуществления международных автомобильных перевозок грузов детально регулируется многочисленными международными конвенциями и соглашениями. Такое большое количество источников правового регулирования международной автомобильной перевозки грузов определяется, во-первых, спецификой объекта перевозки, а во-вторых, особенностями перевозки автомобильным транспортом.

В третьем параграфе дается понятие договора международной автомобильной перевозки грузов и раскрывается его содержание.

В настоящее время международные автомобильные перевозки регулируются посредством сочетания двух элементов: национального законодательства и международно-правовых договоров.-

По мере расширения экономических связей между государствами и интеграции промышленного производства возникает необходимость товарообмена, и как следствие дальнейшее увеличение автомобильных перевозок грузов с территории одного государства на территорию другого государства. В связи с этим практическое значение приобретает правовое регулирование отношений участников перевозочного процесса, определение юридической природы договора перевозки.

Проанализировав определения понятия договора международной автомобильной перевозки грузов, представленные в трактовках различных авторов делается вывод о том, что гражданско-правовой договор представляет собой соглашение двух или большего числа сторон, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. К такой трактовке гражданско-правового договора прибегают большинство отечественных авторов, рассматривающих данную категорию.

Диссертант делает вывод, что характерной чертой последних лет является возрастание роли договора. Это связано с коренной перестройкой экономической системы страны.

Под содержанием договора международной автомобильной перевозки грузов понимается совокупность условий, которые определяют права и обязанности участников перевозки, обеспечивающие своевременную доставку грузов к месту назначения и выдачу их получателю в сохранности.

Вторая глава «Правовое регулирование международной

автомобильной перевозки грузов по Книжке МДП» посвящена

исследованию правовой природы, сущности и содержания Книжки МДП, а также Таможенной конвенции о международной перевозке грузов с применением книжки МДП; Конвенции о договоре международной дорожной перевозке грузов 1956 года.

В первом параграфе рассматривается содержание Книжки МДП, ее сущность.

Книжка МДП (Garnet TIR) - единый таможенный документ; манифест соответствия международной автомобильной перевозки грузов требованиям Конвенции о международных перевозках (Конвенции МДП).

Книжка МДП действительна до завершения операции МДП в таможне назначения при условии, что операция начата в таможне отправления в сроки, установленные гарантийным объединением.

На каждое дорожное транспортное средство или контейнер составляется одна книжка МДП. Однако, единая книжка МДП может составляться на состав транспортных средств или на несколько контейнеров, погруженных на одно транспортное средство или на состав транспортных средств. В этом случае в грузовом манифесте книжки МДП должно указываться отдельно содержимое каждого транспортного средства, составляющего часть состава транспортных средств или каждого контейнера. Книжка МДП действительна для выполнения одной перевозки. Она должна содержать по меньшей мере такое число отрывных листков для принятия книжки к таможенному оформлению и для её оформления, какое необходимо для осуществления данной перевозки.

Если таможенные органы производят в пути или в промежуточной таможне досмотр груза в дорожном транспортном средстве, составе транспортных средств или контейнере, они должны сделать отметку о наложенных новых печатях и пломбах и о характере выполненного контроля на отрывных листах книжки МДП, использованных в их стране, в соответствующих корешках, а также на остающихся отрывных листках книжки МДП.

Если таможенные пломбы и печати повреждены в пути или если груз погиб, или был повреждён, но не были повреждены пломбы и печати, должен быть заполнен протокол, содержащийся в книжке МДП.

Если производится перевозка тяжеловесных или громоздких грузов, то на обложке и на всех отрывных листках книжки МДП должна быть сделана жирным шрифтом надпись: «Тяжеловесные или громоздкие грузы» на английском или французскомязыке.

Автор указывает на то, что применение книжки МДП при осуществлении международной перевозки грузов, повышает эффективность и оперативность данного вида перевозок, уменьшает себестоимость перевозок, расходы перевозчиков на ввозные и вывозные пошлины и сборы.

Во втором параграфе раскрываются особенности перевозок грузов по Книжке МДП.

В ноябре 1975 года на состоявшейся итоговой конференции под эгидой Европейской экономической комиссии Организации Объединённых Наций (ЕЭК/ООН) была представлена Конвенция МДП 1975 г., которая вступила в силу в 1978 году. С тех пор она остаётся одной из наиболее действенных международных транспортных конвенций и практически единственной универсальной системой транзита.

Главная цель транзитных таможенных систем - облегчить в максимально возможной степени международные перевозки грузов под таможенными печатями и пломбами, обеспечить необходимую надежность таможенного контроля и соответствующие гарантии. КонвенцияTIR позволяет уменьшить трудности, с которыми сталкиваются перевозчики, и одновременно дает таможенным органам международную систему контроля, приемлемую для работы, и возможность осуществления таможенного контроля различными государственными системами/

Система TIR базируется на 4 основных принципах:

1. Надежные транспортные средства и контейнеры;

2. Международная гарантия;
З.КарнетТIR;

4. Взаимное признание мер таможенного контроля. Из них вытекают следующие обязательные требования:

а) грузы перевозятся в надежных транспортных средствах или
контейнерах, которые полностью исключают возможность доступа к
перевозимому грузу без видимого нарушения или повреждения таможенного
обеспечения;

б) пошлины и сборы, в отношении которых существует риск неуплаты,
должны обеспечиваться международной гарантией на весь период перевозки;

в) груз должен сопровождать международный признанный карнет TIR,
выданный в стране отправления и действительный в качестве контрольного
документа в странах отправления, транзита и назначения;

г) меры таможенного контроля, осуществляемые в стране отправления,
должны признаваться странами транзита и назначения.

В соответствии с Конвенцией TIR перевозка грузов должна осуществляться в контейнерах или в грузовых отделениях транспортных средств, конструкция которых препятствует доступу к содержимому, при наличии таможенных печатей и пломб и любая попытка добраться до этого содержимого будет сразу заметна.

На каждое закрытое таможенное помещение, которое зарегистрировано в ГИБДД как международный транспорт, выдается- свидетельство о пригодности автотранспортного средства, к международным перевозкам грузов. Бланки свидетельств должны быть напечатаны на языке страны выдачи, а также французском или английском. Свидетельство выдается и регистрируется перевозчиком или владельцем транспортного средства при наличии у него лицензии на- право выполнять международные перевозки грузов. Свидетельство выдается сроком на два года и заполняется печатным способом. К свидетельству прилагаются фотографии транспортного средства. На фотографии должен быть четко виден государственный номер транспортного средства.

Вторым основным элементом транзитного режима TIR является международная система гарантий. Эта. система предусматривает уплату национальным гарантийным объединением таможенных пошлин и сборов, которые могут быть не уплачены в ходе транзитных операций, если перевозчик не в состоянии уплатить. Система гарантий TIR имеет простой принцип функционирования. Каждое национальное объединение, представляющее перевозчиков своей страны и признанное ее таможенными органами, гарантирует уплату в своей стране любых пошлин и сборов, которые могут подлежать оплате в случае какого либо нарушения возникшего в ходе транспортной операции с применением карнета TIR. Согласно данному национальному объединению каждая страна пользуется гарантией предоставляемой на ее территории в отношении всех транспортных операций с применением карнета TIR. Таким образом, можно сказать, что таможенные органы имеют дело с национальным партнером, к которому они могут обращаться в случае каких либо нарушений. Если возникает необходимость применения гарантий, таможенные органы в любом случае предъявляют иск гарантийному объединению страны, в котором произошло нарушение, с тем, чтобы урегулировать этот вопрос в рамках данной страны. В Конвенции TIR установлен срок предъявления иска таможенными органами гарантийному объединению. В связи с этим, если таможенные органы оформили карнет TIR без оговорок, они могут предъявить иск гарантийному объединению только в том случае, если будет доказано, что свидетельство о произведенном таможенном оформлении было получено противозаконным или обманным образом. Требование об уплате необходимых пошлин и сборов может быть предъявлено не ранее чем через три месяца со дня такого уведомления.

Таможенные органы не могут предъявлять иск гарантийному объединению в отношении грузов, спрятанных в других частях транспортного средства.

Третьим и наиболее важным элементом всей системы TIR, помимо таблички TIR на самих транспортных средствах, являются карнеты TIR, которые представляют собой основной административный элемент системы TIR. Каждое национальное гарантийное объединение выдает карнет TIR перевозчикам в своей стране в соответствии с условиями, определенными в декларации об обязательствах, подписанной перевозчиком и объединением. Карнет TIR состоит из двух страниц обложки, неотрывного листа и корешков №1 и №2, отрывных листков и корешков №1 и №2, протокола и, если необходимо, специального листка для смешанных перевозок. Первая страница обложки печатается на английском и французском языке, на второй странице приведены правила пользования карнетом TIR на французском и на третьей странице - на английском языке. Протокол заполняется в случае повреждения в пути таможенных печатей и пломб или уничтожения, или повреждения грузов при неповрежденных печатях и пломбах, а также при необходимости переотправки грузов или их срочной разгрузки. Специальный листок для смешанных перевозок служит для более точной идентификации перевозчиков в том случае, если используется более одного вида транспорта. Первая страница обложки, а также отрывные листки и корешки, расположенные по два (№1 и №2), являются наиболее важной частью карнета TIR в том, что касается контроля, проводимого таможенными органами, и действия системы гарантии. Комплект из двух отрывных листков и двух корешков (№1 и №2) выдается в каждой стране, в которой осуществляется любая операция TIR. Применяемый в настоящее время карнет TIR содержит 14 или 20 отрывных листков и корешков (№1 и №2), вследствие чего он может использоваться самое большее в 7 или 10 странах. Предъявление карнета TIR, содержащего названия, печати и подписи выдавшего его объединения, а также должным образом заполненного перевозчиком, уже само по себе является доказательством существования и реальности гарантий. Карнет T1R действителен до завершения операции TIR на таможне страны назначения при условии, что она была начата на таможне страны отправления в сроки, установленные выдавшим ее объединением.

Четвертым и последним основным элементом, лежащим в основе системы TIR, является принцип приемлемости мер таможенного контроля, принятых в стране отправления, для стран транзита и назначения. Согласно этому

принципу грузы, перевозимые в соответствии с процедурой TIR опломбированными дорожными транспортными средствами или контейнерами, обычно не досматриваются на промежуточных таможнях, в чем как раз для перевозчика и заключается главное преимущество системы TIR. Безусловно, это не исключает права таможни проводить выборочные досмотры в тех случаях, когда имеются подозрения в каких-либо нарушениях. Однако, как это принимается и даже указывается в Конвенции, такие досмотры должны производиться в порядке исключения. Эта процедура, будучи весьма привлекательной, для перевозчика, по сути дела означает, что досмотр, произведенный таможней места отправления, приемлем для всех других таможенных служб в ходе транзитной операции TIR. Вследствие этого таможня места отправления играет решающую роль, поскольку от нее зависит то доверие, которое все соответствующие таможенные органы будут иметь к эффективному функционированию системы TIR. В этой связи крайне важно, чтобы в таможне места отправления проводился строгий и полный таможенный досмотр, поскольку от этого зависит функционирование всей системы TIR. Поэтому особенно недопустимы следующие нарушения:

ложная декларация о грузах, позволяющая заменить их другими грузами во время перевозки;

перевозка грузов, не включенных в грузовой манифест карнета TIR.

Таможня места отправления должна также до наложения печатей и пломб проверить состояние дорожного транспортного средства или контейнера, а в случае крытых брезентом транспортных средств или контейнеров состояние брезента и его креплений.

Система TIR имеет явные преимущества для таможенных органов, поскольку она сокращает число обычных требований, предусмотренных процедурами национального транзита. В то же время она позволяет избежать больших затрат времени и средств, при физическом досмотре в странах транзита помимо осмотра печатей и пломб и внешнего состояния транспортных средств и контейнеров. Она также позволяет избежать применения национальных гарантий и оформления национальных документов.

Сегодня TIR является мощным фактором развития международной торговли за счет упрощения экспортных, транзитных и импортных процедур.

Третий параграф второй главы посвящен исследованию Конвенции о договоре международной дорожной перевозки грузов 1956 года. Отмечается,

что Конвенция является базовой, основополагающей нормой автотранспортного частного права.

Конвенция носит открытый характер. Для того, чтобы применялись ее положения, достаточно, чтобы хотя бы одно из двух мест принятия груза к перевозке или предназначенное для его сдачи, находились в двух разных странах, из которых хотя бы одна являлась участницей Конвенции.

Особую актуальность имеет исследование норм Конвенции, регулирующих ответственность перевозчика, отправителя, получателя.

Делается вывод о том, что в основном- в Конвенции содержатся материально правовые нормы. Это касается, прежде всего, регулирования составления накладной, которая имеет силу договора перевозки, основание ответственности сторон:

Третья глава «Ответственность за неисполнение обязательств по договору международной автомобильной' перевозки грузов» посвящена исследованию оснований ответственности за утрату и недостачу, а также просрочку доставки груза.

Первый параграф посвящен анализу ответственности за недостачу и утрату груза.

Отмечается, что ответственность транспортных организаций одна из основных и наиболее острых проблем международного частного права.

Большое внимание уделяется ответственности перевозчика. Данной проблеме посвящена Конвенция о договоре международной дорожной перевозке грузов.

Автор отмечает, что основное содержание Конвенции составляют правила об ответственности автомобильного перевозчика. Подчеркивается обязанность перевозчика «надлежаще и старательно грузить, обрабатывать, перевозить, хранить перевозимые грузы, заботиться о них и выгружать их» (ст. 17 Конвенции).

Ответственность перевозчика презюмируется. Делается вывод о том, что для нормального функционирования института ответственности в нормативных актах должны быть четко оговорены случаи, от наступления которых перевозчик должен осуществлять страхование.

Как правило, на страхование могут быть заявлены следующие риски:

1. Ответственность за гибель или повреждение груза, принятого к
перевозке.

2. Ответственность за финансовые убытки.

3. Ответственность перед третьими лицами.

4.       Для международных перевозчиков предусмотрена также возможность
страхования   ответственности   за   нарушения,   связанные   с   операциями,
подпадающими   под действие Таможенной конвенции о   международной
перевозке   грузов   с   применением   Книжки   МДП.    (т.е.    возможность
страхования таможенных рисков).

Ответственность перевозчика за несохранность перевозимого груза ограничивается частью реального ущерба, причиненного грузовладельцу. Эта часть ущерба может возмещаться перевозчиком трояко:

в случае утраты или недостачи груза — в размере стоимости утраченного или недостающего груза;

в случае повреждения (порчи) груза — в размере суммы, на которую понизилась его стоимость, а при невозможности восстановления поврежденного груза — в размере его стоимости;

в случае утраты груза, сданного к перевозке с объявлением его ценности,— в размере объявленной стоимости груза (п. 2 ст. 796 ГК РФ).

Делается вывод о том, что перевозчик должен нести ответственность только во время выполнения своей договорной обязанности, т.е. во время осуществления перевозки

Судебная практика в области международных автомобильных перевозок не является обширной, однако она позволяет все же констатировать стремление судов капиталистических стран прибегать к применению норм своего национального права.

Второй параграф посвящен ответственности за просрочку доставки груза

Отмечается, что в случае просрочки в доставке груза перевозчик несет ответственность только тогда, когда полномочное по договору лицо (контрагент по договору перевозки) докажет, что данной просрочкой был нанесен какой-либо ущерб, при этом размер ущерба должен быть документально доказан.

Перевозчик возмещает причиненный ущерб, но не более суммы провозной платы - это максимальный предел ответственности перевозчика при просрочке доставки груза.

При этом взыскать возмещение за просрочку можно только тогда, когда в течение 21 дня с момента передачи груза в распоряжение получателя была сделана письменная оговорка.

Если оговорка не сделана и срок для нее пропущен, перевозчик освобождается от ответственности за просрочку в доставке (ст. 30 КДПГ).

В заключении подводятся итоги проведенного исследования и формируются основные выводы, предложения, рекомендации, часть из которых изложена выше.

Основные положения диссертации отражены в публикациях автора, затрагивающих аспекты и особенности исследуемой проблематики:

1. Иванова Т.А. Особенности международных автомобильных перевозок грузов // Международное частное право: актуальные проблемы:

Сборник научных статей / Под ред. Н.П. Антипова. — Саратов: Изд-во ГОУ

ВПО «Саратовская государственная академия права», 2003. С. 128-135 (0,4п.л.).

2. Иванова Т.А. Ответственность по договору международной
автомобильной перевозки грузов // Вестник Волжского Университета им.

В.Н. Татищева. Серия «Юриспруденция». Выпуск тридцать пятый. —

Тольятти: ВУ и Т, 2003. С. 115-120 (0,3 п.л.).

3. Иванова Т.А. Правовое регулирование международных автомобиль
ных перевозок грузов // Учебное пособие / Под ред. профессора
Н.П. Антипова; Саратов: ФГОУ ВПО «Саратовский ГАУ». 2003.— 60 с.

(3,75 п.л.).

Подписано к печати 3.09.2004 г. Усл. печ. л. 1,75. Бумага офсетная. Печать офсетная. Гарнитура «Таймc». Тираж 100 экз. Заказ 2$*/.

Издательство

ГОУ ВПО «Саратовская государственная академия права» 410056, г. Саратов, ул. Чернышевского, 135.

Отпечатано в типографии

ГОУ ВПО «Саратовская государственная академия права» 410056, г. Саратов, ул. Вольская, 1.

•4-170 5»

ИЗ ФОНДОВ РБД

Павлов Евгений Яковлевич

Конституционно-правовой механизм осуществления внешней политики Российской

Федерации

Автореферат диссертации на соискание ученой степени д.ю.н.

Специальность 12.00.02

Москва

РБД

2005

Павлов, Евгений Яковлевич

Конституционно-правовой механизм осуществления внешней политики Российской Федерации [Электронный ресурс]: Автореф. дис. на соиск. учен. степ. д.ю.н.: Спец. 12.00.02 / Павлов Евгений Яковлевич; [Моск. гос. ин-т междунар. отношений]. - М.: РГБ, 2005. - Из фондов РБД.

Текст воспроизводится по экземпляру, находящемуся в

фонде РГБ:

Павлов Евгений Яковлевич

Конституционно-правовой механизм

осуществления внешней политики

Российской Федерации

Автореферат диссертации на соискание ученой степени

д.ю.н.

Специальность 12.00.02

Москва - 2004

РБД, 2005 (электронный текст)

Направахрукописи

ПАВЛОВ Евгений Яковлевич

КОНСТИТУЦИОННО-ПРАВОВОЙ МЕХАНИЗМ ОСУЩЕСТВЛЕНИЯ

ВНЕШНЕЙ ПОЛИТИКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Специальность 12.00.02 — конституционное право, муниципальное право

АВТОРЕФЕРАТ

диссертациинасоисканиеученойстепени доктора юридических наук

МОСКВА 2004

Работа выполнена на кафедре конституционного права Московского государственного института международных отношений (Университет) МИД России

Официальные оппоненты: член-корреспондент РАН

Баглай М.В.

доктор юридических наук, профессор Матвеева Т.Д.

доктор юридических наук, профессор Гудошников Л. М.

Ведущая организация:

Российский государственный торгово-экономический Университет

Защита состоится «Л?~ » 0№<Л4АЛ 2004 г. в 7У - час, на заседании Диссертационного совета Д 209.002.01 при Московском государственном институте международных отношений (Университет) МИД России по адресу: Москва. Пр. Вернадского 76, ауд. 1039.

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке Московского государственного института международных отношений (Университет) МИД России

Автореферат разослан «&Y » d£ufL&O/<J 2004

г.

Ученый секретарь диссертационного совета

Е.В.Охотский

I. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ДИССЕРТАЦИИ

Актуальность темы исследования обусловлена тем, что в настоящее время возрастают требования к реализации внешних функций государства. Необходимость глубокой и всесторонней разработки данной темы стала особенно очевидной после принятия в 1993 году Конституции РФ, которая в отличие от предшествующих советских конституций является в полном смысле этого слова основным законом демократического правового государства.

Актуальность предлагаемого исследования заключается также в том, что в современном мире все большую роль в жизни человечества приобретает фактор международного общения, следствием чего является расширение объема уже существующих видов международных отношений и возникновение новых.

В историческом плане еще сравнительно недавно в международных отношенияхдоминировали в основном три их вида: политические, экономические и военно-политические. Международные научные и культурные связи имели нерегулярный, случайный характер и не имели прочной международно-правовой базы. Но с развитием научно-технической революции, следствием которой явилось бурное развитие средств массовой информации не только в национальном, но и в международном масштабе, расширение обмена научными и культурными ценностями между народами оказало сильное влияние на развитие конституционно-правового механизма осуществления внешней политики в большинстве стран мира, в том числе и РФ. При помощи конституционно-правового механизма осуществления внешней политики в РФ создаются условия для дальнейшего развития всего спектра отношений между Россией и другими странами.

Изменение концептуальных подходов в области осуществления
и развития отношений РФ с другими странами и народами, произо
шедшее в течение последнего десятилетия, а также расширяющийся
объем экономических, научно-технических, культурных и иных от
ношений РФ с иностранными государствами вызвал необходимость
в реорганизации государственных органов, участвующих в осуще
ствлении внешней политики РФ, и создании новой правовой осно
вы их деятельности. Однако главным базисом внешней политики Рос
сийской Федерации и ее государственных органов, наделенных внеш
неполитическими полномочиями, являются принципы и нормы меж
дународного права. _______________

j РОС НАЦИОНАЛЬНАЯ
I БИБЛИОТЕКА

I СПетерв»г

I ОЭ 100 *>«

Основные направления внешней политики РФ подчинены главной цели—созданию благоприятного международного климата для улучшения жизни каждого конкретного члена Российского общества и для успешного развития всей страны в целом. Развивая внешние связи в самых различных областях общественной жизни, Российское государство в лице наделенных внешнеполитическими полномочиями государственных органов реализует скорректированную и дополненную Концепцию внешней политики РФ, принятую в 2000 году. В Концепции говорится, что высшим приоритетом внешнеполитического курса России является защита интересов личности, общества и государства.

Актуальность темы определяют также основные приоритеты внешней политики России в решении глобальных проблем, обозначенных в Концепции.

К таким приоритетам относятся: формирование нового мироустройства; укрепление международной безопасности; обеспечение благоприятных внешнеполитических условий для России в сфере международных экономических отношений; соблюдение и защита прав человека на международном уровне; информационное сопровождение внешнеполитической деятельности.

Решение всех вышеперечисленных приоритетных задач российской внешней политики выдвигает на первый план задачу совершенствования конституционно-правового механизма осуществления внешней политики РФ. Актуальность избранной диссертантом темы обусловлена также комплексом задач российской внешней политики по оздоровлению современной международной обстановки и созданию благоприятных внешних условий для формирования стабильного, справедливого и демократического миропорядка, строящегося на общепризнанных нормах международного права, включая, прежде всего, цели и принципы Устава ООН, а также на равноправных и партнерских отношениях между государствами.

В современных условиях приобретает особое значение совершенствование организационной, правовой и функциональной основ международной деятельности РФ, обобщение и изучение опыта строительства и функционирования конституционно-правового механизма осуществления внешней политики РФ в процессе исторического развития Российского государства. Особая значимость исследований в данной области заключается в том, что от четкости и слаженности работы этого механизма во многом зависят конкретные ре-

зультаты внешнеполитических, внешнеэкономических и других действий РФ на международной арене.

С каждым годом расширяется сфера и возрастает объем международного сотрудничества РФ с зарубежными странами в самых различных областях жизни. В последнее время в практику международных отношений прочно вошла координация действий между ведущими государствами планеты на международной арене. Так, например, встречи глав государств и правительств, министров иностранных дел помогают найти оптимальное решение проблемы в той или иной международной ситуации. Такие контакты регулярно осуществляются в рамках международных организаций, многосторонних и двусторонних встреч на международных форумах, на специальных совещаниях глав государств и глав правительств.

Комплексное изучение организации и процесса функционирования конституционно-правового механизма осуществления внешней политики РФ может в значительной мере способствовать дальнейшему развитию правового регулирования организации и деятельности государственных органов—звеньев государственного аппарата при осуществлении внешнеполитических функций Российского государства.

Намечающаяся тенденция распространения сферы конституционно-правового регулирования на более широкий круг вопросов организации и функционирования конституционно-правового механизма осуществления внешней политики Российского государства обусловлена целым рядом причин внешнеполитического характера. Такими причинами являются: укрепление международных позиций России, рост ее авторитета и влияния в мировой политике, расширение внешнеполитического, экономического, научно-технического и культурного сотрудничества РФ с зарубежными странами, а также тесной взаимосвязью внутренних и внешних факторов развития российского общества.

Возрастающая интенсивность внешнеполитической составляющей в жизни Российского государства вызывает необходимость укрепления правовых основ деятельности России на международной арене. Это в свою очередь повышает актуальность комплексного исследования структуры и деятельности конституционно-правового механизма осуществления внешней политики РФ в целом и взаимодействия входящих в него государственно-правовых институтов, обеспечивающих осуществление внешней политики государства на современном этапе.

Целостная картина организации и функционирования конституционно-правового механизма осуществления внешней политики РФ раскрывает перспективу дальнейшего совершенствования работы его отдельных звеньев в соответствии с достигнутым уровнем развития политических, экономических, научно-технических, культурных и иных связей России с иностранными государствами и международными организациями.

Объектом исследования диссертации является организация и функционирование конституционно-правового механизма осуществления внешней политики России, его правовые основы, главные направления, формы и методы деятельности, входящих в него государственных органов, а также их взаимоотношения при осуществлении внешних функций Российского государства.

Объектом исследования является и накопленный опыт развития конституционно-правового механизма осуществления внешней политики на различных исторических этапах, пройденных Российским государством, а также пути дальнейшего совершенствования организационных форм, правовых основ и порядка функционирования данного механизма.

Как объект исследования "конституционно-правовой механизм осуществления внешней политики РФ" относится, прежде всего, к области российского конституционного права. Однако эту тему нельзя отнести исключительно к этой отрасли права, ибо в сферу осуществления внешней политики Российского государства вовлекаются не только высшие органы государственной власти, но и центральные государственные органы исполнительной власти, в компетенцию которых входят полномочия в области осуществления внешней политики РФ. В этой связи необходимо иметь в виду, что конституционно-правовой механизм осуществления внешней политики РФ функционирует на основе не только государственно-правовых, но и международно-правовых норм. Следовательно, рассматриваемая тема находится на стыке трех отраслей права: конституционного (государственного), административного и международного, хотя определяющее значение здесь имеют конституционно-правовые нормы. По этой причине автор привлекает в ходе исследования труды не только специалистов в области конституционного права, но и труды юристов-международников, специалистов в области административного права.

Степень научной разработанности темы. Анализ отечественной и зарубежной литературы показывает, что проблема исследования конституционно-правового механизма осуществления внешней политики находит свое отражение в ряде работ, посвященных изучению конституционно-правового механизма отдельных стран в целом, либо исследованию отдельных аспектов его организации и функционирования. Однако в настоящее время в отечественной литературе нет работ, посвященных комплексному исследованию конституционно-правового механизма осуществления внешней политики РФ.

Проблеме исследования конституционно-правового механизма осуществления внешней политики посвятили свои работы отечественные и зарубежные ученые-государствоведы. Часть исследований и публикаций относится к так называемому "советскому" периоду развития нашего государства и сравнительно небольшое количество работ на данную тему — современности. В разное время целый ряд отечественных ученых-государствоведов занимались исследованием некоторых аспектов организации и функционирования конституционно-правового механизма осуществления внешней политики, а также роли отдельных государственных органов в осуществлении внешней политики государства.

К их числу относится одно из наиболее ранних исследований в этой области—монография В.К.Вадимова "Верховный Совет СССР и международные отношения" (1958 г.). В этой работе автор впервые в отечественной государственно-правовой литературе подверг анализу внешнеполитическую деятельность верховного представительного органа СССР. Другим крупным исследованием в этой области является монография Н.В.Миронова "Правовое регулирование внешних сношений СССР" (1971 г.), в которой дан комплексный анализ становления и развития правового регулирования внешних сношений СССР за более чем полувековой период существования Советского государства. Анализ основ дипломатической деятельности СССР на международной арене дается в монографии В.А.Зорина "Основы дипломатической службы" (1977 г.).

Государственно-правовой механизм внешних сношений СССР на основе Конституции СССР 1977 г. рассматривается в коллективной монографии "Конституционные основы внешней политики Советского государства" под редакцией И.П.Ильинского (1978 г.), где отдельная глава специально посвящена этой проблеме.

Комплексным исследованием, рассматривающим проблему конституционно-правового механизма осуществления внешней политики в нашей стране, является коллективная монография под редакцией И.П.Ильинского, Ю.И.Лейбо, Л.М.Энтина "Конституционно-правовой механизм осуществления внешней политики государств" (1986 г.). В данной работе коллектив авторов проанализировал конституционные основы организации и функционирования конституционно-правового механизма осуществления внешней политики в отдельных странах. Значительное место в данной монографии уделено конституционно-правовому механизму осуществления внешней политики СССР.

Из работ, посвященных проблематике конституционно-правового механизма осуществления внешней политики зарубежных государств, представляется необходимым особо упомянуть монографию Ю.И.Лейбо "Внешнеполитический механизм буржуазных стран Центральной Европы: Австрия, ФРГ, Швейцария" (1984 г.), монографию Л.М.Энтина "Разделение властей. Опыт современных государств" (1995 г.), монографию А.С. Деева "Современная Франция: механизм формирования внешней политики" (1985 г.). В свете исследуемой проблемы особый интерес представляет монография М.А.Могуновой "Скандинавский парламентаризм. Теория и практика" (2001 г.), в которой специальный параграф посвящен компетенции парламентов в области обороны и внешней политики, а также учебное пособие под редакцией В.П. Воробьева, Ю.И. Лейбо, А. Г. Орлова, подготовленное коллективом авторов кафедры конституционного права МГИМО (У) "Конституционно-правовой механизм внешней политики" (2004 г.).

Наряду с выше указанными работами, ряд вопросов, относящихся к осуществлению внешних функций нашего государства, освещены в международно-правовых исследованиях. Заслуживает внимания монография И.П.Блищенко "Внешние функции социалистического государства" (1970 г.), в которой проанализирован коллективный опыт деятельности социалистических государств в области внешних сношений. Отдельные вопросы, имеющие непосредственное отношение к теме, рассмотрены в монографиях И.И.Лукашука "Международно-правовое регулирование международных отношений (1975 г.), в которой анализируется взаимодействие международного права и международных отношений; Н.А. Ушакова "Суверенитет в современном международном праве" (1963 г.), где автор уде-

ляет особое внимание государственному суверенитету и его осуществлению в международных отношениях.

В ходе исследования были использованы научные публикации зарубежных авторов, посвященные полностью или частично вопросам конституционно-правового регулирования осуществления внешней политики.

Научная новизна предлагаемого исследования заключается в том, что до настоящего времени в отечественной государствоведческой литературе не было специального комплексного исследования конституционно-правового механизма осуществления внешней политики РФ. В диссертации впервые предпринимается попытка дать структурный анализ данного механизма в целом и входящих в него отдельных государственных институтов, а также показать его становление, развитие и функционирование в современных условиях с учетом практики реализации Конституции РФ и принятых на ее основе законодательных актов.

В данном исследовании впервые сформулированы такие понятия, как "конституционно-правовой механизм осуществления внешней политики РФ", "государственно-правовой механизм осуществления внешней политики РФ", "внешнеполитический механизм Российского государства", "государственно-правовой механизм осуществления внешних сношений РФ", а также анализируется соотношение этих и других родственных им понятий. Исходя из их содержания, в диссертации предпринята попытка разграничить эти понятия, что представляет не только научно-теоретический, но и практический интерес.

В диссертации впервые сделана попытка исследования системно-функциональных связей в конституционно-правовом механизме осуществления внешней политики РФ, что необходимо для более глубокого и всестороннего познания процессов взаимодействия составляющих его государственных органов, а также расширяет возможность дальнейшего повышения эффективности их внешнеполитической деятельности.

Проведенное впервые сравнительное исследование этих понятий и уточнение их содержания представляет не только большой научный интерес, но и позволяет наиболее оптимально выстраивать отношения между государственными органами в рамках практического функционирования конституционно-правового механизма осуществления внешней политики РФ и более эффективно осуществ-

лять внешнюю политику Российского государства. В диссертации не случайно употреблен термин "механизм", так как предметом исследования является не просто система государственных органов, осуществляющих внешнюю политику РФ, и правовая основа их деятельности, а совокупность взаимосвязанных государственно-правовых институтов, взаимоотношений между ними, средств и методов осуществления внешней политики Российского государства, а также норм права регулирующих их внешнеполитическую деятельность. В работе впервые рассмотрен конституционно-правовой механизм осуществления внешней политики РФ не только как институциональная совокупность организационных элементов, но и как процесс осуществления внешней политики России, то есть функциональное проявление данного механизма во внешнеполитическом процессе.

Новизна исследования заключается также и в том, что в диссертации впервые в российской государственно-правовой литературе предпринимается попытка дать наиболее полный анализ структуры конституционно-правового механизма осуществления внешней политики РФ в целом и анализ внешнеполитических задач, функций и полномочий, входящих в него отдельных государственных органов, а также показать его становление, развитие и функционирование в современных условиях.

Исследование функциональных связей в структуре конституционно-правового механизма осуществления внешней политики РФ ведет к более глубокому и всестороннему познанию процессов взаимодействия составляющих его государственных органов, а также открывает перспективу дальнейшего повышения эффективности его деятельности.

В работе основное внимание сфокусировано только на конституционно-правовом механизме осуществления внешней политики РФ. За рамки исследования выведены другие сферы внешних сношений РФ (внешнеэкономические, научно-технические, культурные и другие отношения с иностранными государствами, так как рамки данной диссертации не позволяют в достаточной мере полно осветить эти важные, самостоятельные направления государственной деятельности. Изучение данных направлений внешних сношений РФ, несомненно, заслуживает специального научного исследования).

В диссертации не затрагивается роль субъектов РФ в лице их компетентных государственных органов в области внешних сноше-

ний, так как внешнеполитические отношения с иностранными государствами, согласно ст. 71 Конституции РФ, входят в компетенцию федеральных государственных органов.

Методологию и теоретические основы диссертационного исследования составляет диалектический метод познания, с позиций которого анализируются государственно-правовые явления, социально-политические процессы и отношения. Многоплановый характер рассматриваемой темы предопределил использование методологических приемов системного и функционального анализа, так как в данном случае предметом исследования является система взаимодействующих государственных органов, объединенных единством целей в осуществлении внешней политики Российского государства. Используемый в ходе исследования метод сравнительного анализа нашел применение главный образом при рассмотрении соотношения научных понятий, употребляемых в конституционно-правовой литературе и в данной работе, а также при исследовании этапов исторического развития конституционно-правового механизма осуществления внешней политики в Российском государстве. В диссертации нашли применение системно-структурный, историко-право-вой и другие методы научного исследования.

Теоретическую основу диссертационного исследования составили труды крупнейших советских, российских юристов. В исследовании использованы труды отечественных ученых-юристов по различным вопросам отечественного конституционного, административного и международного права: С.А. Авакяна, И.А. Азовкина, И.П. Блищенко, И.И. Веремеенко, Н.Н. Воинова, М.В. Баглая, Р.В. Егинбаряна, И.П. Ильинского, Ф.И. Кожевникова, Ю.М. Колосова, С.А. Комарова, О.Е. Кутафина, Б.М. Лазарева, Ю.И. Лейбо, А.В. Малько, Н.В. Мишина, Б.Н. Топорнина, В.А. Туманова, B.C. Шевцова, Т.Х. Хабриевой, Н.В. Черноголовкина, В.Е. Чиркина, Б.С. Эбзеева, Л.М. Энтина и других отечественных ученых-юристов.

Значительную помощь при написании работы оказали труды российских исследователей М.А. Могуновой, Б.А. Страшуна, < А.А.Миронова, М.А. Крутоголова, А.С.Деева, В.К. Вадимова, В.В. Копейчикова. В процессе работы над диссертацией автор использовал работы ряда зарубежных авторов: Ф. Ардана, А. Бирча, Э. Бёрда, Дж. Келви, С. Колемана, Г. Доусона, Р. Элдера, Д. Фарн-сворта, Л. Фишера, Ч. Джонса, Д. Коммерса, Р. Реннока, П. Ричард -са, М. Уоллеса и др.

Положения диссертации, выносимые на защиту

1. В диссертации формулируется общая концепция и основные понятия построения и функционирования конституционно-правового механизма осуществления внешней политики современных государств.

В работе аргументируется и раскрывается понятие "внешней политики" в широком и узком смыслах слова. В широком смысле это понятие охватывает всю совокупность международных отношений государства: политических, экономических, культурных научно-технических и т.д. В узком смысле понятие "внешняя политика" означает собственно политические отношения с другими субъектами международных отношений.

В работе раскрывается содержание понятия "внешняя политика" применительно к практической деятельности государственных органов и при использовании его в научном обороте. Подчеркивается необходимость точного и адекватного использования терминологии при характеристике содержания внешней политики государства.

В работе аргументируется не только необходимость рассмотрения понятия "внешняя политика" в широком смысле этого слова как общий курс государства в международных делах, синонимом которого являются "международные отношения государства", а как дипломатические, политические, экономические и т.д., но и в узком специальном смысле, когда под содержанием данного термина понимаются собственно политические отношения государства с другими субъектами международных отношений.

На этой основе в диссертации дается собственное определение таких базовых понятий как: "внешнеполитический механизм", "механизм осуществления внешних сношений", "механизм осуществления внешней политики", "механизм осуществления внешних функций государства". Выявление общего и особенного в каждом из названных понятий служит основанием для дифференцированного анализа и уточнения правовых основ внешней политики государства.

В диссертации формулируется понятие "конституционно-правового механизма осуществления внешней политики государства" и определяется его содержание. Доказывается, что "внешнеполитический механизм" представляет собой совокупность приемов и методов, используемых при осуществлении внешней политики государ-

ства, а также совокупность сложившихся функциональных связей между государственными органами в области осуществления внешней политики. В свою очередь "внешнеполитический механизм государства" является, по сути дела, функциональным проявлением "конституционно-правового механизма осуществления внешней политики" и его составной частью.

В отличие от "внешнеполитического механизма" "конституционно-правовой механизм осуществления внешней политики" представляет собой совокупность государственных органов, наделенных полномочиями в области осуществления внешней политики, норм права, регулирующих внешнеполитическую деятельность, совокупность приемов и методов, используемых при осуществлении внешней политики государства, а также совокупность сложившихся функциональных связей в организационной структуре этого механизма.

2. В диссертационном исследовании обосновывается относитель
ная обособленность конституционно-правовогомеханизмаосуществ-
ления внешней политикив государственном механизме и раскрыва
ется его корреляция с другими механизмами государства, обеспечи
вающими реализацию его внешних функций, в частности в области
внешнеэкономических отношений, в области культурных связей,
научно-технического сотрудничества с иностранными государства-
миит.п.

3. "Конституционно-правовой механизм осуществления внеш-
нейполитикиРФ"включаеторганизационную,регулятивнуюифун-
кциональную составляющие и содержит анализ их особенностей и
взаимодействия.

4. В работе доказывается, что под организационной составляю
щей конституционно-правового механизма осуществления внешней
политики РФ понимается совокупность государственных органов,
наделенных компетенцией в области осуществления собственно
внешнеполитических отношений. Среди такого рода государствен
ных органов особое место занимают высшие государственные орга
ны законодательной и исполнительной власти: Президент РФ, Фе
деральное Собрание РФ, Правительство РФ, атакже специализиро
ванный государственный орган исполнительной власти в области
внешней политики — Министерство иностранных дел РФ. Соответ
ственно возникает необходимость анализа их места и роли в осуще
ствлении внешнеполитических полномочий РФ, которые проводят
ся в диссертации.

В структуру данного механизма входят также другие государственные органы, наделенные отдельными полномочиями в осуществлении внешней политики РФ. К ним относятся, в частности, Министерство обороны РФ, Федеральная служба безопасности РФ, Совет Безопасности РФ, Служба внешней разведки РФ и др. Эти государственные органы не являются специализированными государственными органами в области осуществления внешней политики, но наделены отдельными внешнеполитическими полномочиями, что дает основания включить их в конституционно-правовой механизм осуществления внешней политики РФ.

5. На основе анализа нормативного и эмпирического материала
квалифицируетсярегулятивная составляющая механизма. Она пред
ставляет собой совокупность нормативно-правовых актов, регули
рующих отношения в области осуществления внешней политики
государства. Автор предлагает собственную классификацию сово
купности данных нормативных актов и устанавливает соответству
ющие критерии этой классификации.

6. Функциональная составляющая конституционно-правового
механизма внешней политики отражает практику его функциони
рования как системы. Это позволяет раскрыть особенности этого
механизма не только в статике, но и в динамике. Соответственно
функциональная составляющая конституционно-правового механиз
ма осуществления внешней политики РФ выступает как совокупность
взаимосвязей процессов, из которых складывается внешняя политика
государства.

7. В диссертационном исследовании обосновывается автором
оценка места и роли Президента РФ в системе органов конституци
онно-правового механизма осуществления внешней политики РФ.
В РФ в условиях укрепления вертикали власти устанавливается пря
мая взаимосвязь между главой государства — Президентом РФ и
органом осуществления оперативного управления в сфере внешней
политики, которым является МИД РФ. Соответственно в диссерта
ции дается общая характеристика внешнеполитических полномочий
главы государства и характеризуется практика их осуществления
Президентом РФ.

Характер взаимодействия главы государства и МИД РФ основывается на конституционных принципах и сложившихся обыкновениях, которые корелируют практику осуществления внешнеполитических полномочий. Исходя из особенностей построения этой вер-

тикали власти, автор анализирует место и роль Министерства иностранных дел РФ в системе федеральных органов исполнительной власти в процессе осуществления внешней политики России. На практике это приводит к определенному разграничению функций между администрацией Президента РФ и аппаратом МИД РФ.

8. Важное место в конституционно-правовом механизме внеш
ней политики РФ занимает Федеральное Собрание РФ. Его основ
ные полномочия закреплены в Конституции РФ. Тем не менее нор
мативно-правовая база осуществления этих полномочий отличает
ся неполнотой и не обеспечивает возможность активного вмешатель
ства высшего представительного органа в осуществление внешней
политики государства. Эта проблема приобретает особую актуаль
ность в настоящее время в связи с необходимостью принятия особо
эффективных мер в сфере обеспечения безопасности РФ и ее граж
дан. Для чего необходимо, в частности, создание прочной законо
дательной базы. В этой связи в диссертации высказывается ряд прак
тических замечаний в связи с деятельностью парламента и парла
ментских органов, а также вносятся предложения по совершенство
ванию нормативно-правовой базы внешнеполитической активности
высшего представительного органа РФ.

9. В диссертации формулируются предложения по совершенство
ванию правового регулирования в области осуществления внешней
политики РФ. В целях оптимизации правовой основы конституци
онно-правового механизма осуществления внешней политики РФ,
предлагается принятие специального закона "О внешней политике
РФ" и вносятся предложения по его содержанию. Обосновывается
точка зрения, что такой закон должен детализировать и развивать
конституционные положения о внешнеполитических полномочиях
государственных органов, закрепить механизм принятия внешнепо
литических решений, более четко определить место и роль каждого
государственного органа, принимающего участие в осуществлении
внешней политики Российской Федерации.

10. В диссертации формулируются и обосновываются предло
жения относительно совершенствования правового регулирования
внешнеполитической деятельности Правительства РФ, а также бо
лее четкого правового закрепления его места и роли в конституци
онно-правовом механизме осуществления внешней политики РФ.

11. В диссертации подчеркивается и обосновывается необходи
мость координации внешнеполитической деятельности всех инсти-

тутов, образующих в своей совокупности конституционно-правовой механизм осуществления внешней политики РФ. Этому должно способствовать организационное совершенствование и укрепление правовых основ утверждения демократических начал и принципов конституционно-правовой законности в сфере внешней политики. Цель работы состоит в следующем:

— определить теоретические и правовые основы конституци
онно-правового механизма осуществления внешней политики РФ;

— проследить исторические предпосылки становления и разви
тия конституционно-правового механизма осуществления внешней
политики РФ;

— проанализировать современное состояние конституционно-
правового механизма осуществления внешней политики РФ и его
составных частей;

— выявить причины недостатков в деятельности данного меха
низма;

— показать пути совершенствования конституционно-правово
го механизма осуществления внешней политики РФ.

Практическая значимость диссертации заключается в том, что сделанные в ней выводы могут быть использованы в работе различных государственных органов, наделенных полномочиями в области осуществления внешней политики России. В диссертации сформулирован ряд практических рекомендаций по совершенствованию функциональных связей и правового регулирования деятельности отдельных государственных органов в области осуществления внешней политики РФ.

Так, например, вносены конкретные предложения по выработке проекта федерального закона "О внешней политике РФ", атакже по усовершенствованию правовой основы организации и деятельности некоторых государственных органов в сфере осуществления внешней политики РФ.

Диссертация может найти практическое применение при преподавании курсов конституционного и международного права, особенно в специализированных учебных заведениях, готовящих специалистов-международников (Московский государственный институт международных отношений МИД (У) РФ, Дипломатиче-ская Академия МИД РФ и других высших и средних учебных заведениях).

Апробация результатов исследования. Работа выполнена, обсуждена и получила рекомендацию на кафедре конституционного пра-

ва Московского государственного института международных отношений (Университет) МИД РФ. Основные теоретические положения и практические выводы настоящей диссертации нашли свое отражение в опубликованных автором двух монографических исследованиях, в коллективных монографиях, соавтором которых является автор работы, в научных статьях, а также апробированы на научно-практических конференциях.

Практическое применение результатов исследования. Результаты исследования длительное время используются в учебном процессе в МГИМО(У). Автор неоднократно рецензировал законопроекты и материалы к законопроектам по вопросам законодательного регулирования осуществления внешней политики РФ, а также принимал участие в подготовке проекта Закона СССР "О внешней политике СССР" в конце 80-х годов.

Структура диссертации обусловлена задачами и логикой исследования, характером комплексного анализа организации функционирования и развития конституционно-правового механизма осуществления внешней политики РФ, форм и методов деятельности государственных органов, действующих в области внешней политики РФ.

Задачи, поставленные в ходе исследования, предопределили структуру диссертации, которая состоит из введения, трехглав, заключения и библиографии.

II. ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность темы, определяется объект, цель и задачи исследования, излагается методологическая, нормативная и теоретическая основы диссертации, обосновывается новизна исследования, формулируются положения, выносимые на защиту, отмечается научно-практическая значимость и характер апробации основных положений работы.

В первой главе "Конституционно-правовой механизм осуществления внешней политики РФ: понятие и исторические этапы становления и развития", состоящей из двух параграфов, сформулировано понятие "конституционно-правовой механизм осуществления внешней политики РФ", рассмотрено соотношение понятий "конституционно-правовой механизм осуществления внешней политики РФ", "внешнеполитический механизм", "конституционно-правовой механизм внешних сношений".

Глава посвящена также исследованию организационной, регулятивной и функциональной составляющих понятия конституционно-правовой механизм осуществления внешней политики России. В главе обобщается опыт развития конституционно-правового механизма нашего государства в исторической ретроспективе.

В первом параграфе сформулировано понятие "конституционно-правовой механизм осуществления внешней политики" и проведен сравнительный анализ родственных данному термину понятий. В разделе на основе анализа научной литературы предпринята попытка разграничить такие понятия, как "внешнеполитический механизм", "механизм осуществления внешних сношений", "механизм осуществления внешней политики", "конституционно-правовой механизм внешних сношений", "государственно-правовой механизм осуществления внешней политики" и соотнести содержание этих понятий с понятием "конституционно-правовой механизм осуществления внешней политики".

В контексте вышеупомянутых терминов автор считает необходимым разобраться в содержании понятия "внешняя политика "в современном толковании ее содержания в нормативно-правовых актах и в работах российских ученых. В результате анализа научных публикаций, посвященных внешнеполитическим проблемам, нормативно-правовых актов, регулирующих деятельность государственных органов в области внешней политики, а также справочных изданий, автор приходит к выводу о том, что до настоящего времени нет однозначного мнения относительно содержания термина "внешняя политика". В ряде случаев авторы научных публикаций и справочных изданий под термином "внешняя политика" понимают "общий курс государства в международных делах".

Анализ вышеприведенного определения "внешней политики" показал, что его авторы понимают под внешней политикой всю совокупность мер, предпринимаемых государством для осуществления всего спектра отношений с другими государствами и народами. В данном случае под термином "международные дела" авторы понимают всю совокупность видов международных отношений государства, а не только собственно политические отношения. Следовательно , в понятие "внешняя политика" они включают политические, экономические, научно-технические и другие отношения государства с другими странами и народами. Автор диссертации также установил, что в отдельных публикациях под "внешней политикой" пони-

мается "политика, призванная регулировать взаимоотношения между государствами и народами на международной арене". Данное определение также не проводит явного различия между конкретными видами внешних сношений государства и трактует внешнюю политику как совокупность всех направлений деятельности государства в международных отношениях.

Обобщая опыт применения термина "внешняя политика", автор приходит к выводу, что термин "внешняя политика" часто употребляется в широком его понимании, которое включает не только собственно политические отношения государства с другими странами и народами, но также и внешние сношения государства в области экономики, торговли, науки, техники, культуры и т.п.

Однако в ходе исследования автор приходит к выводу, что термин "внешняя политика государства" применяется также и в узком, специальном смысле, когда под этим термином понимают собственно политические отношения государства с другими субъектами международных отношений. Так, политология выделяет международные политические отношения в отдельную сферу международных отношений, а это в свою очередь предполагает обособление внешней политики государства в узком, специальном значении этого явления. Диссертант приходит к выводу, что объектом внешней политики в узком смысле является такая совокупность отношений между суверенными государствами и другими субъектами международных отношений, которая предполагает, наряду с прочими внешними сношениями, наличие у данного государства сугубо политических отношений с другими странами. Собственно политические отношения являются фундаментом для установления, поддержания и развития всего спектра сношений с другими государствами и народами.

Диссертант доказывает, что эти сугубо политические отношения и являются той основой, которая необходима для установления и развития всех других видов международных отношений государства: экономических, научно-технических, культурных и других отношений. Как доказательство, автор приводит в качестве примера дипломатические отношения. Дипломатические отношения относятся к таким сугубо внешнеполитическим отношениям, осуществление которых обеспечивается внешнеполитической деятельностью глав государств, глав правительств, специализированных дипломатических органов государства, их должностных лиц. Например: ми-

нистерство иностранных дел, министр иностранных дел, чрезвычайные и полномочные послы в иностранных государствах и др.

В большинстве государств мира собственно политические отношения с другими государствами всегда представляли собой обособленную и в значительной степени закрытую сферу государственной жизни, центральное место в которой занимают дипломатические отношения.

Анализируя понятие "дипломатия", автор приходит к выводу, что большинство авторов рассматривают дипломатию в одних случаях как форму, в других как способ официальной деятельности компетентных государственных органов по достижению целей и решения задач в области внешнеполитических отношений государства.

Авторы различных определений "дипломатии" акцентируют внимание на сугубо внешнеполитической деятельности специально на то уполномоченных государственных органов и должностных лиц.

При более детальном анализе различных точек зрения относительно содержания понятий внешнеполитические отношения и ди-пломатическиеотношениядиссертантустановил,чтоубольшинства авторовпонятиедипломатическиеотношенияпосвоему содержанию во многомсовпадаетспонятиемвнешнеполитическиеотношения. Однако автор приходит к выводу, что с таким подходом трудно согласиться, так как очевидно, что понятие внешнеполитические отношения несколько шире понятия дипломатические отношения. В содержание понятия внешнеполитические отношения входит не только внешнеполитическая деятельность государственных органов и их должностных лиц, но и участие во внешнеполитических отношениях ведущих политических партий, клубов, общественных организаций. Как свидетельствует практика, политические партии (как правящие, так и оппозиционные) на уровне своих руководящих органов принимают заявления внешнеполитического характера по вопросам реализации внешнеполитического курса проводимого государством, а также по наиболее актуальным событиям в международной жизни. Они также содействуют наиболее эффективной реализации внешнеполитического курса своей страны на уровне межпартийных связей с политическими партиями других стран и т.п.

Автор диссертации считает, что одним из оснований для рассмотрения внешней политики государства в узком смысле этого слова как самостоятельной и обособленной сферы внешних сношений также может послужить широко распространенная классификация вне-

шнихфункцийгосударстванавнешнеполитическиефункции,внешне-экономическиефункции,функциисотрудничествасдругимистрана-ми в области охраны окружающей среды, в области научно-технического сотрудничества и т.д. Представляется, что такая классификация функций государства вполне объяснима, так как названные выше сферы внешних сношений государства являются относительно самостоятельными по отношению друг к другу, отличающимися спецификой и своеобразием задач, решаемых компетентными государственными органами при осуществлении сношений государства с другими субъектами международных отношений.

Автор утверждает, что характерные отличия внешних функций заключаются в приемах и методах реализации конкретной внешней функции, особенностях правового регулирования деятельности государственных органов, которым поручено осуществление данной функции, в особенностях функциональных связей в процессе ее реализации и, наконец, в перечне государственных органов, осуществляющих данную функцию государства.

Однако диссертант приходит к выводу, что к осуществлению внешних функций государства в той или иной степени имеют отношение практически все относительно самостоятельные области государственной жизни. Так, например, государство устанавливает отношения с иностранными контрагентами в области внешней торговли, научно-технические и культурные отношения с иностранными государствами, отношения, связанные с сотрудничеством в промышленном производстве, в области финансов, в области собственно внешнеполитическихотношенийит.д. Очевидно, что собственно внешнеполитические отношения, с одной стороны, и внешнеэкономические, научно-технические, культурные и иные отношения с иностранными государствами, с другой, — это области внешних сношений в значительной степени самостоятельные и обособленные как организационно, так и в сфере правового регулирования. Упомянутые выше области внешних сношений отличаются каждая своей спецификой. Специфика заключается в предмете отношений с иностранными партнерами, в приемах и методах осуществления внешних сношений, в особенностях правового регулирования, в совокупности государственных органов, осуществляющих данные отношения.

В результате автор приходит к выводу, что все вышеизложенное является убедительным доказательством относительной обособлен-

ности конституционно-правового механизма осуществления внешней политики" в рамках единого государственного механизма РФ.

Значительное место в первом параграфе уделено анализу понятия "конституционно-правовоймеханизмосуществлениявнешнейпо-литики РФ ". При анализе содержания данного понятия диссертант приходит к выводу, что данный механизм включает в себя организа-ционную,регулятивнуюифункциональнуюсоставляющие.Авторсчи-тает, что, несмотря на тесную взаимосвязь данных составляющих, обусловленную принадлежностью к "конституционно-правовому механизму осуществления внешней политики", упомянутые выше элементы данного понятия выступают одновременно и как относительно самостоятельные его части.

По мнению автора диссертации, организационная составляющая является ядром конституционно-правового механизма осуществления внешней политики, так как без системы организационных институтов невозможно говорить о воплощении в жизнь внешнеполитического курса страны. Организационное воплощение конституционно-правового механизма осуществления внешней политики проявляется в совокупности государственных органов, которая олицетворяет собой важнейшую часть государственной организации общества.

В диссертации говорится о том, что обособление государственных органов, наделенных внешнеполитическими полномочиями в конституционно-правовом механизме осуществления внешней политики, в известной степени условно, так как большинство государственных органов, входящих в данный механизм, наделены законодательством не только внешнеполитическими полномочиями. В данном случае критерием обособления государственного органа в конституционно-правовой механизм осуществления внешней политики является факт вовлеченности на основе правовых норм конкретного государственного органа в процесс осуществления внешнеполитических отношений государства с другими контрагентами международных отношений.

Здесь же автор предлагает классификацию государственных органов, наделенных полномочиями по осуществлению внешней политики РФ.

Автор диссертационного исследования предлагает также собственное представление о содержаниирегулятивной составляющей конституционно-правового механизма осуществления внешней политики.

Диссертант считает, что реализацию задач, стоящих перед государственными органами, образующими организационную основу конституционно-правового механизма осуществления внешней политики РФ, невозможно себе представить без регулятивной составляющей данного механизма. По мнению автора, регулятивная составляющая конституционно-правового механизма осуществления внешней политики РФ — это совокупность взаимосвязанных нормативно-правовых актов, регулирующих взаимоотношения и деятельность государственных органов в процессе осуществления внешней политики России. Автор предлагает классификацию нормативно-правовых актов, образующих регулятивную составляющую упомянутого выше механизма.

В данной части параграфа автор предлагает пути совершенствования регулятивной составляющей конституционно-правового механизма осуществления внешней политики.

В диссертации также дается определение функциональной составляющей конституционно правового механизма осуществления внешней политики РФ. По мнению автора, она является отражением динамической сущности данного механизма как функционирующей системы. Диссертант считает, что понятие "конституционно-правовой механизм осуществления внешней политики" можно рассматривать не только как систему государственных органов, ведающих осуществлением внешней политики и систему нормативно-правовых актов государства, регулирующих отношения в области внешней политики, но и вдругомаспекте,аименно—каксовокупностьвзаимосвязейипроцес-сов, из которых складывается внешняя политика государства.

Функциональная составляющая, по утверждению автора, являющаяся динамическим выражением конституционно-правового механизма осуществления внешней политики, складывается из совокупности как обусловленных, так и не обусловленных предписаниями правовых норм, сложившихся устойчивых функциональных взаимосвязей между государственными органами—организационными элементами данного механизма.

Второй параграф первой главы посвящен истории развития конституционно-правового механизма осуществления внешней политики на различных исторических этапах развития нашего государства.

По мнению автора, такой экскурс в историю развития конституционно (государственно)-правового механизма осуществления внешней политики России необходим для более объективного ис-

следования истоков формирования правовой, организационной и функциональной основ данного механизма^1.

Автор обосновывает целесообразность такого ретроспективного анализа как части данной работы тем, что строительство правового, демократического государства в Российской Федерации невозможно без внимательного изучения опыта государственного строительства на предшествующих исторических этапах развития Российского государства. В условиях происходящих в российском обществе и государстве реформ было бы неразумно не использовать все позитивное, что было присуще прежним государственным структурам, независимо от государственного строя и политического режима, в условиях которых был накоплен этот опыт. Игнорирование достижений, равно как и забвение ошибок предшествующих этапов развития российской государственности, может привести к повторению этих ошибок в будущем.

Рамки ретроспективного исследования государственно-правового механизма осуществления внешней политики России (1917— 1992 гг.) избраны автором потому, что более длительный период истории становления данного механизма не позволяет исследовать объем диссертационной работы.

Вторая главадиссертации "Место и роль высших органов законодательной и исполнительной власти в конституционно-правовом механизме осуществления внешней политики РФ" посвящена месту и роли высших органов законодательной и исполнительной власти в конституционно-правовом механизме осуществления внешней политики РФ.

В данной главе автор особо акцентирует внимание на том, что главную роль в конституционно-правовом механизме осуществления внешней политики РФ играют высшие органы законодательной и исполнительной ветвей государственной власти в РФ. Олицетворяя высшую законодательную и исполнительную власть, данные органы образуют организационное ядро упомянутого выше

1 В данном разделе, посвященном истории развития конституционно-правового механизма осуществления внешней политики России, автор использует термин "государственно-правовой механизм осуществления внешней политики России". Причиной использования названного термина является то, что в советский период данный механизм конституционно-правовым не являлся по причине того, что в авторитарном советском государстве конституционализм как основа политической системы, опирающейся на конституцию и конституционные методы правления, отвергался существующим тогда государственным режимом.

механизма. Они при помощи своих правотворческих полномочий развивают его регулятивную основу и проводят в жизнь внешнеполитический курс государства. Автор диссертации отмечает, что функциональные связи высших государственных органов РФ, складывающиеся в процессе реализации внешней политики, образуют базис внешнеполитического процесса в РФ. Исследование внешнеполитической составляющей конституционно-правового статуса упомянутых государственных органов необходимо для совершенствования конституционно-правового механизма осуществления внешней политики РФ.

Первый параграф второй главы посвящен исследованию природы властных полномочий главы государства. В этом параграфе автор уделяет значительное место исследованию природы полномочий главы государства при различных формах правления. По мнению автора, актуальность данного вопроса состоит, прежде всего, в том, чтобы уяснить, какое место в государственном механизме должен занимать глава государства и каким должен быть оптимальный объем его внешнеполитических полномочий.

В диссертации отмечается, что природа власти, объем и характер властных полномочий монарха или президента, в том числе и в области внешней политики, в современных государствах зависит от многих факторов. Прежде всего от государственного режима установившегося в государстве, от формы правления, от степени развития гражданского общества в конкретной стране, от исторических и национальных особенностей и других факторов.

Особое внимание автор уделяет в своем исследовании сравнительному анализу внешнеполитических полномочий главы государства в странах с республиканской формой правления. В данной части параграфа, посвященного институту президента, автор сосредоточил внимание на исследовании причинно-следственных связей в государстве и обществе, которые оказывают влияние на распределение внешнеполитических полномочий между высшими органами государственной власти. В контексте исследования данной темы диссертант ставит задачу выявления природы компетенции Президента РФ в области внешней политики России, его места и роли в конституционно-правовом механизме осуществления внешней полити-киРФ.

Итак, основное внимание в данном параграфе уделяется выяснению места и роли главы государства в осуществлении внешней

политики РФ. Автор акцентирует внимание на анализе полномочий ПрезидентаРФ,возглавляющегоорганизационнуюструктуруконсти-туционно-правового механизма осуществления внешней политики РФ. Исследуя правовую основу внешнеполитической деятельности Президента РФ, автор отмечает, что российское законодательство пока не детализирует и не развивает конституционные положения, касающиеся компетенции Президента РФ, в том числе и его внешнеполитических полномочий.

Анализ внешнеполитических полномочий Президента РФ и его деятельности, проведенный диссертантом, свидетельствует о том, что конституционные полномочия и практическая деятельность Президента РФ охватывают почти всю область внешней политики Российского государства. В ходе диссертационного исследования автор приходит к выводу о необходимости совершенствования правовой основы института Президента в России, в том числе и в области внешней политики. Автор вносит предложения по принятию закона о Президенте РФ, в котором бы получили свое развитие, в том числе и его внешнеполитические конституционные полномочия.

В данной главе автор диссертации уделяет внимание также дискуссии о месте и роли Президента РФ в системе органов исполнительной власти. Автор подчеркивает, что данная дискуссия ведется в российских научных кругах с момента учреждения в России института Президента. Особенно активно обсуждается данный вопрос после принятия Конституции РФ 1993 года, которая прямо не относит Президента РФ ни к одной из ветвей власти. Автор не разделяет точку зрения некоторых ученых, которые, ссылаясь на широту конституционных полномочий Президента и его особое положение в системе государственных органов, считают, что в России сложилась президентская форма правления.

Автор считает, что данную проблему нужно рассматривать в другой плоскости. В диссертации не подвергается сомнению тот факт, что Президент РФ обладает широкими полномочиями и возможностями в области формирования и осуществления государственной политики, а также функционирования государственных органов. Однако это не может, по мнению автора, служить основанием для выделения президентской власти в РФ в отдельную самостоятельную ветвь власти и отнесению формы правления в России к президентской республике.

Диссертант приходит к выводу, что анализ внешнеполитической компетенции Президента РФ свидетельствует о том, что дан-

ный государственный орган концентрирует в своих руках осуществление внешней политики РФ как в широком понимании содержания данного термина, так и осуществление собственно внешнеполитических отношений России с другими субъектами международных отношений. В диссертации особо отмечается руководящая и координирующая роль института Президента РФ в осуществлении внешней политики России, так как внешнеполитическая деятельность всех государственных органов, наделенных полномочиями в области осуществления внешней политики, согласуется с основными направлениями внешней политики, выработанными Президентом РФ, и находится под непосредственным руководством главы государства.

Второй параграф второй главы посвящен месту и роли Правительства РФ в конституционно-правовом механизме осуществления внешней политики РФ. По сути, внешнеполитическая деятельность Правительства РФ является продолжением внешнеполитической деятельности Президента РФ. Правительство РФ в области внешней политики действует под непосредственным руководством Президента РФ и подотчетно ему в осуществлении внешних функций государства.

В контексте рассматриваемой темы определенное место в диссертации уделено анализу соотношения внешнеполитических полномочий главы государства и правительства в иностранных государствах с полупрезидентской формой правления.

В диссертации отмечено, что, согласно принципу разделения властей, высшие государственные органы РФ относительно самостоятельны в своей деятельности, и полномочия высшего органа исполнительной власти не могут быть присвоены каким-либо другим государственным органом. Правительство РФ, формируемое Президентом РФ, в основном несет ответственность перед Президентом, и он руководит деятельностью Правительства, несмотря на то, что формально по Конституции он не относится ни к одной из ветвей власти. Однако природа института президента как государственного органа и характер полномочий Президента России по Конституции РФ позволяет причислить его к исполнительной ветви власти.

В диссертации подчеркивается, что положение Правительства России носит двойственный характер. С одной стороны, по своему значению и роли в осуществлении государственной политики Правительство РФ представляется возможным отнести к числу высших государственных органов, несмотря на то, что Конституция РФ пря-

мо на это не указывает. С другой стороны, Председатель Правительства РФ и его заместители, члены правительства фактически подотчетны в своей деятельности главе государства, поскольку они реализуют в повседневной жизни внутриполитический и внешнеполитический курсы страны, определенные Президентом.

В контексте исследуемой диссертантом темы особого внимания заслуживает рассмотрение внешнеполитической деятельности Правительства РФ, а также его места и роли в конституционно-правовом механизме осуществления внешней политики РФ.

В работе отмечается, что внешнеполитические полномочия Правительства РФ в значительной степени ограничены и зависят от компетенции главы государства, так как основная часть внешнеполитических полномочий принадлежит по Конституции РФ Президенту РФ. В п. "д" ст. 114 Конституции РФ закреплено, что Правительство РФ осуществляет меры по обеспечению обороны страны, государственной безопасности, реализации внешней политики Российской Федерации.

Однако автор считает необходимым отметить, что правительство в полупрезидентских республиках традиционно находится в тени президентских полномочий в данной области государственной жизни. Обеспечение представительства Российской Федерации в иностранных государствах и международных организациях является важной составляющей компетенции Правительства РФ в области внешней политики и международных отношений. Являясь высшим государственным органом исполнительной власти, оно занимается текущей работой по претворению в жизнь основных направле- ний внешней политики, определенных Президентом РФ (ч. 3 ст. 78 Конституции РФ) в соответствии с законами РФ и указами Президента РФ.

Автор отмечает, что практическое претворение в жизнь политики государства является традиционной задачей правительства любого суверенного государства. Правительство и подотчетные ему министерства и ведомства осуществляют повседневное управление государственными делами, которые прямо или косвенно связны со всеми сторонами государственной и общественной жизни. Поэтому полномочия по обеспечению представительства РФ в иностранных государствах и международных организациях связаны с решением большого числа разнообразных задач в данной сфере государственной жизни. В решении этих задач Правительство работает в тесном контакте с Министерством иностранных дел РФ.

Подводя итог исследованию внешнеполитической деятельности Правительства РФ, автор отмечает, что в рамках конституционно-правового механизма осуществления внешней политики РФ упомянутая его деятельность занимает особое место в общем процессе осуществления внешней политики России. На Правительство РФ возложена обязанность всестороннего обеспечения функционирования государственных органов, составляющих конституционно-правовой механизм осуществления внешней политики РФ. Несмотря на то, что в соответствии с законодательством Правительство РФ руководит осуществлением, главным образом, внешнеэкономических, научно-технических, культурных, военно-технических и других отношений с иностранными государствами, оно под руководством и по поручению Президента РФ ведет также большую собственно внешнеполитическую деятельность.

В диссертации отмечается, что высший орган исполнительной власти РФ обеспечивает не только материальную базу функционирования государственных органов, принимающих участие в осуществлении внешней политики России, но и сам широко задействован в процессе осуществления внешнеполитических отношений с другими государствами. Это выражается в том, что Председатель Правительства РФ, его заместители и члены Правительства под руководством Президента РФ решают сложные внешнеполитические задачи. Разумеется, что степень самостоятельности в принятии Правительством РФ внешнеполитических решений в значительной степени ограничена ведущей ролью Президента РФ в данной области государственной жизни.

Третий параграф второй главы диссертации посвящен месту и роли палат Федерального Собрания РФ в конституционно-правовом механизме осуществления внешней политики РФ. Акцентируя внимание на исследовании места и роли палат Федерального Собрания РФ в конституционно-правом механизме осуществления внешней политики РФ, диссертант анализирует конституционные основы их правового положения. Палаты Федерального Собрания РФ как составные части высшего представительного органа государства занимают одно из важнейших мест в конституционно-правовом механизме осуществления внешней политики страны. Свою деятельность в этом направлении они ведут как за счет своих полномочий общего характера, так и в соответствии со специальными полномочиями палат, закрепленными в Конституции РФ, регламентах

палат и в других нормативно-правовых актах. Так, например, Государственная Дума Федерального Собрания РФ содействует осуществлению внешней политики РФ своей законотворческой деятельностью. Принимая законодательные акты, Государственная Дума тем самым создает правовую основу деятельности государственных органов, в том числе и в области осуществления внешней политики. Внешнеполитическая деятельность палат Федерального Собрания проявляется также в деятельности соответствующих комитетов, в осуществлении межпарламентских связей, в участии делегаций Государственной Думы и Совета Федерации в работе Межпарламентского союза, в ПАСЕ и других международных межпарламентских организациях, а также в принятии заявлений и обращений по наиболее актуальным вопросам международной жизни.

Автор диссертации отмечает, что Конституция РФ предусматривает и специальные внешнеполитические полномочия палат, которые анализируются в работе.

Рассматривая деятельность Федерального Собрания в области внешней политики и международных отношений, автор особо отмечает, что, в соответствии с Конституцией РФ, основная роль в этой области государственной деятельности принадлежит Президенту РФ. Президент РФ свои внешнеполитические полномочия осуществляет самостоятельно и не обязан согласовывать большинство внешнеполитических решений с высшими государственными органами, принадлежащими к другой ветви власти. Однако, согласно ст. 71 Конституции РФ, при решении наиболее важных внешнеполитических вопросов, имеющих большое значение для экономической, политической и экономической стабильности государственной и общественной жизни, а также для безопасности страны, реализация полномочий Президентом РФ связана с одобрением его внешнеполитических шагов палатами Парламента России—Федерального Собрания РФ. Это относится, прежде всего, ктаким полномочиям Президента РФ, которые связаны с заключением межгосударственных международных договоров особого значения, в решении вопросов войны и мира, в принятии наиболее важных решений внешнеэкономического характера.

Значительное место в данном параграфе диссертации автор посвятил ратификации международного договора. В диссертации анализируется законодательство, регламентирующее порядок ратификации и денонсации международных договоров в Федеральном Собрании РФ.

В диссертации уделено также внимание процедуре назначения дипломатических представителей России в иностранных государствах и международных организациях, в которой принимают участие комитеты или комиссии Государственной Думы и Совета Федерации. Эта сторона международной деятельности палат Федерального Собрания тесно связана с полномочиями Президента РФ, закрепленными в п. "м" ст. 83 Конституции РФ. Данной статьейуста-новлено, что Президент РФ назначает и отзывает после консультаций с комитетами или комиссиями палат Федерального Собрания дипломатических представителей РФ в иностранных государствах и международных организациях. Однако вряд ли эту сторону международной деятельности палат можно считать полномочиями, так как ни Конституцией РФ, ни регламентами палат не предусмотрено правовых последствий в случае несогласия комитетов палат с кандидатурой, представленной по поручению Президента РФ.

Значительное место в диссертационном исследовании посвящено межпарламентским связям как одному из важнейших направлений международной деятельности палат Федерального Собрания. В ходе межпарламентского сотрудничества палаты Федерального Собрания РФ поддерживают отношения с парламентами других государств и в случае необходимости могут заключать соглашения о межпарламентском сотрудничестве с парламентами других государств и международными парламентскими организациями. В диссертации анализируются такие направления международной деятельности палат Федерального Собрания РФ, как обмен парламентскими делегациями, а также участие делегаций палат в работе международных парламентских организаций (Межпарламентский союз, Межпарламентская Ассамблея Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе, Межпарламентская Ассамблея государств-участников СНГ, Парламентская ассамблея Совета Европы и др.).

В этой связи автор рассматривает деятельность Парламентской группы РФ Межпарламентского Союза. В работе отмечается, что участие депутатов Государственной Думы в работе международных межпарламентских организаций вносит существенный вклад в развитие сотрудничества РФ с другими государствами. Наглядным примером является регулярное активное участие делегаций российских парламентариев в работе Парламентской ассамблеи Совета Европы, регулярное взаимодействие палат Федерального Собрания РФ с Европейским Парламентом и т.д.

В данном параграфе также рассматривается деятельность комитетов по международным делам палат Федерального Собрания РФ. Автор отмечает высокую политическую активность комитетов по международным делам, а также комитетов по делам Содружества Независимых Государств палат Федерального Собрания РФ. Члены данных комитетов, председатели комитетов и их заместители ведут большую работу по содействию успешной реализации внешнеполитического курса страны. Во время визитов в иностранные государства по линии межпарламентских связей депутаты, входящие в упомянутые комитеты, проводят значительную работу со своими иностранными коллегами по согласованию точек зрения по актуальным проблемам двусторонних отношений России сданным иностранным государством, а также по актуальным международным проблемам, в том числе и собственно политического характера.

Третья глава диссертации "Конституционно-правовые основы организации и деятельности центральных органов исполнительной власти РФ в области осуществления внешней политики России" посвящена конституционно-правовым основам организации и деятельности центральных органов исполнительной власти РФ в области осуществления внешней политики России. В данной главе автор анализирует внешнеполитическую деятельность, как специализированного органа в области внешней политики — Министерства иност-ранныхдел РФ, так и других ведомств РФ, наделенных отдельными полномочиями в области осуществления внешней политики РФ.

В первом параграфе третьей главы автор исследует место и роль Министерства иностранных дел РФ в конституционно-правовом механизме осуществления внешней политики РФ. В диссертации акцентируется внимание на том, что в конституционно-правовом механизме любого современного государства особое место принадлежит министерству иностранных дел—специализированному органу исполнительной власти, основной задачей которого является реализация внешнеполитического курса, определенного уполномоченным на то высшим органом государственной власти. Место и роль министерства иностранных дел в упомянутом выше механизме современного демократического государства определяется во многом не только нормами внутреннего права, но и нормами международного дипломатического права. Особое положение министерства иностранных дел как основного организационного института государства в осуществлении внешней политики страны основывается на

специфических свойствах внешнеполитических отношений. Представляется, что главной специфической особенностью отношений в области внешней политики является особый статус субъектов данных отношений. В соответствии с этим статусом формируется структура внешнеполитического ведомства страны и дипломатических загранучреждений, а также система специфических правовых норм, определяющих их правовой статус и регулирующих порядок их отношений с иностранными контрагентами. В условиях интенсификации внешнеполитических отношений современных государств возрастает роль и значение дипломатической службы, возрастают требования к ее организации и совершенствованию деятельности.

В диссертации анализируется конституционно-правовой статус МИД РФ. Министерство иностранных дел РФ является важнейшей организационной составляющей конституционно-правового механизма осуществления внешней политики России. Как центральный орган исполнительной власти государства МИД РФ концентрирует в своих руках управление в данной сфере внешних сношений и коор -динирует деятельность других государственных органов в области внешних сношений, а также внешнеполитическую деятельность негосударственных организаций.

В диссертации автор предпринимает попытку выявить пути совершенствования деятельности Министерства иностранных дел РФ как специализированного государственного органа, отвечающего за реализацию внешнеполитического курса государства. МИД РФ представляет собой важнейшую организационную структуру конституционно-правового механизма осуществления внешней политики, основной задачей которой является практическое претворение в жизнь основных направлений внешней политики Российской Федерации, определяемых, согласно ч. 3 ст. 80 Конституции РФ, Президентом РФ.

В диссертации исследуется координирующая роль Министерства иностранных дел Российской Федерации. МИД РФ координирует деятельность других федеральных министерств и ведомств в области международных отношений и международные связи субъектов Российской Федерации. Федеральным органам исполнительной власти законодательством предписывается предусматривать включение представителей МИД РФ в состав межведомственных комиссий, рабочих групп и иных органов, связанных с осуществлением между-народной деятельности.

РОС НАЦИОНАЛЬНАЯ I БИБЛИОТЕКА J С Петербург j ОЭ J0O »кт %

Второй параграф третьей главы посвящен месту и роли дипломатических представительств, консульских учреждений РФ за рубежом и представительств МИД РФ в субъектах РФ в системе МИД РФ. Автор анализирует правовое положение дипломатических и консульских учреждений РФ за рубежом как неотъемлемых звеньев в организационной системе конституционно-правового механизма осуществления внешней политики России. В проведенном исследовании автор предпринимает попытку найти пути совершенствования правовой и организационной основ данных учреждений.

Особое место в данном параграфе уделено исследованию правовой природы посольства РФ в иностранном государстве. В работе акцентируется внимание на том, что посольство обеспечивает проведение единой политической линии Российской Федерации в отношениях с государством пребывания. Для обеспечения реализации этой цели оно осуществляет в установленном порядке координацию деятельности и контроль за работой находящихся в государстве пребывания представительств федеральных органов исполнительной власти, российских государственных учреждений, организаций и предприятий, их делегаций и групп специалистов, а также представительств субъектов Российской Федерации. В диссертации автор анализирует функции и задачи посольства и предпринимает попытку сформулировать собственные предложения по совершенствованию правовой основы организации и деятельности посольства РФ за рубежом.

Важное место в данном параграфе уделено исследованию правового статуса постоянного представительства РФ при международных организациях. В конституционно-правовом механизме осуществления внешней политики РФ постоянные представительства, наряду с посольством РФ, занимают важное место. Постоянное представительство РФ при международной организации является зарубежным государственным учреждением внешних сношений Российской Федерации, осуществляющим представительство Российской Федерации в соответствующей международной организации.

Основным предназначением постоянного представительства РФ при международной организации является обеспечение проведения единой политической линии РФ в соответствующей международной организации. Оно осуществляет в установленном порядке координацию участия в деятельности органов международной организа-

ции федеральных органов исполнительной власти, органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации, российских государственных учреждений, организаций и предприятий, их делегаций и групп специалистов. Выполненное исследование позволило внести предложения по совершенствованию правовой основы организации и деятельности постоянных представительств РФ при международных организациях.

В данном параграфе рассматривается также место и роль консульских учреждений в конституционно-правом механизме осуществления внешней политики РФ.

Консульское учреждение РФ за рубежом является неотъемлемым звеном конституционно-правового механизма осуществления внешней политики Российской Федерации. В диссертации автор рассматривает вопрос о значении консульского учреждения в осуществлении международного общения; анализирует различные подходы к исследованию консульского института специалистами в области конституционного и международного права, которые продиктованы спецификой упомянутых наук.

Консульское учреждение открывается по решению Правительства РФ на основании международного договора Российской Федерации с соответствующим иностранным государством и входит в систему Министерства иностранных дел РФ. В государстве пребывания консульское учреждение подчинено главе дипломатического представительства Российской Федерации. В работе автор предлагает собственный подход к классификации функций консульского учреждения РФ.

В данном параграфе автором уделено также внимание месту и роли представительства МИД РФ на территории РФ в конституционно-правовом механизме осуществления внешней политики РФ. Представительство МИД РФ на территории РФ учреждается, реорганизуется или ликвидируется решением Правительства РФ по представлению МИД РФ на основании официального обращения руководства субъекта Российской Федерации. Основным назначением представительства является обеспечение взаимодействия МИД РФ с органами исполнительной власти субъектов Федерации, входящих в регион деятельности представительства и оказание содействия субъектам РФ в обеспечении выполнения международных договоров, участником которых является Россия, а также в осуществлении их полномочий в области международных и внешнеэкономических связей при соблюдении норм международного права. Пред-

ставительство также оказывает субъектам Федерации помощь в развитии торговых, экономических, культурных и иных связей субъектов РФ с зарубежными партнерами. Оно ведет информационно-справочную работу, выполняет функции, относящиеся к консульской службе, а также взаимодействует с иностранными консульскими учреждениями, расположенными в регионе деятельности данного представительства.

В третьем параграфе третьей главы диссертации исследуются место и роль Совета безопасности РФ, Федеральной службы безопасности РФ, Министерства обороны РФ, Службы внешней разведки РФ в конституционно-правовом механизме осуществления внешней политики РФ.

В диссертации обращается внимание на то, что осуществление внешней политики РФ сложный и многогранный процесс, в котором задействованы не только те государственные органы, к компетенции которых законом непосредственно отнесено осуществление внешней политики РФ. Во внешнеполитический процесс вовлечены и другие государственные органы, основным предназначением которых не является осуществление внешней политики. Так, например, предназначением Совета безопасности РФ, Федеральной службы безопасности РФ, Службы внешней разведки РФ, Министерства обороны РФ является обеспечение либо обороны, либо безопасности Российского государства. Однако многие вопросы обеспечения обороны и безопасности тесно связаны с решением внешнеполитических вопросов. К таким вопросам относятся договоренности по сокращению вооружений, решение пограничных вопросов РФ с иностранными государствами, вопросы, связанные с разведывательной деятельностью, осуществляемой компетентными государственными органами Россини др.

Диссертант предлагает задачи, функции и полномочия вышеупомянутых государственных органов, имеющих отношение к осуществлению внешней политики, классифицировать на непосредственно относящиеся к внешнеполитической сфере и тесно связанные с внешнеполитическими отношениями. Например, к функциям Министерства обороны РФ, непосредственно относящимися к осуществлению собственно внешней политики России, представляется возможным отнести участие в переговорах по проблемам безопасности, сокращения (ограничения) вооружений и вооруженных сил. Поскольку международные отношения, связанные с решением вопросов обороны и безопасности государства, приобретают часто

внешнеполитический характер, то эта функция МО РФ наглядно иллюстрирует участие Министерства обороны РФ в функционировании конституционно-правового механизма осуществления внешней политики РФ. Подобные задачи, функции и полномочия определены и в положениях о других вышеупомянутых государственных органах.

Однако помимо функций, предписывающих непосредственное участие данных государственных органов в осуществлении внешней политики РФ, упомянутые выше государственные органы наделены также функциями, тесно связанными с реализацией задач по осуществлению внешней политики РФ. Так, например, в соответствии с Положением о Федеральной службе безопасности РФ (утв. Указом Президента РФ от 6 июля 1998 г. № 806) к функциям ФСБ отнесено следующее: "осуществляет в пределах своих полномочий получение, обработку, анализ и реализацию информации об угрозах безопасности РФ, а также прогнозирование этих угроз". Несмотря на то, что в данном случае прямо не говорится об информации, касающейся внешнеполитических отношений России, тем не менее из самого содержания данной функции вытекает, что ФСБ РФ получает, обрабатывает, анализирует, реализует информацию и внешнеполитического характера, атакже и прогнозирует развитие внешнеполитических ситуаций при осуществлении внешней политики РФ.

Участие данных государственных органов в процессе осуществления внешней политики России является важнейшей составляющей процесса реализации основных направлений внешней политики государства и способствует наиболее эффективному обеспечению интересов Российской Федерации на международной арене.

В заключении подводятся итоги проведенного исследования, формулируются предложения, определяются тенденции развитии и совершенствования конституционно-правового механизма осуществления внешней политики РФ, а также обобщаются результаты исследования и выводы по диссертации.

Основные положения диссертации отражены в следующих работах:

1. Конституционно-правовой механизм осуществления внешней
политики России. М.: РАУ-Университет, 2003. — (14,25 п.л.).

2. Государственно-правовой механизм осуществления внешней
политики СССР. М.: "Международные отношения", 1985. —
(7,02 п.л.).

3. Правительство и центральные органы государственного уп
равления социалистических стран в сфере внешних отношений. (В
составе авторского коллектива в кн. "Конституционно-правовой
механизм осуществления внешней политики государств"). Гл. 4. М.:
"Международные отношения", 1986. —(1,2 п.л.).

4. Конституционно-правовой механизм осуществления внешней
политики России. (В составе авторского коллектива в кн. "Консти
туционно-правовой механизм внешней политики"). М.: РОССПЭН,
2004.— (2,3п.л.).

5. Государственно-правовой механизм осуществления внешней
политики СССР. (В сб. научныхтрудов МГИМО "Государственно-
правовой механизм осуществления внешней политики в СССР и за
рубежных странах"). М.: МГИМО, 1981. — (0,5п.л.).

6. Конституционните основи на външната политика на съветс-
ката държава. (Сб. материалов международной научно-теоретиче
ской конференции "Социалистическата общност през 80-те години".
София, 1982. -(1п.л.).

7. Внешнеполитические полномочия Совета Мшшстров СССР. //
Советское государство и право. 1981. № 3. — (1 п.л.).

8. Конституционно-правовой механизм внешней политики Рос
сии: теоретические основы. 4.1 // Обозреватель-Observer. 2004.
№1. — (1п.л.).

9. Конституционно-правовой механизм внешней политики Рос
сии: теоретические основы. 4.2 // Обозреватель-Observer. 2004.
№2.—(1п.л.).

Заказ №,3?&Тираж/££»«. МГИМО (У) МИД РФ

Отпечатано в отделе оперативной полиграфии

и множительной техники МГИМО (У) МИД РФ

117213. Москва, ул. Новочеремушкинская, 26

H1749i

ИЗ ФОНДОВ РБД

Кремлева Ольга Клавдиевна

Договор купли-продажи акций автореф. дис. на соиск. учен. степ. канд. юрид. наук

Автореферат диссертации на соискание ученой степени канд.

юрид. наук

Специальность 12.00.03

Москва

РБД

2006

Кремлева, Ольга Клавдиевна

Договор купли-продажи акций [Электронный ресурс]: автореф. дис. на соиск. учен. степ. канд. юрид. наук: специальность 12.00.03 <Гражд. право; предпринимат. право; семейн. право; междунар. част. право> / Кремлева Ольга Клавдиевна; С.-Петерб. гос. ун-т. - М.: РГБ, 2005. - Из фондов РБД.

Текст воспроизводится по экземпляру, находящемуся в

фонде РГБ:

Кремлева Ольга Клавдиевна

Договор купли-продажи акций автореф. дис. на соиск. учен. степ. канд. юрид. наук

Автореферат диссертации на соискание ученой степени канд. юрид. наук

Специальность 12.00.03

Санкт-Петербург - 2004

РБД, 2006 (электронный текст)

Санкт-петербургский государственный университет

На правах рукописи

Кремлёва Ольга Клавдиевна

ДОГОВОР КУПЛИ-ПРОДАЖИ АКЦИЙ

Специальность 12.00.03-

гражданское право; предпринимательское право; семейное право; международное частное право

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени кандидата юридических наук

Санкт-Петербург 2004

Работа выполнена на кафедре хозяйственного права Санкт-Петербургского государственного университета экономики и финансов.

Научный руководитель -доктор юридических наук, профессор

Александр Кузьмич Кравцов

Официальные оппоненты: -доктор юридических наук, профессор

Олег Александрович Городов; -кандидат юридических наук Николай Алексеевич Крутицкий

Ведущая организация -Уральская государственная

юридическая академия

Защита состоится 23 декабря 2004 года в 16 часов 30 минут на заседании диссертационного сонета Д212.232.04 по защите диссертаций на соискание ученой степени доктора наук при Санкт-Петербургском государственном университете по адресу: 199026, Санкт-Петербург, Васильевский остров, 22 линия, д.7, зал заседаний Ученого Совета.

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке имени А.М.Горького Санкт-Петербургского государственного университета (Санкт-Петербург, Университетская набережная, д.7/9).

Автореферат разослан <,<,**» fbCVLM**— 2004 года.

Ученый секретарь диссертационного совета

кандидат юридических наук, доцент М.В.Филиппова.

Общая характеристика работы

Актуальность темы исследования. Обеспечение безопасности государства требует незамедлительных мер, направленных на качественный экономический рост и укрепление стабильности экономического оборота. Сегодня перед Россией стоят задачи, для решения которых необходима мобилизация всех видов ресурсов. Одним из таких ресурсов является акционирование, обладающее огромным потенциалом эффективного управления, привлечения инвестиций, предотвращения оттока капитала. Акции выполняют чрезвычайно важную роль аккумулятора денежных потоков для вовлечения их в экономический оборот. Рынок акций служит одновременно и катализатором развития экономики, и индикатором ее состояния. Активизация ресурса акционирования, а также его надлежащее использование могут и должны быть инициированы совершенствованием правового регулирования, в первую очередь, в плане приобретения и отчуждения акций.

Проблемы правового регулирования рынка ценных бумаг остро дискуссируются в современной российской цивилистике. Тем не менее, на сегодняшний день не существует ни одного монографического исследования, посвященного именно договору купли-продажи акций - наиболее часто заключаемому договору, опосредующему переход права собственности на акции.

За последнее время было существенно изменено и дополнено законодательство об обращении акций. Регулирование купли-продажи акций подчиняется требованиям огромного количества нормативно-правовых актов. Важнейшими Федеральными законами, регулирующими различные элементы договора купли-продажи акций являются Закон РФ от 26 декабря 1995г. № 208-ФЗ «Об акционерных обществах», Федеральный закон от 22 апреля 1996 № 39-ФЗ «О рынке ценных бумаг», Федеральный закон от 21 декабря 2001 № 178-ФЗ «О приватизации государственного и муниципального имущества в РФ», Федеральный закон от 5 марта 1999 г. № 46-ФЗ - «О защите прав инвесторов на рынке цепных бумаг». Тем не менее, 1ЩИ наличии мнижилиа нормативных

aктов, содержащих отдельные нормы о купле - продаже акций, из поля зрения законодателя выпали целые пласты сделок. Так, внебиржевой оборот акций, отчуждение акций физическими лицами урегулированы лишь общими нормами о купле-продаже, без учета специфики данного объекта гражданских прав и его значения для экономики страны. В силу дублирования некоторых норм, регулирующих куплю-продажу акции, возникают коллизии. Несмотря на многочисленные редакции, перечисленные законы изобилуют терминологической разобщенностью.

Сложность исследования состоит в самой постановке проблемы. Во-первых, до сих пор дискуссионным остается целый ряд вопросов, касающихся предмета доювора, а, следовательно, и выбора вида договора, опосредующего отчуждение акций Во-вторых, не решен вопрос о самостоятельности или рассмотрении в качестве видов доювора купли-продажи акций таких сделок, как подписка, размещение, конвертация, выкуп акций. В-третьих, следует Отметить, что до сих пор недостаточно изучены вопросы о сторонах договора купли-продажи акций, их ответственности за неисполнение договора.

Цели исследования. Диссертант ставит перед собой цель проанализировать научные труды, посвященные обращению ценных бумаг, действующее законодательство и судебную практику разрешения споров о купле-продаже акций, всестороние исследовать договор купли-продажи акций; выявить его подвиды; определить их место среди других договоров по поводу отчуждения ценных бумаг; исследовать проблемы перехода права coбcтвенности на акции.

Задачей исследования является выработка предложений по дальнейшему совершенствованию законодательства в области купли-продажи акций, а также подготовка материалов для специального курса лекций.

Объектом диссертационного исследования является гражданско-

правовое регулирование возмездного отчуждения акций посредством наиболее распространенного способа - купли-продажи акции.

Предметом исследования служит договор купли-продажи акций, его правовая природа, виды, формы, порядок заключения и исполнения.

Методологическая и теоретическая основа диссертационного исследования. Методологической основой диссертационного исследования являются методы -диалектики, анализа и синтеза, системного подхода, комплексного анализа, метод сравнительного правоведения.

Диссертант осуществляет обзор литературы и позиций ученых по вопросам, смежным с предметом исследования. На основе изученного материала проводится критический анализ гражданских правоотношений по поводу возмездного отчуждения акций и рассматривается центральное правоотношение - правоотношение, складывающееся по поводу права собственности на акции. Полученные выводы применяются к договору купли-продажи, опосредующему возникновение, переход и прекращение права собственности на акции.

Исследование основано па анализе Конституции РФ, Гражданского кодекса РФ, Федеральных законов, подзаконных актов, судебной практики.

При проведении исследования диссертант опирался на труды
М.М.Агаркова, В.А.Белова, В.С.Белых, М.И.Брагинского, А.Ю.Бушева,
В.В.Витрянского, О.С.Иоффе, О.А.Красавчикова, Е.А.Крашенинникова,
Д.В.Ломакина, А.А.Маковской, Ю.А.Метелевой, Д.И.Мейера, Д.В.Мурзина,
H.O.Нерсесова, В.Ф.Попондопуло, Б. И. Путинского, В.В.Ровного,

В.А.Семиусова, В.И.Синайскою, С.Н.Сергеева, К.И.Скловского, Е.А.Суханова,
И.Т.Тарасова, Ю.К.Толстого, Р.О.Халфиной, Б.Л.Хаскельберга,

Г.Ф.Шершеневича, Г.С.Шанкиной, В.Ф.Яковлева, В.Ф.Яковлевой и др.

Эмпирическую основу исследовании составляет законодательство Российской Федерации, акты официальною толкования права высшими судебными органами, судебная практика.

Научная новизна исследования. Представляемая диссертация является первым монографическим исследованием, посвященным договору купли-продажи акций. Осуществляется постановка проблемы договора купли-продажи акций как вида договора купли-продажи. В работе формулируется критерий отнесения договоров к договору купли-продажи акций, выделяются перманентные свойства, внутренне присущие именно данному виду договора, определяющие его место в системе договоров купли-продажи, общее и особенное в порядке правового регулирования возмездного отчуждения акций. На основе анализа перехода права собственности на акции предлагается комплексное решение проблем в области заключения и исполнения договора купли-продажи акций. Вносятся предложения но совершенствованию мер ответственности за ненадлежащее исполнение или неисполнение договора.

В диссертации разработаны следующие основные положения и выводы, выносимые на защиту:

1) Формулируется определение договора купли-продажи акций: по
договору купли — продажи акций одна сторона — продавец обязуется передать
акцию (акции) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель
обязуется принять обусловленное количество акций и уплатить за них
определенную денежную сумму.

2) Выделяются виды договора купли-продажи акций: договор купли-
продажи акций, заключаемый в процессе размещения, договор купли-продажи
размешенных акций, договор выкупа акций.

Указанные виды договора купли-продажи акций отличаются особенностями субъектного состава и формирования воли к заключению договора. В то же время указанные виды договора купли-продажи акций объединены тем, что обладают имманентными лишь данному договору

предметом и целью его заключения. Диссертант считает целесообразным выделять виды договора купли-продажи акций в соответствии с жизненным циклом акционерного общества: договор купли-продажи акций в процессе размещения, договор купли-продажи размещенных акций и договор выкупа акций. Перечисленные виды договора купли-продажи акций могут заключаться как на биржевом, так и на внебиржевом рынке. Место заключения данных доюворов обуславливаем отличия в порядке заключения, но не в содержании указанных договоров.

3) Доказывается, что возмездное отчуждение акций за деньги надлежит
оформлять договором купли-продажи акций. Совершение цессии прав из акций
осуществляется на основании сделки по отчуждению акций (в частности,
купли-продажи), без которой цессия не имеет самостоятельного значения.

В силу ст. 146 ГК РФ порядок передачи прав по ценной бумаге зависит от способа легитимации субъекта прав, удостоверенных данным видом ценных бумаг. Следовательно, в соответствии с п.2 ст. 146 ГК РФ права, удостоверяемые бездокументарными акциями, передаются в порядке цессии. Исходя из этого, ряд ученых делает вывод о том, что передача прав требования из именной бумаги должна осуществляться посредством договора цессии, иные придерживаются противоположного мнения. Диссертант доказывает, что цессия не является самостоятельным видом договора, и отнюдь не заменяет купли-продажи. Цессия осуществляется на основании договора купли-продажи акций в форме передаточного распоряжения и, таким образом, выполняет распорядительную функцию. Передаточное распоряжение предназначено для совершения регистратором или депозитарием операций, отражающих переход права собственности на акции.

4) Сторонами договора купли-продажи акций являются продавец,
отчуждающий акции, принадлежащие ему на праве собственности, и
покупатель, становящийся собственником акций и акционером общества —
эмитента акций.

Покупателем в договоре купли-продажи акций является лицо, приобретaющее в coбственность акции, а вместе с ними И статус акционера. Известно, что никто не может передать прав больше, чем имеет. Следовательно, продавцом может являться только собственник, который вправе дать поручение другому лицу продать принадлежащие ему акций. Иные лица могут выступать в договоре купли-продажи лишь в качестве продавца на основании поручения собственника, например, в договоре комиссии (ст.990 ГК РФ) или на основании судебного решения, например, при продаже заложенных, арестованных акций. Действуя в таком качестве, они не отчуждают и не приобретают прав акционера.

Диссертант доказывает, что в подобных случаях в договоре купли-продажи акций необходимо указывать, кто является собственником отчуждаемой вещи и её подлинным продавцом, а также на каком основании действует посредник. Выполнение этого требования способствовало бы предотвращению многочисленных махинаций на рынке ценных бумаг.

5) Акции вне зависимости от формы их выпуска подлежат вещно-правовому режиму регулирования.

В.А.Белов, Д.В.Ломакин и Е.А.Суханов наиболее последовательно критикуют распространение вещно-правового режима регулирования на бездокументарные акции. Противоречивые суждения высказывают по поводу их правовой природы Л.Р.Юлдашбаева, А.А.Бутенко. На позициях единого правового регулирования обращения документарных и бездокументарных акций стоят А.А.Маковская, Д.В.Мурзин, И.Ш.Файзутдинов.

Акции вне зависимости от формы их выпуска являются объектами гражданских прав, представляют собой документы в современном смысле этого слова, удостоверяют субъективные гражданские права, предназначенные для обращения. Совокупность формальных и материальных признаков акций, в том числе бездокументарных, присущая ценным бумагам, позволяет отграничить их от обязательств, а также в ряду объектов гражданских прав от объектов близких по своей юридической природе. Диссертант доказывает противозаконность

ущемления прав собственников бездокументарных ценных бумаг по сравнению с собственниками классических акций, обращавшихся в виде бумажного документа

6) Акция, являющаяся предметом договора купли-продажи, отчуждается
со всей совокупностью удостоверяемых ею прав.

Сделки по отчуждению отдельных прав из акции ничтожны. Следовательно, ничтожна сделка по отчуждению акции, содержащей меньший объем прав, чем предусмотрено проспектом эмиссии.

7) Предлагается введение в обращение электронных карт, содержащих
информацию об акциях, существующих в виде записей на счете, а в
дальнейшем и всех иных ценных бумагах.

Введение в обращение электронных карт позволит автоматизировать процессы ведения peеcтpa, заключения сделок, фиксации обременений, повысить гарантии сохранности ценных бумаг, решить проблему восстановления прав из утраченных ценных бумаг, упростить выплату начисленных дивидендов и бонусов, обеспечить своевременную уплату налогов.

8)   В связи с заключением договора купли-продажи акций стороны помимо
договорных   приобретают   обязательства,   следующие   из   закона.   Их   можно
охарактеризовать    как    неотделимые    от    договора    купли-продажи    акции,
возникающие вследствие его заключения.

Перечисляя основания возникновения обязательств, виднейшие российские цивилисты ссылаются на п.2 cт.307 ГК РФ, а также на различные пункты ст.8 ГК РФ, содержащей перечень оснований возникновения гражданских прав и обязанностей. Перечень оснований возникновения обязательств, в соответствии с п.2 ст.307, включает, в первую очередь, договоры, затем, обязательства вследствие причинения вреда, а также иные основания, указанные в Гражданском Кодексе Российской Федерации. Такими основаниями, по нашему мнению следует считать, основания, предусмотренные законом, что следует из аб.1 ч.1 ст.8 ГК РФ. Обязательства,

возникающие в силу закона, должны войти в перечень оснований возникновения обязательств, перечисленных в п.2 ст.307 ГКРФ.

В диссертации разработаны предложения по совершенствованию действующего законодательства вобластизаключения и исполнения договоров купли-продажи акций:

1)    Обосновывается   необходимость правового   регулирования   договора
купли-продажи акций в   §9   Главы   30   Гражданского   кодекса РФ «Продажа
акций».    Текст   проекта   параграфа,   включающего   8    cтатей,    излагается   в
Приложении 1.

2) Предлагается ввести в обращение сертификаты на преимущественное
приобретение акций, выполняющие функции оферты при заключении договора
купли-продажи акций.

Приводятся соответствующие дополнения абзаца 1 ч.2ст.143 ГК РФ, ст.7 ФЗ «Об акционерных обществах».

3) Условие о цене должно быть закреплено в качестве существенного
условия доювора купли - продажи акций.

Существенными условиями договора купли-продажи акций, как любого иного договора, являются лишь условия, указанные в качестве существенных в законе. Для договора купли-продажи единственным существенным условием является условие о предмете. В то же время, закон требует от профессиональных участников рынка ценных бумаг информировать продавцов и покупателей о существующих ценах на акции. Законом закрепляется преимущественное право акционеров ЗАО на приобретение акций, отчуждаемых другими акционерами, по цене предложения третьему лицу. При отсутствии прямого указания в Законе на цену, как существенное условие договора купли-продажи акций, указанные нормы теряют свою эффективность.

4) Предлагается законодательно закрепить обязанность профессиональных
участников рынка ценных бумаг разъяснять продавцам и покупателям акций

обязательства, возникающие в силу закона, вследствие заключения договора купли-продажи акций.

5) Предлагаются поправки к действующему законодательству, регулирующему способы обеспечения исполнения обязательств из договора купли-продажи акций, такие как задаток, неустойка, которые необходимо привести в соответствие с юридическим содержанием этих способов.

Теоретическое и практическое значение исследования. Выводы и предложения, содержащиеся в диссертации, могут быть использованы для дальнейшего совершенствования правового регулирования рынка ценных бумаг. Комплекс, предложенных диссертантом изменений и дополнений норм законодательства, разрешает наиболее острые проблемы правового регулирования купли-продажи акций и приводит к гармонизации законодательства и этой области.

На основе диссертационного исследования целесообразно подготовить специальный курс «Правовое регулирование обращения акций».

Рекомендуется дополнить учебные пособия, посвященные договорному праву, в частности, договору купли-продажи разделом о договоре купли-продажи акций.

Апробация результатов исследования. Диссертация выполнена и обсуждена на кафедре хозяйственного права Санкт-Петербургского государственного университета экономики и финансов. Основные положения диссертации нашли отражение в докладах на научных сессиях профессорско-преподавательского состава, научных сотрудников и аспирантов, проводившихся в 2001, 2002 и 2003, 2004 годах, в межвузовских научных публикациях. В 2003 году диссертант выступила с докладом «Некоторые проблемы договора купли-продажи акций» на Всероссийской научно-

практической конференции «Актуальные проблемы современного гражданского и предпринимательского права», проводившейся Уральской государственной юридической академией в Екатеринбурге. Материалы исследования использовались для проведения практических занятий по гражданскому праву.

Структура работы. Структуpa диссертации обусловлена логикой

исследования договора как правового явления. Диссертация состоит из введения, тpex глав, девяти параграфов, заключения, списка использованной литературы и приложения.

Содержание работы.

Во введении обосновывается актуальность темы диссертационного исследования, определяются его цели и задачи, обьект, предмет и метод исследования, обосновывается научная новизна и практическая значимость работы, излагаются основные положения, выносимые на защиту.

Глава I. «Общие положении о договоре купли-продажи акций»

§ 1. Законодательство о купле-продаже акций

Проводится критический анализ действующего законодательства, регулирующего обращение акций. Изучается динамика совершенствования норм законодательства об отчуждении акций.

Обосновывается применение к купле — продаже акций общих норм о купле - продаже. Кауза сделки, направленной на куплю-продажу акций имеет отличительную особенность oт купли-продажи иных предметов. Этa особенность состоит в том, что помимо вещных правоотношений, возникают, изменяются или прекращаются также и акционерные правоотношения. Таким образом, помимо приобретения права собственности на акции целью купли-продажи акций является возникновение, изменение или прекращение прав акционера.

Нормы, регулирующие куплю-продажу акций, дублируются в различных нормативных актах. В силу этого постоянно имеют место разночтения. Федеральные законы, содержащие данные нормы, несмотря на многочисленные исправления и дополнения часто содержат противоречия и терминологические несоответствия.

Диссертант доказывает необходимость правового регулирования договора купли-продажи акций Гражданским кодексом РФ наравне с такими видами договора купли-продажи, как договор продажи недвижимости и договор продажи предприятия. В подтверждение данного положения диссертант приводит ряд apгyментов.

1) значение правового регулирования купли-продажи акций для
экономики;

2) специфика предмета договора купли-продажи акций как объекта
гражданских прав;

3) необходимость расширения перечня существенных условий договора
купли-продажи акции.

§2. Предмет договора купли-продажи акций

Предмет договора во многом определяет вид заключаемого договора. В соответствии с действующим российским законодательством, может быть эмитирована только именная акция, а именная эмиссионная ценная бумага должна выпускаться только в бездокументарной форме. Однако документарные акции, эмитированные ранее, продолжают оставаться надлежащим объектом гражданских прав и предметом купли-продажи.

Диссертант предлагает вернуть в обращение предъявительские акции и именные акции в документарной форме. Восстановление разнообразия видов и форм выпуска акций соответствует основным началам гражданского права и будет способствовать развитию российской экономики.

Изучив острейшую дискуссию по поводу природы бездокументарных акций, диссертант формулирует свою позицию и отстаивает вещноправовой режим регулирования акций любой формы выпуска. Из этого следует вывод, что акция со всей совокупностью удостоверяемых ею прав является надлежащим предметом купли - продажи.

Исследуются вопросы о возможности заключения договора купли-продажи доли акции и отдельных прав из акции. Диссертант дает положительный ответ на первый вопрос и отрицательный на второй.

Диссертант высказывает свое мнение по поводу остро дискуссируемой проблемы — соотношения купли-продажи акций и цессии прав из них. Ряд ученых не подвергает сомнению заключение договора купли-продажи, как

опосредующего возмездное отчуждение акций. Иные доказывают, что акции надлежит цедировать. Диссертант приводит перечень причин, по которым цессия не способна заменить куплю-продажу акций. Цессия не является самостоятельным видом договора, поэтому передача прав требования из именной бумаги посредством цессии отнюдь не заменяет куплю-продажу. Цессия акции, во-первых, допустима, если не противоречит закону, иным правовым актам или договору, во-вторых, необходима лишь постольку, поскольку выполняет распорядительную функцию. Осуществляется цессия по договору купли-продажи акций в форме передаточного распоряжения. Передаточное распоряжение предназначено для совершения регистратором или депозитарием, операций, отражающих переход права собственности на акции. Таким образом, не следует противопоставлять договор купли-продажи акций и цессию. Оформление надлежащим образом передаточного распоряжения и вручение его покупателю акций является действием, направленным на исполнение договора.

§3. Виды договора купли-продажи акций

Исследуется внутренняя сущность договора купли-продажи акций. Целью заключения договора купли-продажи является переход права собственности на предмет договора, в данном договоре - на акцию. Выявляются характеристики имманентные лишь данному договору. Отличительной особенностью именно договора купли-продажи акций следует признать его двойной эффект — вещный и корпоративный одновременно. В связи с этим требуется уяснить значение и место данного договора среди иных гражданско-правовых договоров. Проведенный анализ сущности исследуемого договора позволяет выделить критерии отнесения к договору купли-продажи акций сделок со сходным содержанием на основе имманентных им свойств. Диссертант формулирует определение договора купли - продажи акций, выносимое на защиту. Определяется место договора купли-продажи акций как вида договора купли-

продажи. Выделяются договоры смежные с договором купли-продажи акций, подвиды договора купли-продажи акций. Освещаются дискуссионные вопросы классификации.

В силу специфики акций как объекта гражданских прав практика выработала устойчивый ряд терминов, обозначающих виды сделок с акциями. Употребляются такие термины, как обращение, размещение, выкуп, конвертация акций. Диссертант выясняет их юридическое содержание. Проведенный анализ сущности договора купли-продажи акций позволяет выделить критерии oтнесения или не отнесения сделок с акциями к договору купли-продажи акций подобных ему договоров на основе имманентных им свойств (возмездность, переход права собственности на акции, обретение или yтpaтa прав акционера). Диссертант делает вывод о том, что договор купли-продажи акций подразделяется на виды, что обусловлено неразрывной связью предмета договора с жизненным циклом акционерного общества. Можно выделить договор купли-продажи акций, заключаемый при размещении акций, договор купли-продажи размещенных акций и договор выкупа акций.

Диссертант указывает на особенности договора купли-продажи акций, обусловленные правовым статусом сторон договора, однако полагает излишним считать их критерием выделения видов договора купли-продажи акций. Стороны договора купли-продажи акций должны обладать общей правоспособностью. Однако для заключения отдельных подвидов договора купли-продажи акций к сторонам предъявляются дополнительные требования.

При купле-продаже акций на фондовой бирже в силу закона у продавца или покупателя акций возникает необходимость заключения договора с брокером или дилером, поскольку принимать участие в торгах на фондовой бирже мoгут лишь брокеры, дилеры и доверительные управляющие (ст. 12 ФЗ «О рынке ценных бумаг»). Исследовав правовой статус перечисленных субъектов сделки, а также сопоставив цели их деятельности и цель заключения договора купли - продажи акций, диссертант делает вывод: брокеры, дилеры и доверительные управляющие являются не продавцами и покупателями, а

посредниками, сторонами, способствующими заключению сделки. Наличие очерченного круга посредников является отличительной чертой договора купли-продажи акций, заключенного на фондовой бирже.

Выработанная классификация используется в дальнейшем изложении для систематизации судебных материалов и рекомендаций по совершенствованию законодательства.

Глава 2. Заключение договора купли-продажи акций

§ 1. Свобода договора купли-продажи акций

Диссертант рассматривает договор купли-продажи акций как волевой акт. Данный волевой акт обладает определенной спецификой, обусловленной особенностью акций как предмета договора купли-продажи. Поскольку право собственности на акции акционерного общества предполагает полномочия по управлению данным предприятием, законодатель предусматривает особый порядок отчуждения акций, находящий свое выражение в определенных ограничениях свободы договора. Так, существуют ограничения на отчуждение крупных пакетов акций, заключение сделок, влекущих за собой изменение доли акций, принадлежащих государству. Нетрудно заметить, что право свободно распоряжаться своим имуществом входит в противоречие с правом преимущественного приобретения ценных бумаг общества.

Исследовав и систематизировав специфические особенности ограничения свободы договора купли-продажи акций, диссертант пришел к выводу о ее зависимости от вида договора купли-продажи акций.

Отличительной особенностью договора купли-продажи акций, заключаемого в процессе размещения, является то, что формирование воли происходит в процессе выработки и принятия решений уполномоченных органов акционерного общества и существенно зависит от организационно-правовой формы общества.

В договоре купли - продажи размещенных акций как минимум одна сторона, продавец является акционером. Следовательно, помимо общей гражданской правоспособности продавец - акционер обладает членскими правами и обязанностями по отношению к акционерному обществу. Этот момент непосредственно выражается в ограничении свободы заключения договора купли-продажи акций. Одним из прав, удостоверяемых акцией, может является право преимущественного приобретения акционером акций эмитировавшего их акционерного общества. Наличие такого права в свою очередь ограничивает свободу собственника акций на возмездное отчуждение акций прочим лицам. Законодательство не содержит подобных ограничений для иных сделок, опосредующих отчуждение акций: ни завещание, ни дарение акций не обуславливается правосубъектностью наследников или одаряемых. Oтcyтcтвуют подобные ограничения и по поводу правосубъектности цессионария. По мнению диссертанта, этo отнюдь не является упущением законодателя, а есть выражение последовательности в определении вида надлежащей сделки, опосредующей возмездное отчуждение акций. Акционер, намеревающийся продать акцию третьемy лицу, обязан предложить приобрести акцию другим акционерам, а в случае согласия последних, заключить договор купли - продажи именно с ними.

Рассматриваются случаи ограничения свободы договора при приобретении и отчуждении крупных пакетов размещенных акций, акций народных предприятий, акций ОАО, созданных в процессе приватизации.

Особой регламентации и ограничениям подчинена свобода договора выкупа акций. Сопоставляя ограничения свободы договора выкупа акций различных видов акционерных обществ, диссертант обнаружил моменты ее необоснованного ущемления при выкупе акций обществ, преобразуемых в народные предприятия, и предложил изменить соответствующие нормы. По мнению диссертанта правила выкупа акций целесообразно унифицировать.

Исследование свободы договора купли-продажи различных видов акций на различных стадиях их обращения выявило закономерность существенных

oграничений свободы данного договора, продемонстрировало необходимость совершенствования законодательства, позволив сформулировать предложения по его совершенствованию.

§2. Существенные условия договора купли-продажи акций

Диссертант критически анализирует требования современного законодательства к условиям договора купли-продажи акций. Единственным существенным условием договора купли-продажи акций согласно действующему законодательству, как и в общем случае, является предмет договора, а именно сами акции.

На основе научною анализа законодательства, литературы и судебной практики, сделан вывод о том, что цена должна получить законодательное закрепление в качестве существенного условия договора купли - продажи акций. Для этого имеются следующие основания:

- акции — титулы собственности на имущество акционерного общества,
которое в комплексе представляет собой не что иное, как предприятие. Переход
права собственности на акции предприятия сопоставим с переходом права
собственности на само предприятие. Что касается цены предприятия, то она
хотя и определяется свободно, тем не менее, без её указания в договоре, он не
может считаться заключенным,

- отcyтствие цены договора в качестве его обязательного условия ставит
под сомнение эффективность информирования о ценах как меры по защите
прав инвесторов;

- возможность не oглашать цену договора купли- продажи акций позволяет
обходить требования закона о праве преимущественного приобретения,
нарушая тем самым права других акционеров, а также избегать надлежащего
налогообложения;

- закрепление условия о цене в качестве существенного условия договора
купли-продажи акций воспрепятствует заключению сделок, противоречащих

требованиям устава эмитента, что также послужит защите прав акционеров и добросовестных приобретателей.

Исследовав условия договора купли-продажи о количестве акций, диссертант подчеркивает взаимосвязанность цены акций и их количества как условий договора купли-продажи акций. Связанность цены акций и количества акций как условий договора купли-продажи, также требует признания цены в качестве существенного условия договора купли-продажи акций.

§ 3 Порядок заключения договора купли-продажи акций

Выделяются различия заключения договора купли-продажи акций и других видов договора купли-продажи.

Анализируются императивные и диспозитивные нормы правового регулирования порядка заключения договора купли-продажи акций. Стадии заключения данного договора в большой мере зависят от вида договора купли-продажи акций.

Изучается сущность извещения о намерении купить или продать акции, которое в ряде случаев обязательно в силу закона. Сделан вывод о том, что такое извещение представляет собой оферту, поскольку оно соответствует всем признакам оферты: адресованность конкретному лицу, выражение намерения продать или купить акции, указание на существенные условия договора. В договоре купли-продажи акций функции оферты способны исполнять известные мировой практике ценные бумаги, которые носят название сертификатов или варантов. Назначение этих ценных бумаг состоит также в реализации механизма защиты права акционера на преимущественное приобретение акций. Эти эмиссионные ценные бумаги удостоверяют право акционера на приобретение вновь эмитируемых акций пропорционально количеству акций, принадлежащих ему на момент эмиссии. Обращение сертификатов на приобретение акций допускается на фондовом рынке в течение срока их действия.

Введение такой формы оферты при заключении договора купли-продажи акций представляется перспективной. Использование сертификатов на преимущественное приобретение акций отвечает принципам равенства участников гражданско-правовых oтношений, неприкосновенности собственности, беспрепятственного осуществления гражданских прав. Использование сертификатов на приобретение акций позволяет гарантировать:

-право получения достоверной информации о готовящейся эмиссии каждым акционером (в том числе по каким бы то ни было причинам не принимавшим участия в общем собрании акционеров);

-право преимущественного приобретения дополнительных акций или ценных бумаг, конвертируемых в акции, пропорционально имеющейся у акционера доле акций акционерного общества;

-правовозмездного отчуждения преимущественного права приобретения дополнительных акций или ценных бумаг, конвертируемых в акции.

Наличие императивной нормы, обязывающей эмитента при дополнительной эмиссии эмитировать и вручать сертификаты на приобретение акций дает большие гарантии защиты прав акционеров по сравнению с ныне действующим порядком, что положительно скажется на инвестиционной привлекательности акций.

Использование данного вида ценных бумаг не противоречит праву открытых акционерных обществ осуществлять открытую подписку на акции, зафиксированному в ч.2. ст.7 ФЗ «Об акционерных обществах», а лишь уравновешивает акционерные интересы и препятствует злоупотреблениям акционерного большинства. По истечении срока, указанного в сертификате, акции могут быть приобретены любым желающим.

Для функционирования сертификатов на преимущественное приобретение акций или ценных бумаг, конвертируемых в акции, необходимо дополнить перечень ценных бумаг, содержащийся в ст. 143 ГК РФ, или присвоить сертификату на преимущественное приобретение акций статус ценной бумаги в установленном ГК РФ порядке.

Предлагается внести дополнения в абзац I ч.2, ст.7 ФЗ «Об акционерных обществах» и изложить его в следующей редакции: после слов «Открытое общество вправе проводить закрытую подписку на выпускаемые им акции, за исключением случаев, когда возможность проведения закрытой подписки ограничена уставом общества или требованиями правовых актов Российской Федерации» добавить абзац «При проведении дополнительной эмиссии цепных бумаг открытое акционерное общество обязано на каждую ценную бумагу выпустить сертификат на право её приобретения и вручить сертификаты всем акционерам, по состоянию реестра на день принятия решения о дополнительной эмиссии. Сертификаты должны быть разосланы заказными письмами в течение 10 дней со дня принятия решения о дополнительной эмиссии. Сертификат должен содержать сведения о праве на приобретение ценных бумаг определенною вида; сроке осуществления данного права (не менее двух календарных месяцев с момента принятия решения о дополнительной эмиссии). Владелец сертификата вправе приобрести указанное в сертификате количество ценных бумаг ОАО полностью или частично, отчуждать сертификат другому лицу, если иное не предусмотрено законом».

Просматривается проблема формы договора купли-продажи акций. Действующее законодательство не предъявляет к ней тех или иных специальных требований. П. 1 ст.434 ГК РФ оставляет выбор формы договора на усмотрение сторон, если только определенная форма не установлена законом. При заключении договора купли-продажи акций следует руководствоваться общими положениями о договорах и их форме, а именно ст.434 ГК РФ «Форма договора». Между тем, отсутствие специальной регламентации формы договора купли-продажи акций способствует совершению противоправных действий со стороны недобросовестных продавцов. Материалы практики позволяют сделать вывод о необходимости законодательного установления письменной формы договора купли-продажи акций. Диссертант предлагает решение проблемы посредством введения

унифицированного порядка заключения всех видов договора купли-продажи акций. Современный уровень развития научно-технического прогресса позволяет ввести электронные карты, удостоверяющие право собственности на акцию и содержащие информацию о переходе права собственности или любого из его правомочий, а также всех обременениях права собственности на акцию.

Легитимация по кapтe, по мнению диссертанта, должна соответствовать легитимации по акции. Поскольку действующее законодательство допускает выпуск исключительно именных акций, электронная карта должна быть соответственно именной. Выдачу карты целесообразно производить при появлении лица, ранее непоименованного в реестре акционеров. Совершение стандартизированных операций с использованием карты свидетельствовало бы о заключении сделки с акциями, в том числе о заключении договора купли-продажи. Механизм доступа должен функционировать по принципу электронной подписи в соответствии с ФЗ «Об электронной подписи». При обязательном предьявлении карты были бы автоматически заблокированы сделки, для совершения которых требуется одобрение, но таковое отсутствует.

Возможно предусмотреть дифференцированный режим доступа различных лиц к информации, содержащейся на карте и одновременно в реестре или депозитарии. Так, полный объем информации мог бы быть доступен для держателя peecтpa, уполномоченных государственных органов. Собственнику акций необходимо обладать всей полнотой информации об объеме прав из акции, их количестве в соответствии с записью на счете, информацией о последнем собственнике акций, сумме начисленных дивидендов, а также о количестве, цене и сроке размещения вновь эмитированных акций, на приобретение которых он имеет право. Записи на карте должны совершать лишь лица, обладающие лицензией на ведение реестра или осуществление таких операции. Должен быть максимально упрощен доступ к считыванию информации для лица, легитимировавшегося по карте. Он может осуществляться у реестродержателя или депозитария, в уполномоченных учреждениях, в том числе при удаленном доступе, что позволяют интернет-

технологии. Механизм доступа к изменению записей лицевого счета должен предусматривать два режима изменения записи: по воле собственника и по решению уполномоченных государственных органов.

При условии введения электронных карт добровольная передача права собственности на акции или любого из его правомочий станет возможной лишь при наличии единства воли и волеизъявления сторон договора, доведенной до сведения регистратора. Подтверждение единства воли будет выражаться в предъявлении уполномоченными лицами карты для осуществления транзакционной записи. Информация о совершении сделки подлежит фиксации на электронной карте. Станет возможным отражение на карте взысканий и обременений. Наконец, с использованием режима удаленного доступа информация о состоянии счета будет доступной собственнику акций без обязательного обращении к регистратору непосредственно по месту его нахождения.

Введение электронных карт акционеров позволит:

-повысить надежность подтверждения того, что продавец является надлежащим лицом;

-дать дополнительные гарантии наличия обоюдного согласия сторон договора на его заключение;

-доводить информацию о совершении сделки до сведения регистратора одновременно с заключением договора;

-хранитьисторию перехода права собственности на акцию, что исключило возможность хищения, подлога, злоупотребления правом;

-автоматизировать работу регистратора и депозитария;

-сделатьвозможным получение выписки со счета при авторизации карты не только у регистратора, но и в любом уполномоченном учреждении;

-ликвидироватьнеобходимость выдачи передаточных распоряжений;

-надлежащим образом решить фискальные вопросы.

Введение электронных карт, фиксирующих заключение договора купли-продажи, равно как и иных сделок, позволит решить проблему виндикации.

Глава 3. Исполнение договора купли-продажи акций и ответственность за его нарушение.

Диссертант исследует договор купли-продажи акций как основание возникновения обязательств, признавая сущностью этих обязательств передачу права собственности на акции взамен на уплату их стоимости. Диссертант высказывается за сбалансированность прав и обязанностей сторон договора и отстаивает принцип недопустимости ущемления интересов одних за счет других.

§ 1. Права и обязанности сторон по договору купли-продажи акций

Обязанностью продавца из договора купли-продажи акций является передача акций в собственность покупателя. Обязанностью же покупателя, в свою очередь, является оплата и принятие акций. Таким образом, результатом надлежащего исполнения договора купли-продажи акций является переход права собственности на акции.

Со стороны продавца для исполнения договора требуется передача акций покупателю в соответствии с договором, то есть в надлежащем количестве в обусловленный срок, а также получение покупной цены. Обязанностями покупателя являются своевременные уплата покупной цены и получение акций. Процесс принятия - получения варьируется в зависимости от вида и формы акций. Так для исполнения обязанности передачи документарных предъявительских акций достаточно их вручения. Изменение наименования собственника именной ценной бумаги, выпущенной в документарной форме, требует выдачи эмитентом нового бланка ценной бумаги. Если же предметом договора купли-продажи являются бездокументарные акции, то их передачей будет считаться изменение наименования собственника в записи на счете или в реестре.

Моменты вручения передаточного распоряжения и внесения записи в реестр могут быть отдалены во времени. Исполнением договора со стороны продавца является вручение покупателю именно товара - акций, а в случае

необходимости - оформление надлежащим образом передаточного распоряжения. Таким образом, продавец не свободен от своего обязательства вплоть до момента перехода права собственности на акции к покупателю. Ныне продавец может лишь пассивно дожидаться осуществления покупателем своего права. Следовательно, продавец без его на то вины остается должником вплоть до исполнения покупателем своей обязанности. Полагаем, что следует предусмотреть возможность продавца избавиться от отчужденного им имущества. Выдав передаточное распоряжение покупателю, продавец не обязан извещать реестродержателя об отчуждении акций. Законодательство не предусматривает процедуры отказа от отчужденных акций. В то же время пользование продавцом, получившим за акции покупную цену, правами из этих акций вплоть до потребования их списания покупателем неправомерно. Для добросовестного продавца владение такой собственностью не влечет никаких выгод и может быть даже обременительным. Во-первых, оно сопряжено с фискальными вопросами, во-вторых, числясь в реестре акционеров, продавец вызывается обществом для осуществления как прав, так и обязанностей.

Полагаем, что необходимо предусмотреть срок, по истечении которого проданные, но не востребованные акции, должны быть списаны со счета продавца. Возможно списание приобретенных акций на специальный счет в системе ведения реестра. Наилучшим решением проблемы, по мнению диссертанта, стало бы принципиальное изменение механизма перехода права собственности на акции, посредством введения электронных карт.

Исследуется вопрос о надлежащем месте исполнения договора купли-продажи акций. Отличительная особенность классических, документарных ценных бумаг состоит в том, что передача субъективных прав возможна только при предъявлении ценных бумаг (ст. 142 ГК РФ). Передача документарных ценных бумаг может происходить в любом месте, согласованном сторонами договора, а при отсутствии его согласования — по месту нахождения должника. Бездокументарные ценные бумаги требуются особого порядка перехода прав,

обусловленного особенностями их формы. Место исполнения договора купли-продажи акций привязано к местонахождению реестродержателя. По мнению диссертанта порожденная техническим прогрессом бездокументарная форма представления акций, должна найти свое логическое завершение в соответствующей форме договора об их отчуждении.

Обязанности покупателя, возникающие в связи с приобретением акций, не исчерпываются исполнением условий договора. Корпоративная природа акций выражается, например, в установленных законом пропорциях прав и обязанностей акционеров к количеству обладаемых ими акций. В соответствии с п.2 ст. 80 ФЗ «Об акционерных обществах» лицо, которое самостоятельно или совместно со своим аффилированным лицом (лицами) приобрело 30% и более размещенных обыкновенных акций общества, обязано в течение 30 дней с даты приобретения акций предложить акционерам продать ему принадлежащие им обыкновенные акции общества.

Таким образом, особенностью договора купли-продажи акций является возникновение непосредственно из закона акцессорных обязательств.

§2. Переход права собственности на акции, приобретаемые по договору купли-продажи акций.

Диссертант исследует остро дискуссируемые проблемы перехода права собственности на бездокументарные акции. По мнению диссертанта они должны быть разрешены исходя из содержания права собственности на акции. С этой целью сопоставляется осуществление каждого из триады правомочий, составляющих право собственности, в отношении акций документарной и бездокументарной форм выпуска. Доказывается равнозначность правомочий, а, следовательно, и осуществления права собственности на акции вне зависимости от их формы выпуска.

Правовое регулирование перехода права собственности на акции осуществляется в соответствии с общими правилами передачи прав по ценной

бумаге (ст.140 ГК. РФ). Выбор одного из трех предусмотренных законом вариантов порядка перехода прав собственности по ценным бумагам обусловлен способом легитимации по ценной бумаге. Однако, несмотря на тесную взаимосвязь прав на бумагу и прав из бумаги, нельзя отождествлять передачу прав по ценной бумаге и передачу собственно ценной бумаги. Как уже отмечалось, возможна передача какого-либо права из акции, скажем, права голоса на собрании акционеров, без передачи акции не только в собственность другого лица, но и в его владение. Этот момент ещё раз подчеркивает правильность квалификации ценных бумаг как вещей. При наделении лица правом пользования вещью, из него вовсе не вытекает переход к пользователю права собственности. Этого никак нельзя сказать о правопреемстве в обязательстве: невозможно уступить право требования по обязательству и одновременно остаться но нему кредитором.

Диссертантнастаивает на единстве способов защиты права собственности, применяемых в отношении документарных и бездокументарных акций. Диссертант утверждает, что право собственности на бездокументарные ценные бумаги должно защищаться равным образом с правом собственности на ценные бумаги в форме бумажного документа, поскольку они удостоверяют ту же совокупность прав.

Диссертант oтвepгaет возможность передачи права собственности на именные акции посредством индоссамента. Совершение индоссамента на документарной акции недопустимо, поскольку испортило бы бланк и сделало такую акцию непригодной для обращения. Бездокументарные акции в индоссаменте не нуждаются. Передачей бездокументарной акции будет считаться совершение приходной записи на лицевом счете в реестре акционеров.

Основанием перехода права собственности является сделка, направленная на отчуждение акций. Моментом перехода права собственности на именные акции следует признать момент изменения записи в реестре акционеров. Решение вопроса о внесении в реестр акционеров записи в полной мере зависит

oт решения вопроса о действительности или недействительности договора купли-продажи акций. Данный вывод основан на нормах действующего законодательства, является единственно приемлемой, прагматичной позицией, обеспечивающей стабильность обращения акций в существующих условиях.

В целях совершенствования процесса перехода права собственности на акции следует использовать все возможности по сближению моментов заключения и исполнения договора купли-продажи акций. Оптимальным вариантом явилось бы внедрение унифицированного способа заключения договора купли-продажи акций посредством введения электронных карт.

§3. Ответственность сторон за нарушение договора купли-продажи акций

Договор купли-продажи акций изучается как основание возникновения обязательств. В договоре купли-продажи, по мнению Г.Ф.Шершеневича, «на продавце лежит ответственность за право на вещь, им отчуждаемую», а на покупателе «обязанность принять вещь и заплатить цену».

Полностью разделяя такую позицию, диссертант полагает, что основания возникновения ответственности по договору купли-продажи акций следует подразделять на ответственность сторон за нарушение обязательств из договора и ответственность за нарушение обязательств, возникающие в силу закона в связи с заключением договора купли-продажи ценных бумаг. В отношении договора купли-продажи акций законодательство содержит множество норм, требующих, во-первых, собственно заключить договор, во-вторых, заключать его на определенных условиях, и в третьих, исполнить договорные обязательства, причем в некоторых случаях под угрозой недействительности иных сделок, заключенных эмитентом акций. Отличительной особенностью договора купли-продажи акций является также наличие ответственности сторон не только в связи с неисполнением обязательств из договора, но и в связи с

невыполнением требований закона к порядку заключения и исполнения данного договора.

Излагая основания возникновения обязательств, виднейшие российские цивилисты ссылаются на п.2 ст.307 ГК РФ^1, ^а ^также ^на различные пункты ст.8 ГКРФ^2. Перечень оснований возникновения обязательств, в соответствии с п.2

ст.307, включает в первую очередь договоры, затем, обязательства вследствие причинения вреда, а также иные основания, указанные в Гражданском Кодексе Российском Федерации. Такими основаниями, по мнению диссертанта следует считать, основания, предусмотренные законом, что прямо следует из аб.1 ч.1 ст.8 ГК РФ.

Заключая договор купли-продажи акций, стороны принимают на себя помимо договорных обязательств, обязательства, возникающие в силу требовании закона в связи с заключением договора. Данные обязательства являются акцессорными к договору купли продажи и подлежат неукоснительному исполнению. Следовательно, необходимо расширительно толковать перечень оснований обязательств, содержащийся в ст. 307 ГК РФ, включая в него и обязательства из закона.

Субьектами ответственности за неисполнение условий договора купли-продажи акций могут быть продавец и покупатель. Иные лица, не являющиеся сторонами договора, такие, как реестродержатель, профессиональные участники рынка ценных бумаг отвечают по закону за неисполнение своих профессиональных обязанностей при содействии заключению и исполнению договора купли-продажи акций.

Диссертант выявляет проблемы в области обеспечения исполнения обязательств из договора купли-продажи акций. ФЗ «О приватизации государственного и муниципального имущества» предусматривается получение задатка при продаже имущества на аукционах и конкурсах. П.6 ст. 18, п.5 ст.20

¹ Гражданское прапо. Учебник пил рел. Л.П.Сергеева и IO К.Толсюю м I , М.,1998, с.489;Граждаиское прпш): учебник под ред. Е.Л.Суханива, Том 2, Полутом I, М., БЕК, 2000, с. 15. 'мм жес.15-16.

устанавливается задаток для участия в аукционе или конкурсе в размере 20 % начальной цены, указанной в информационном сообщении о проведении аукциона или конкурса по приватизации государственного или муниципального имущества, но не более 4,5 миллионов установленных федеральным законом минимальных размеров оплаты труда. Взимание задатка, закрепленное ныне как условие допуска претендентов к участию в аукционе или конкурсе по продаже акций, противоречит сущности задатка как способа обеспечения исполнения обязательств и нарушает нормы, установленные ГК РФ. Задатком, и силу ст.380 ГК РФ, признается денежная сумма, выдаваемая одной из договаривающихся сторон в счет причитающихся с нее по договору платежей другой стороне, в доказательство заключения договора и в обеспечение его исполнения. Однако при проведении аукционов и конкурсов, где заведомо известно, что договор будет заключен лишь с победителем, сумма, именуемая задатком, взимается со всех участников (п.4 ст.448 ГК РФ). Именуя задатком вносимую денежную сумму, законодатель упустил из виду отличия задатка от иных способов обеспечения исполнения обязательств: задаток обладает удостоверяющей и платежной функцией. Необходимость же в использовании этих функций задатка обнаруживается лишь при в отношении единственного лица. Тогда в соответствии с п.2 ст.381 другие участники аукциона или конкурса, внесшие задаток, вправе истребовать с продавца двойную сумму задатка, поскольку продавец заведомо получал задаток от нескольких претендентов, намереваясь заключить договор лишь с одним из них. В соответствии с п. 13 ст. 18, п.12 ст. 20 ФЗ «О приватизации государственного и муниципального имущества» предусматривается возвращение «суммы задатков», что входит в противоречие с п.2 ст.381 ГК РФ, предусматривающей обязанность стороны, получившей задаток, но не исполнившей договор, уплатить другой стороне двойную сумму задатка. Данная норма кодифицированного федерального закона является императивной и не подлежит изменению законом или договором. В ходе проведения аукционов и конкурсов происходит не заключение договора, а выбор,

выявление покупателя, заключение же договора купли-продажи осуществляется по итогам конкурса. Поэтому требование о внесении задатка предъявляться не должно. Диссертант предлагает соответствующие изменения законодательства.

В заключении обобщаются выводы и предложения, направленные на совершенствование законодательства. Обосновывается важность дальнейшего научного исследования проблем купли-продажи акций.

Приложение 1. Проект §9 Главы 30 Гражданского кодекса Российской Федерации

§9. Продажа акций

Статья 566 (1). Договор купли-продажи акций.

1. По договору купли-продажи акций одна сторона - продавец обязуется
передать акцию (акции) в собственность другой стороне (покупателю), а
покупатель обязуется принять обусловленное количество акций и уплатить за
них определенную денежную сумму.

2. Правила, предусмотренные настоящим параграфом, применяются к
продаже акций в процессе размещения, к купле-продаже размещенных акций, к
выкупу акций, к любому иному соглашению сторон, опосредующему
отчуждение акций за деньги.

Статья 566 (2). Стороны договора купли-продажи акций 1. Сторонами договора купли- продажи акций являются продавец, отчуждающий акции, принадлежащие ему на праве собственности, и покупатель, становящийся собственником акций и акционером общества —

эмитента акций.

зо

Лица, действующие на основании поручения продавца или покупателя, в силу прямого указания закона, на основании решения органа государственного управления или на основании судебного решения, не отчуждающие и не приобретающие для себя прав акционера, подлежат указанию в договоре с обязательным перечислением оснований, на которых они действуют.

Статья 566 (3). Предмет договора купли-продажи акций.

1. Предметом договора купли-продажи акций являются любые акции вне
зависимости oт формы их выпуска и вида общества - эмитента.

2. Акция отчуждается со всей совокупностью прав ею удостоверяемых,
предусмотренных проспектом эмиссии. Сделка по отчуждению отдельных прав
из акции ничтожна.

3. Дробная акция продается и приобретается с совокупностью прав
соответствующейчастицелой акции, которую она составляет.

Статья 566 (4). Цена в договоре купли-продажи акций.

1. Договор купли - продажи акций должен предусматривать цену за
определенное количество акций, подлежащих продаже.

При oтсутствии в договоре согласованного сторонами условия о цене в письменной или приравненной к ней электронной форме договор купли-продажи акций считается незаключенным.

2. В случаях, когда цена акций в договоре установлена за единицу или
долю акции, цена такой акции (доли акции, акций) определяется исходя из
фактического количества переданных покупателю акций.

Статья 566 (5).Форма договора.

1. Договор купли-продажи акций заключается в письменной или электронной форме.

Несоблюдение формы договора купли-продажи акций влечет его недействительность.

2. Электронная форма заключения договора представляет собой peгистрацию заключения договора купли-продажи акций в виде записей на электронных картах продавца и покупателя. Регистрационная запись на кapтe осуществляется при условии соответствия условий договора. Закону и уставу общества эмитента. Одновременно с осуществлением записи на карте происходит извещение реестродержателя и изменение записей на счетах акционера (акционеров).

Статья 566 (6). Переход права собственности на акции.

1. Переход права собственности па акции, эмитированные в документарной форме, происходит в момент их вручения (передачи) покупателю.

2 Переход права собственности на акции, эмитированные в бездокументарной форме, происходит с момента совершения приходной записи в реестре акционеров.

При заключении договора в письменной форме запись совершается реестродержателем на основании договора купли-продажи, при условии соответствия условий договора купли-продажи требованиям законодательства в течение трех рабочих дней с момента предъявления договора.

При заключении договора в электронной форме совершение приходной записи происходит в момент получения подтверждения подписания договора продавцом и покупателем.

Статья 566 (7). Особенности продажи акций с обременениями.

1. Существенным условием договора купли-продажи акций с обремениями
(заложенных, арестованных, отдельные права из которых переданы другим
лицам на определенный срок) является перечисление этих обременений и
указание оснований их возникновения.

2. Лица, осуществляющие правомочия на акции или пользующиеся
отдельными правами из акции по поручению собственника или в силу закона,

сохраняют свои правомочия и права вплоть до прекращения действия оснований их возникновения.

Статья 566 (8). Особенности и приобретения акций дополнительных выпусков.

1.       В течение срока, предусмотренного проспектом эмиссии, договор купли
-   продажи дополнительных акций заключается на основании сертификата,
эмитированного   в   бумажной   или   электронной   форме   (в   виде записи на
электронной карте акционера).

2. В случаях, предусмотренных уставом акционерного общества, и при
указании на то в проспекте эмиссии сертификаты на приобретение
дополнительных акций могут отчуждаться в течение срока их действия

Статья 566 (9). Последствия неправомерного заключения договора купли-продажи акций.

Несоответствие договора купли-продажи акций Закону или уставу общества эмитента является основанием для отказа сторон договора от его исполнения договора, возврата акций и уплаченной за акции денежной суммы.

РОС. НАЦИОНАЛЬНАЯ. БИБЛИОТЕКА I

о» т ««т *

По теме диссертации опубликованы следующие paбoты:

1.      Правовое регулирование деятельности коммерческих банков на рынке
ценных   бумаг .//Сборник лучших докладов   научной   сессии   профессорско-
пpеподавательского   cocтавa,   научных   сотрудников   и аспирантов по итогам
НИР2000 года. СПб, Изд-во СПбГУЭФ, 2001. с.142-146.

2. Новый трудовой кодекс н акционерное право. //Сборник докладов
научной сессии профессорско-преподавательского состава, научных
coтрудников и аспирантов по итогам НИР 2001 года. СПб, Изд-во СПбГУЭФ,
2002г., с.88-90.

3. Правовое регулирование обращения электронных карт. //Перспективы
развития Российской экономики. Сборник научных трудов. Выпуск №4. СПб,,
2002 г., с.634-636.

4. Право собственности на корпоративные ценные бумаги.// XXV Научная
конференция «Социально-экономическоеразвитиеРоссии и Санкт-Петербурга:
проблемы и перспективы». Тезисы докладов. СПб, Изд-во СПбГУЭФ, 2003г.,
с.51-54.

5. Обязательства из договора купли-продажи акций. // XXV Научная
конференция «Социально-экономическое развитие России и Санкт-Петербурга:
проблемы и перспективы». Сборник лучших докладов. Том II. СПб, Изд-во
СПбГУЭФ, 2003 г., с.60-64.

6. Существенные условия договора купли-продажи акций.// Финансовый
рынок и кредитно-банковская система России: вопросы теории и практики
(выпуск четвертый). СПб: Инфо-да, 2003г., с.50-53

7.    Договор    купли-продажи   акций:    некоторые    проблемы   теории    и
практики.//       Сборник       докладов        научной        сессии        профессорско-
преподавательского   состава,   научных сотрудников и аспирантов по итогам
НИР 2003 года. СПб, Изд-во СПбГУЭФ, 2004г., с.36-38.

9. Совершенствование заключения договора купли-продажи акции. //Сборник лучших докладов научной сессии профессорско-преподавательского

состава, научных сотрудников и аспирантов по итогам НИР за 2003 год. Март -апрель 2004 года. Т.2. Изд-во СПбГУЭФ, 2004г., с.65-70.

Подписано в печать 09.11.04.

Формат 60 х84 1/16. Бумага офсетная. Печать офсетная. Усл. печ. л. 2,09. Тираж 100 экз. Заказ № 53.

ЦОП типографии Издательства СПбГУ. 199061. С.-Петербург, Средний пр . 41.

«23943

ИЗ ФОНДОВ РБД

Агапов Дмитрий Александрович

Правовое обеспечение защиты инвестиций в

Российской Федерации автореф. дис. на соиск.

учен. степ. канд. юрид. наук

Автореферат диссертации на соискание ученой степени канд.

юрид. наук

Специальность 12.00.14

Москва

РБД

2006

Агапов, Дмитрий Александрович

Правовое обеспечение защиты инвестиций в Российской Федерации [Электронный ресурс]: автореф. дис. на соиск. учен. степ. канд. юрид. наук: специальность 12.00.14 <Адм. право, финансовое право, информ. право> / Агапов Дмитрий Александрович; [Моск. гос. ин-т междунар. отношений (ун-т) МИД России]. - М.: РГБ, 2005. - Из фондов РБД.

Текст воспроизводится по экземпляру, находящемуся в

фонде РГБ:

Агапов Дмитрий Александрович

Правовое обеспечение защиты инвестиций в

Российской Федерации автореф. дис. на

соиск. учен. степ. канд. юрид. наук

Автореферат диссертации на соискание ученой степени канд. юрид. наук

Специальность 12.00.14

Москва - 2004

РБД, 2006 (электронный текст)

На правах рукописи

АГАПОВ Дмитрий Александрович

ПРАВОВОЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ ЗАЩИТЫ ИНВЕСТИЦИЙ В

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ (УПРАВЛЕНЧЕСКИЙАСПЕКТ)

Специальность 12.00.14 - административное право; финансовое право; информационное право

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени кандидата юридических наук

Москва - 2004

Диссертация выполнена на кафедре государственного управления и права Международного института управления МГИМО (У) МИД России

Научный руководитель -доктор юридических наук, профессор ПРОКОШИН Василий Алексеевич

Официальные оппоненты:

доктор юридических наук, профессор

ТУРБАНОВ Александр Владимирович

кандидат юридических наук, доцент ВАЛИЕВ Вадим Тофикович

Ведущая организация: Российский государственный социальный университет

Защита состоится «tXpl » декабря 2004 г. в 15 час. 30 мин. на заседании Диссертационного совета Д-209.002.01 по юридическим наукам в Московском государственном институте международных отношений (Университет) МИД России по адресу: 119454, Москва, проспект Вернадского, 76, МГИМО (У) МИД России. Центральный корпус, аудитория 1039, телефон 434-11-65, факс 434-93-88.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Московского государственного института международных отношений (Университета) МИД России.

Автореферат разослан « Is » ноября 2004 г.

Ученый секретарь

Диссертационного совета,

доктор социологических наук,

профессор /-{/■ Е.В. Охотский

I. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ИССЛЕДОВАНИЯ

Актуальность темы исследования определяется необходимостью

правового обеспечения поддержки и защиты инвестиций на этапе коренных
преобразований в сфере государственного регулирования инвестиционной
деятельности, обусловленных выходом Российской Федерации из кризиса и
осуществлением административной реформы. Потребности экономики страны,
где права собственности должны быть надежно защищены ' ^у

активизации правоохранительной и защитной функций не только хозяйствующих субъектов, но и государства, его органов власти. Общее состояние правовой защиты инвестиционной деятельности оценивается как неразвитое и недостаточное для обеспечения потребностей рыночной экономики в законодательстве и в Государственной программе о защите прав инвесторов, принятой Правительством Российской Федерации в 1998 году^2.

На состоянии инвестиционной деятельности негативно сказывается отсутствие эффективного механизма её правового регулирования, а также управленческой модели взаимодействия участников инвестиционного процесса в ходе обеспечения их безопасности с использованием административно-правовых и финансово-правовых средств защиты. Не дали должных результатов меры по активизации инвестиционной деятельности, предпринимаемые на всех уровнях власти. Попытки поддержки инвестиционного процесса, предпринятые Правительством РФ в конце XX века, еще не получили логического продолжения, в связи с чем нормативно-

¹См.: Послание Президента Российской Федерации Федеральному Собранию Российской Федерации //
Российская газета. 2003. 17 мая.

² См.: Государственная программа зашиты прав инвесторов на 1998-1999, утвержденная Постановлением
Правительства Российской Федерации от 17 июля I99S года №785 // Собрание законодательства Российской
Федерации. 1998. № 32. Ст. 3870.

РОС. НАЦИОНАЛЬНАЯ БИБЛИОТЕКА

СП!

О» N0

правовая база защиты инвестиций оказалась несовершенной. Инвестиционное законодательство не отражает современный уровень развития рыночных отношений и, с точки зрения их правового обеспечения, является несистемным.

Достижение цели формирования прочной правовой основы инвестиционной деятельности осложняется в результате отсутствия продуманной системы организационных мер по защите прав инвесторов в условиях преодоления инвестиционного кризиса на федеральном и региональном уровнях. Сдерживающим фактором также стал неравномерный уровень развития отдельных регионов. В свою очередь, перед субъектами Российской Федерации стоит задача формирования благоприятных условий для привлечения инвестиций в свою экономику. Все это требует от государственных органов исполнительной власти РФ и ее субъектов принятия мер по модернизации инфраструктуры инвестиционной деятельности, вложению инвестиций за счет бюджетов, созданию собственных программ инвестирования.

Стала очевидной необходимость такой модернизации управления инвестиционной деятельностью, в ходе которой будет обеспечено решение проблемы оптимального сочетания рыночного механизма саморегулирования с гибким и активным участием государства в правовой защите инвестиций. В связи с этим большое значение приобретает повышение самостоятельности субъектов финансового права, занятых в сферах распоряжения государственной собственностью и бюджетной деятельности. Возрастает также роль субъектов административного права в процессах государственного регулирования и защиты инвестиций на современном этапе реформирования органов исполнительной власти. Таким образом, разработка путей формирования правовой основы защиты инвестиций и совершенствования статуса участников инвестиционной деятельности приобретает особую актуальность и требует глубокого научного анализа.

Степень разработанности темы исследования. В течение длительного

времени, несмотря на развитие гражданского, административного, финансового, банковского, предпринимательского права, отношения, возникающие в сфере правового обеспечения защиты инвестиций в Российской Федерации, не подвергались углубленному научно-юридическому анализу и были объектом исследования, преимущественно, ученых-экономистов. Изучению проблем регулирования инвестиционной деятельности посвящены работы таких ученых, какВ.Н. Студенцов, СИ. Сыченко, Е.Г. Улыбышева и др. Однако исследование сущности государственного регулирования защиты инвестиционной деятельности, равно как и развития средств его активизации, ведется недостаточно. Хотя нельзя не отметить, что данные вопросы затрагиваются в публикациях СЮ. Глазьева, Д.С Львова, П.А. Минакира, А.Н. Попова, А. Г. Шаповальянца и др.

Среди тех ученых-юристов, кому удалось концептуально подойти к изучению проблемы правового регулирования инвестиционной деятельности, следует отметить А.Г. Богатырева, О.Н. Горбунову, Н.Н. Вознесенскую, М.В. Карасеву, Н.И. Химичеву и др. Существенный вклад в исследование вопросов государственного регулирования инвестиций внесли работы Н.В. Абросимова, Е.В. Грацианского, Е.Ю. Грачевой, Н.Г. Дорониной, Л.В. Кирина, Т.Н. Нематаевой, О.И. Фаризова. В большинстве своем труды, посвященные исследованиям процесса привлечения инвестиций, имеют четко выраженное социальное и экономическое содержание, направленное на изучение отдельных проблем, возникающих в сфере поддержки инвестиций^3. составляют статьи П.П. Гончарова, Ю.В. Потаповой, С.И. Крупко, в которых проводится анализ форм и методов государственного регулирования инвестиционной деятельности, осуществляемого в России и за рубежом.

' См.: Абросимов Н.8., Грацианский Е.В. и др. Механизмы привлечения инвестиций в условиях России. Практика, правовые основы. М.. 198S; Игошин Н.В. Инвестиции: организация управления и финансирование. М., 2001; Кирин А.В. Правовые основы отношений государства и инвесторов. М., 1998 и др.

Однако, несмотря на возросший интерес к научным исследованиям в данной сфере и имеющиеся достижения, нельзя признать, что анализ совершенствования инвестиционного законодательства получил свое логическое завершение, отличается необходимой полнотой и непротиворечивостью. Вопросы правового обеспечения защиты инвестиций, особенно в сфере недвижимости, его активизации посредством государственного регулирования инвестиционной деятельности как в практическом отношении, так и в научном осмыслении пока не нашли комплексного решения. Нерешенными остаются задачи разработки теоретических основ государственной поддержки и правовой защиты инвестиций, причем как на федеральном уровне, так и на уровне субъектов Российской Федерации. Требуют уточнения ее понятийно-категориального аппарата, выработки концепции, механизма и управленческой модели защиты прав инвесторов.

Объектом исследования являются общественные отношения, возникающие в сфере формирования правовых основ обеспечения защиты инвестиций с участием Российской Федерации и ее субъектов на современном этапе реформирования системы государственного управления.

Предмет исследования составляют нормы административного, финансового и информационного права, закрепляющие правовые основы защиты инвестиций и механизм ее регулирования в соответствии с требованиями административной реформы.

Цель диссертационного исследования заключается в разработке теоретико-методологической основы и механизма правового обеспечения защиты инвестиций, особенно в недвижимость, поиске возможностей оптимизации этого механизма.

Для достижения указанной цели в диссертационном исследовании предпринята попытка решить следующие задачи:

уточнить теоретическое понимание и раскрыть сущность инвестиций, государственного регулирования и правового обеспечения их защиты, роль последней в инвестиционной деятельности;

определить специфику правовой защиты инвестиций и способы ее совершенствования;

раскрыть систему государственных органов, обеспечивающих правовое регулирование поддержки инвестиционной деятельности в сфере недвижимости;

выявить факторы активизации правозащитной деятельности, форм и методов государственного регулирования инвестиционных отношений;

обосновать необходимость развития механизма правового регулирования защиты инвестиций на этапе административного реформирования.

Методологической основой исследования являются комплексное использование системно-логического, формально-юридического и историко-правового методов исследования в сочетании с анализом инвестиционных отношений. Теоретической основой диссертационной работы являются концепции, положения и обобщения, содержащиеся в трудах отечественных ученых и специалистов-практиков по проблемам теории права и государства, конституционного, административного, финансового, информационного, муниципального и других отраслей права. К таковым относятся труды С.А. Авакьяна, А.П. Алехина, И.Л. Бачило, В.Т. Валиева, А.В. Васильева, И.И. Веремеенко, В. Т. Вишнякова, В.П. Воробьева, Р.В. Енгибаряна, О.Н. Горбуновой, Е.Ю. Грачевой, А.Н. Козырина, Л.М. Колодкина, Ю.И. Лейбо, Ю.М. Колосова, Ю.К. Краснова, О.Е. Кутафина, М.А. Могунова, Ю.М. Колосова, А.Ф. Ноздрачева, А.В. Оболонского, Е.В. Охотского, М.И. Пискотина, Л.Л. Попова, В.А. Прокошина, М.М. Рассолова, А.Д. Селюкова, Э.Д. Соколовой, А.В. Турбанова, Н.И. Химичевой, Б.С. Эбзеева, Л.М. Энтина и

др. В работе также использовались материалы научных и практических конференций по различным аспектам совершенствования правовой защиты инвестиций в рыночных условиях на уровне Российской Федерации и ее субъектов.

Источниковедческую базу исследования образуют Конституция Российской Федерации, международные правовые акты, Бюджетный кодекс Российской Федерации, Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях, Налоговый кодекс Российской Федерации, Гражданский кодекс Российской Федерации, федеральные законы об инвестиционной деятельности, указы Президента Российской Федерации, определяющие основные направления государственной политики в этой сфере. Использованы такие постановления Правительства Российской Федерации, которые регулируют конкретные вопросы, возникающие в процессе привлечения и защиты инвестиций, законы и иные нормативные акты субъектов Российской Федерации.

Эмпирическая база исследования основывается на анализе деятельности органов государственной власти и местного самоуправления в Российской Федерации, её субъектах и за рубежом по вопросам правового регулирования защиты инвестиций.

Научная новизна работы заключается в том, что впервые сделана попытка комплексного анализа теоретико-методологических основ, целей и задач, форм и методов правового обеспечения защиты инвестиций, совершенствования управленческой деятельности в данной сфере, в том числе развития механизма правового регулирования защиты прав инвесторов на этапе административного реформирования. Научная новизна характеризуется рядом теоретических положений, обоснованных в диссертации. В работе:

— представлена характеристика инвестиционного законодательства Российской Федерации как комплексного правового института, направленного

на поддержку и защиту инвестиций, выявлены пробелы, противоречия и иные недостатки нормативной базы, определены направления ее совершенствования;

проведен анализ систем органов и нормативных актов, составляющих управленческую структуру и правовую основу обеспечения защиты инвестиционной деятельности, раскрыты формы и методы взаимодействия названных органов, предложены пути оптимизации защиты прав инвесторов в России;

раскрыта специфика государственного регулирования инвестиционно-защитных отношений, правоприменительной деятельности в инвестиционной сфере, возможность их отражения в проекте Инвестиционного кодекса Российской Федерации, необходимость которого доказывается в диссертации;

представлена управленческая модель защиты прав инвесторов, разработанная на основе сравнительно-правовой характеристики опыта Российской Федерации, ее субъектов и зарубежных стран в решении вопросов активизации и правовой защиты инвестиций, выявлены общие и специфические проблемы, сформулированы предложения по упорядочению правозащитных отношений в сфере инвестиционной деятельности;

выявлены специфические черты и направления государственного регулирования инвестиционно-защитной деятельности, раскрыта обусловленность его форм и методов характером самого объекта регулирования, спецификой реализации компетенции органов государственного управления и местного самоуправления;

предложены меры по усилению правовой защиты и охраны инвестиционной деятельности путем укрепления государственных гарантий, создания финансово-промышленных групп и предоставления им поддержки на федеральном и региональном уровнях; расширения возможностей использования залогов при осуществлении кредитования, развития лизинга;

— показана зависимость активности инвесторов от состояния государственно-правового обеспечения безопасности инвестиций, в том числе таких ее факторов, как четкость формирования административно-правовой и финансово-правовой основ защиты инвестиционных проектов и фондов; последовательность, эффективность мер государственной поддержки, защиты и безопасности инвестиционной деятельности.

Практическая значимость диссертационного исследования заключается, прежде всего, в его направленности на формирование правовой основы совершенствования законодательства, регулирующего инвестиционную деятельность, создание эффективной модели государственной поддержки и защиты инвестиций. В диссертации разработан механизм развития правового регулирования инвестиционно-защитных отношений в Российской Федерации, предложены возможные формы и методы государственно-правового обеспечения безопасности инвестиций и укрепления гарантий защиты прав инвесторов.

Предложения, выдвинутые диссертантом, могут быть использованы при формировании инвестиционного законодательства, при выборе оптимальных путей реализации эффективной инвестиционной политики. Положения диссертации могут найти применение в научно-исследовательских изысканиях при дальнейшем изучении проблем правового регулирования инвестиционной деятельности и ее защиты, в частности, при составлении комментариев к актам административного, инвестиционного, налогового и бюджетного законодательства.

Апробация результатов исследования. Результаты исследования апробированы в научных статьях, подготовленных в ходе работы над диссертацией, а также в рекомендациях автора, изложенных в аналитических записках и материалах, получивших одобрение в ряде строительных организаций Московской области. Диссертация обсуждена на кафедре

государственного управления и права Международного института управления МГИМО (У) МИД России.

Структура диссертации, отражающая цель и задачи исследования,
состоит из введения, двух глав, объединивших семь параграфов, в которых
проведен анализ развития теоретико-правовых основ и механизма правового
обеспечения поддержки и защиты инвестиций, основных форм и методов
государственного регулирования правозащитной деятельности,

осуществляемой Российской Федерацией, ее субъектами в этой сфере; заключения, библиографического списка использованных нормативных правовых актов, научной литературы и приложений.

II. ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

В первой главе - "Теоретико-методологические основы правового обеспечения защиты инвестиций: управленческий аспект" - раскрываются

сущность, содержание цели и задачи регулирования защиты инвестиционной деятельности. Особое внимание уделено анализу понятийного аппарата и основных форм правового преодоления последствий кризиса инвестиционных отношений на различных этапах рыночных преобразований. Все это позволяет конкретно определить субъект и объект, содержание и формы правовой защиты инвестиционной сферы с учетом требований административной реформы, новой системы и структуры федеральных органов исполнительной власти.

В связи с этим в диссертационном исследовании рассмотрен ряд определений правовой защиты инвестиций, существующих в научном обороте. В результате сопоставления имеющихся в литературе различных понятий защиты инвестиций выявлены две тенденции в их разработке. Тенденция ограничительного определения способов защиты инвестиций является менее характерной, ибо не позволяет охватить регулированием все многообразие

видов правовой защиты инвестиций. Другая тенденция заключается в необоснованно узком понимании института "защита инвестиций", его ограниченности рамками Кодекса РФ об административных правонарушениях (ст. 15.20 - "Воспрепятствование осуществлению инвестором прав на управление хозяйственным обществом"). Ее существование отчасти провоцирует упрощенный подход к сфере правовой защиты инвестиционных отношений.

Разработка содержания правовой защиты инвестиций, которая не будет нуждаться в конъюнктурной переработке, проведена автором с соблюдением принципов конкретности, полноты правового регулирования, определенности юридической формы и смысловой однозначности нормативной базы, законности и правопорядка.

Правовая защита инвестиций рассматривается как гарантированная государством на основе законодательства об инвестиционной деятельности обеспеченность инвесторам (в том числе иностранным) равноправных условий деятельности, исключающая применение мер дискриминационного характера, которые могли бы препятствовать управлению и распоряжению инвестициями.

Правовое регулирование защиты инвестиций является воздействием правовых норм и индивидуальных предписаний на общественные отношения в инвестиционной сфере, обеспечивающие равенство, равную свободу их участников.

В отличие от правового регулирования, правовое обеспечение защиты инвестиций определяется в диссертации как форма регулирования инвестиционных отношений, посредством которой предоставляется достаточно правовых средств, юридических гарантий, способствующих недопустимости нарушений прав и законных интересов инвесторов.

С учетом раскрытой автором сущности правовой защиты инвестиций рассмотрены ее виды, природа, противоречия в правоприменении.

Проанализированы также проблемы определения понятия инвестиционно-защитных отношений и их субъектного состава. На этой основе показано, что последний включает в себя реализацию нескольких групп правоотношений: конституционно-правовых, административно-правовых, финансово-правовых, предпринимательских и других.

В диссертации дан анализ инвестиционного законодательства как элемента механизма правового регулирования защиты инвестиций. Предложено расширить понятийную основу этого механизма и отразить в законодательстве такие понятия, как "инвестиционно-защитные отношения", "субъекты и объекты инвестиционно-защитной деятельности". Поскольку данные категории используются в практике регулирования инвестиций, в диссертации проведен анализ теорий, объясняющих статус, поведение инвесторов и требования, предъявляемые к правовому режиму защиты процесса инвестирования.

Как результат научного осмысления инвестиционных процессов сложились несколько направлений и путей защиты прав инвесторов:

1) путем совершенствования законодательства;

2) путем совершенствования исполнения законодательства;

3) путем повышения качества и достоверности предоставляемой
информации;

4) посредством развития инфраструктуры финансового рынка,
оптимизации налогообложения и страхования инвестиций.

Выявляя противоречия в понимании способов защиты инвестиций, обеспечении условий инвестиционной деятельности, проблемы в содержании и понимании средств защиты инвестиций, автор подчеркивает необходимость взаимодействия органов законодательной и исполнительной власти на федеральном и региональном уровнях, особенно в процессе вложения

инвестиций (инвестирования), и их правореализации, включая этапы, виды, субъекты, объекты, бюджет развития, государственное регулирование и т.п.

Наряду с этим рассмотрены правозащитные средства осуществления инвестиционной политики, ее роли в регулировании инвестиционных потоков, включая прямые, портфельные инвестиции, их место в системе правового регулирования инвестиций, выявлении общих интересов и потребностей субъектов инвестиционной деятельности. Все это позволило систематизировать требования, предъявляемые к формированию целей, задач и функций упрочения правовой основы и всего процесса регулирования защиты инвестиций в России и за рубежом (США, Германия, Финляндия и др.).

Так, главной целью и показателем эффективности правового регулирования защиты инвестиций, исходя из закрепленных в ст. 7 Конституции Российской Федерации принципов социального государства, по мнению автора, является степень обеспечения интересов и достижение социального эффекта в процессе защиты инвестиций физических и юридических лиц.

Анализ реализации инвестиционной политики России и соответствующих целей, задач и функций правового регулирования защиты инвестиций позволяет обратить внимание на решение проблем структурно-институционального, организационного и инновационно-технологического характера, обусловленных несовершенством средств защиты инвестиционного пространства, нестабильностью состава субъектов инвестиционно-защитных отношений, отсутствием должного взаимодействия инвесторов с правоохранительными и иными органами исполнительной власти, и последних - с инвестиционными структурами. Отсюда берут начало коррупция среди должностных лиц, мнимые административные процедуры регистрации и лицензирования, бесплодные проверки различных контрольных органов.

Особое внимание уделено анализу основных форм правового
регулирования защиты инвестиционных отношений, проблем, связанных с
повышением способности органов управления работать в интересах
достижения заданных законодателем правозащитных результатов. В их числе
рассматриваются пробелы, противоречия, частые изменения законодательства,
злоупотребления правом и другие недостатки нормативной базы защиты
инвестиций в сфере недвижимости. В этой связи рассматриваются функции
правового регулирования защиты инвестиционных отношений:
законодательная, организационно-правовая, управленческо-правовая,

информационно-правовая.

В качестве примера приводится исполнение Конвенции о защите прав инвестора, подписанной Россией, а также Комплексной программы стимулирования отечественных и иностранных инвестиций в экономику Российской Федерации, предопределяющей эффективность осуществления этих функций. При этом доказывается необходимость повышения качества государственных и муниципальных услуг, оказываемых инвесторам, внедрения их стандартов, а также сужения сферы необоснованного вмешательства государственных структур в инвестиционную жизнедеятельность. Многие из этих недостатков объясняются слабой связью функций защиты инвестиций с правовыми стимулами, которые исследуются в числе невостребованного потенциала правовой защиты инвестиций.

Как результат теоретико-методологического осмысления

инвестиционных процессов в рыночной экономике формируются важнейшие направления защиты прав инвесторов. Среди них - надлежащее исполнение инвестиционных правовых актов и программ, развитие инфраструктуры финансового рынка, использование государственных гарантий для частных инвесторов, оптимизация налогообложения и страхования инвестиций в недвижимость.

Диссертант доказывает, что разрешение противоречий периода преодоления инвестиционного кризиса возможно лишь с помощью цивилизованного рынка инвестиций в недвижимость, расширения доверия инвесторов к государству, создания системы компенсационных выплат и развития страхования. Подчеркивается особая роль совершенствования нормативной базы инвестиций, финансово-правовой и административно-правовой процедур (бюджет развития, регистрация, инвентаризация, лицензирование, аудит и контроль, услуги доверительных управляющих, типовые решения и т.п.). Наконец, принятие Инвестиционного кодекса, как, например, у многих государств мира, позволило бы ускорить решение этих вопросов. По этой причине до сих пор многие инвестиционные структуры не могут самостоятельно защитить себя от произвола криминала, коррупции и иных неправомерных действий чиновничества. К тому же значительная часть субъектов инвестиционно-рыночных отношений все еще не владеет необходимыми навыками учета, бизнес-планирования, маркетинга, финансового анализа как элементов правовой культуры. Закрепление в законодательстве инвестиционно-защитной роли органов власти на всех уровнях, превращение их в надежных участников регулирования инвестиционного рынка недвижимости стало неотложной проблемой развития системы государственного и муниципального управления.

Вторая глава - "Развитие механизма правового регулирования защиты инвестиций на этапе административного реформирования" -

посвящена установлению управленческой модели защиты прав инвесторов, анализу региональных правозащитных отношений в сфере инвестиционной деятельности, государственно-правовому обеспечению безопасности инвестиций и укреплению гарантий защиты прав инвесторов.

Обобщая практику правового регулирования защиты инвестиций в недвижимость зарубежных стран, автор приходит к выводу о возможности

использования в Российской Федерации некоторых ее форм и методов. Кроме этого, с учетом зарубежного опыта предлагается комплекс мер по совершенствованию элементов правового регулирования инвестиционных отношений безопасности: развитие нормативной базы деятельности органов исполнительной власти, осуществляющих правовое регулирование процесса защиты прав инвесторов; сосредоточенность инвестиционных правовых норм в нормативных актах различной юридической силы, урегулированность режима законности управления инвестиционным процессом. Автор, рассматривая различные мнения исследователей, доказывает потребность в ускоренной систематизации массива нормативных актов о регулировании инвестиций в России с использованием современных технологий в правотворческом процессе.

Отмечается необходимость в обновлении механизма правового регулирования защиты инвестиций как деятельности управляющей и управляемой систем с присущими координационными взаимосвязями субъектов инвестиционных правоотношений в целях устранения острого кризиса управляемости в инвестиционной сфере. Среди подсистем обновленного механизма рассматриваются кадры и оргструктуры с их рыночными функциями, нормативные акты, профессиональные программы, стандарты и методики, методические и научно-информационные материалы, используемые на современном этапе административной реформы для защиты прав инвесторов.

Особое внимание уделяется раскрытию инвестиционно-защитных полномочий Правительства Российской Федерации, ряда министерств РФ, федеральных служб и федеральных агентств, обеспечивающих преемственность в работе ранее созданных Государственного информационного центра содействия инвестициям (1992 г.), Государственной инвестиционной корпорации (1993 г.), Комиссии Правительства Российской

Федерации по координации деятельности федеральных органов исполнительной власти и органов государственной власти субъектов РФ по реализации соглашений о разделе продукции (1997 г.), а также органов государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним (1998 г.).

Диссертантом проанализирована деятельность в этом механизме правоохранительных и иных органов исполнительной власти, осуществляющих административно-правовое регулирование защиты инвестиций. Выявлены факторы, затрудняющие такое регулирование. К числу этих факторов относятся не только сложности в достижении требуемого уровня координации деятельности органов, регулирующих инвестиционный процесс, но и неопределенность в их правовом статусе. Отмечаются многие факты исполнения дублирующих функций, разделенных в некоторых случаях между управляющими субъектами с взаимоисключающими целями и задачами, что не способствует развитию механизма защиты прав инвесторов. Результатом этих негативных тенденций являются неопределенность принципов взаимодействия органов управления, снижение эффективности правового регулирования порядка поддержки и защиты инвесторов и вытекающие отсюда затруднения в решении насущных потребностей управленческой практики.

Анализ недостатков нормативно-регулирующей базы позволил сделать вывод о необходимости структурных преобразований в системе государственного управления и повышении эффективности работы федеральных и региональных органов исполнительной власти. Последние должны быть наделены четко определенным статусом, полномочиями, а также регулирующими, контрольными, учетными, экспертными и иными функциями.

В зависимости от развития этих функций на этапе выхода из инвестиционного кризиса автор рассматривает проблемы модернизации процесса инвестирования в недвижимость, подготовки государственных и

муниципальных служащих в области маркетинга, мониторинга, планирования, программирования и прогнозирования.

В диссертации изложена концепция правовых основ кодификации нормативных актов, регулирующих деятельность инвесторов в сфере недвижимости, а также предложено решение административно-правовых проблем регулирования общественных отношений обеспечения безопасности инвестиций посредством разработки проекта Инвестиционного кодекса Российской Федерации. В общей части Кодекса предложено определить состав и статус субъектов инвестиционного процесса, состояние законодательства об инвестициях, сформулировать основные понятия, используемые в сфере правовой защиты инвестиционных отношений. Также необходимо расширить правовую дефинитивную базу реализации целей и задач регулирования инвестиций в сфере недвижимости физических и юридических лиц.

Диссертант, анализируя действие инвестиционных законов федерального и субъектного уровней, нормы которых могли бы войти в состав особенной части проекта Кодекса, акцентирует внимание в основном на нормах, регулирующих защиту субъектов инвестиционной деятельности преимущественно путем установления государственных гарантий. Так, в соответствии с п. 1 ст. 15 Закона о капитальных инвестициях, ст. ст. 14, 15 Закона об инвестиционной деятельности государство гарантирует обеспечение равных прав субъектам инвестиционной деятельности, независимо от форм собственности, гласность в обсуждении инвестиционных проектов, право обжаловать в суд решения органов государственной власти и местного самоуправления, защиту капиталовложений. Эти нормы целесообразно сохранить в качестве основополагающих норм-принципов проекта Инвестиционного кодекса России, в структуру которого предполагается внедрить систему досудебного обжалования в административной юстиции.

Значительное место отводится в диссертации роли субъектов РФ, которые в лице своих органов и местного самоуправления не только участвуют в инвестиционной деятельности в качестве инвестора (направлял бюджетные средства на инвестиционные цели) или в качестве пользователя объектов инвестирования (эксплуатируя объекты, созданные за счет вложения инвестиций), но и осуществляют государственное и муниципальное регулирование поддержки и защиты инвестиционной деятельности в сфере недвижимости.

Сложность и своеобразие настоящих полномочий субъектов РФ обусловливают необходимость наличия на региональном уровне системы мер организационного обеспечения инвестиционной деятельности. Среди этих мер рассматриваются: предоставление государственной поддержки и финансирование инвестиционных проектов по результатам их конкурсного отбора и экспертизы; формирование бюджета развития, разработка и реализация адресной инвестиционной поддержки и целевых программ; взаимодействие органов власти субъекта РФ с органами власти Федерации и местного самоуправления.

В диссертации обобщается практика финансирования инвестиционных проектов за счет средств региональных и муниципальных бюджетов, а также проведения конкурсного отбора и экспертизы названных проектов для осуществления мер государственной поддержки и защиты прав инвесторов.

В результате обосновывается вывод о том, что основными целями экспертизы инвестиционного проекта является предотвращение создания объектов недвижимости, использование которых нарушает права физических и юридических лиц, интересы государства или не отвечает требованиям стандартов, утвержденных для оценки эффективности инвестиций. При этом подробно рассматривается специфика таких способов инвестиционной деятельности с использованием средств бюджетов субъектов РФ, как

предоставление бюджетных кредитов, инвестиционных налоговых кредитов, государственных гарантий, а также отсрочек и рассрочек по уплате налогов.

Диссертант обосновывает предложения относительно уточнения перечня лиц (субъектов) инвестиционной деятельности, имеющих право на получение налоговой льготы. Предлагается законодательно определить приоритетные отрасли инвестирования, подлежащие публичной защите, а также установить минимальный объем инвестиций, при котором инвесторы и иные лица, участвующие в реализации какого-либо инвестиционного проекта, получают право использовать налоговые льготы, включая установление нижней границы объема инвестиций по проекту, осуществляемому в льготном режиме.

Рассмотрение правозащитных полномочий исполнительных органов государственной власти субъектов РФ и местного самоуправления в инвестиционной сфере позволяет выявить потребность системы государственного и муниципального управления в улучшении учета возможностей соответствующих бюджетов по реализации полномочий в сфере предоставления налоговых льгот и сочетанию последних с укреплением доходной базы бюджетов субъектов Федерации.

В средствах активизации защиты инвестиционной деятельности особо выделяются создание и предоставление мер государственной поддержки финансово- промышленным группам. Рассматриваются преимущества финансово-промышленных групп перед другими организационно-правовыми формами объединения капиталов. Наряду с тем в диссертации серьезное значение придается расширению возможностей использования залогов при осуществлении кредитования, развития финансовой аренды (лизинга) и других форм активизации инвестиционной деятельности в послекризисной ситуации.

В итоге автор приходит к выводу о неизбежности установления четкого разграничения полномочий между органами исполнительной власти Российской Федерации и ее субъектов в сфере государственного регулирования

поддержки и защиты инвестиционной деятельности. Учитывая, что действующее законодательство такого разграничения не проводит, меры, принимаемые субъектами Российской Федерации в названной сфере, недостаточны для комплексной защиты инвестиционной деятельности. Кроме того, законодательная инициатива на уровне субъектов РФ может компенсировать лишь некоторые неблагоприятные факторы, но она не в состоянии быть единственным источником развития. Органам исполнительной власти субъектов РФ необходимо более активно использовать право законодательной инициативы для изменения нормативно-правовой базы субъектов Федерации в сфере инвестиционной деятельности.

С этой целью автором рекомендован для переработки ряд действующих правовых норм в редакции, устраняющей пробелы в регионально-правовом регулировании и отвечающей современным требованиям законодательной техники и новых технологий управления. Здесь же доказывается, что структура предложенного автором к разработке Инвестиционного кодекса должна содержать раздел "О правовой защите инвестиций".

Разумеется, решение перечисленных выше проблем не в полной мере обеспечивает правовую защиту инвестиций. Поэтому ускоренный выход из острого кризиса управляемости, возникшего в механизме правового регулирования защиты инвестиций, показан на примере обновления и создания современного механизма правореализации, с помощью которого решаются проблемы управления защитой и обеспечением безопасности инвестиций. Интересы управляемости и программного обеспечения защитной деятельности настоятельно требуют систематизации законодательства об инвестициях, форм и методов их правового обеспечения, всех вопросов осуществления гарантий прав инвесторов и сокращения ограничений и запретов, налагаемых на деятельность последних.

При разработке проекта Инвестиционного кодекса РФ нужно не только преодолеть разночтения в понятийном аппарате инвестиций, но и в таких ключевых категориях, как механизмы правореализации и защиты инвестиций, вложения капитала в недвижимость, защита прав инвесторов и ее управленческая модель.

В отдельной статье кодекса следовало бы изложить, наряду с формами и методами, правовые нормы, регламентирующие предоставление государственной поддержки инвесторам, а именно: льгот по налоговым и таможенным платежам, гарантийного обеспечения инвестиционных проектов и расширения перечня средств устранения угроз безопасности имущественно-правовым интересам инвесторов.

Не менее целесообразными направлениями действия этого механизма рассматриваются: правовое следование административной реформе по таким направлениям, как создание эффективного контроля за соблюдением инвестиционного законодательства; исключение дублирования функций и полномочий федеральных органов исполнительной власти; прекращение избыточного госрегулирования в сфере предпринимательства; принятие мер по преодолению последствий инвестиционного кризиса. Этому будет способствовать организационное разделение функций, касающихся регулирования экономической деятельности, надзора и контроля, предоставления государственными организациями правозащитных и иных услуг физическим и юридическим лицам. Речь идет о разработке механизма мониторинга и четких методов обеспечения контроля и ответственности.

По мнению диссертанта, в итоге может установиться инвестиционно-защитный правопорядок как основанная на законодательстве и реальных интересах собственников система правовых средств, направленных на предупреждение проявлений беззакония в инвестиционных отношениях,

обеспечение безопасности, стабильности и также эффективности правового регулирования инвестиционного рынка.

Кроме того, разработка проекта Инвестиционного кодекса РФ позволила бы усилить борьбу с безответственностью и укоренившимся правовым нигилизмом, чреватого разложением системы регулирования защиты инвестиционного рынка недвижимости.

По мнению автора, с этой целью в проекте Инвестиционного кодекса должен быть установлен сокращенный перечень запретов и ограничений на деятельность инвесторов в сфере недвижимости. Данные административно-правовые процедуры призваны не наказывать, а защищать инвесторов. В диссертации конкретизируется механизм действия принципов имущественно-правовой безопасности, а именно: связанность развития рынка недвижимости правом, верховенство закона, гарантированность прав собственника, сдерживание государственных и муниципальных властей от неправомерных действий с недвижимостью.

В диссертации доказывается, что на этих направлениях предстоит поднять, с одной стороны, инициативу, самостоятельность, предприимчивость инвестора, а с другой - преодолеть безразличие и безответственность в исполнении государственных решений о защите прав инвесторов посредством рационального использования интеллектуальных, управленческих и научно-технологических ресурсов. Одновременно предстоит укрепление структурных инвестиционных подразделений и органов исполнительной власти Федерации, регионов, городов и районов, более точное определение средств взаимодействия между исполнительными органами государственной власти и рынком. Этому содействовало бы, полагает диссертант, создание Государственного инвестиционного агентства в составе Министерства экономического развития и торговли Российской Федерации.

В Заключении подводятся итоги проведенного исследования, формулируются основные выводы и высказываются практические рекомендации.

Основные положения диссертации раскрыты в публикациях:

1. Агапов Д.А. Инвестиции: сущность, классификация и правовое
обеспечение //Человек и власть закона: гармонизация взаимоотношений. - М.,
2003. - 0,5 п.л.

2. Агапов Д.А. Государственное регулирование защиты инвестиционной
деятельности: методологический анализ кризисной ситуации в жилищном
кредитовании. // Проблемы правового обеспечения безопасности человека.
Сборник научных статей. - М, 2004. - 1,1 п.л.

3. Агапов Д.А. Ипотечное жилищное кредитование как один из способов
финансирования инвестиционной деятельности в форме капитальных
вложений. // Конституция. Гражданин. Общество. Сборник научных трудов
Международного института управления МГИМО (У). - М., 2004. -1,2 п.л.

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени кандидата юридических наук

Агапов Дмитрий Александрович

Тема диссертационного исследования

«Правовое обеспечение защиты инвестиций

в Российской Федерации (управленческий аспект)»

Научный руководитель -

Прокошин Василий Алексеевич

доктор юридических наук, профессор

Изготовление оригинал-макета

Подписано в печать 17.11 Тираж 100 экз. Усл.п.л. 1.1

Московский государственный институт международных отношений (Университет) МИД России

Отпечатано в отделе оперативной полиграфии и множительной техники МГИМО (У) МИД России

119218, Москва, ул. Новочеремушкинская, 26

^23921

ИЗ ФОНДОВ РБД

Буланов Александр Юрьевич

Роль смягчающих обстоятельств при

квалификации преступлений и назначении

наказания автореф. дис. на соиск. учен. степ.

к.ю.н.

Автореферат диссертации на соискание ученой степени к.ю.н.

Специальность 12.00.08

Москва

РБД

2006

Буланов, Александр Юрьевич

Роль смягчающих обстоятельств при квалификации преступлений и назначении наказания [Электронный ресурс]: автореф. дис. на соиск. учен. степ. к.ю.н.: спец. 12.00.08 / Буланов Александр Юрьевич; [Ин-т междунар. права и экономики им. А. С. Грибоедова]. - М.: РГБ, 2005. - Из фондов РБД.

Текст воспроизводится по экземпляру, находящемуся в

фонде РГБ:

Буланов Александр Юрьевич

Роль смягчающих обстоятельств при

квалификации преступлений и назначении

наказания автореф. дис. на соиск. учен. степ.

к.ю.н.

Автореферат диссертации на соискание ученой степени

к.ю.н.

Специальность 12.00.08

Москва - 2004

РБД, 2006 (электронный текст)

На правах рукописи

БУЛАНОВ Александр Юрьевич

РОЛЬ СМЯГЧАЮЩИХ ОБСТОЯТЕЛЬСТВ ПРИ КВАЛИФИКАЦИИ ПРЕСТУПЛЕНИЙ И НАЗНАЧЕНИИ НАКАЗАНИЯ

Специальность 12 00 08 - уголовное право и криминология, уголовно-исполнительное право

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени кандидата юридических наук

Москва 2004

Диссертация выполнена на кафедре уголовно-правовых дисциплин Института международного права и экономики имени А.С. Грибоедова

Научный руководитель

доктор юридических наук, КапинусН.И.

Официальные оппоненты:

Заслуженный деятель науки Российской Федерации, доктор юридических наук, профессор Наумов А.В. кандидат юридических наук, доцент Кирюхин А. Б.

Ведущая организация

Научно-исследовательский институт проблем укрепления законности и правопорядка при Генеральной прокуратуре РФ

Защита состоится «2.0» /2- 2004 г. в (О часов на заседании диссертационного совета К 052.02.01 при Институте международного права и экономики имени А.С. Грибоедова по адресу: 105066, Москва, ул. Спартаковская, д. 2/1, стр. 5.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Института международного права и экономики имени А.С. Грибоедова.

Автореферат разослан «/■? » ноября 2004 г. Ученый секретарь диссертационного совета

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования. Перестройка социально-политического строя и экономическихусловий жизни общества, произошедшая в России за последнее десятилетие, переориентация закона на приоритетную защиту прав личности, коренным образом изменили уголовную политику государства.

«Отказ от понимания сущности и значения уголовно-правового регулирования как средства государственного разрешения социальных коллизий, и в первую очередь классовых, национальных, экономических, означал поворот к признанию приоритетности иных ценностей, связанных с гуманистическим подходом к защите безопасности личности, охране прав и свобод граждан, утверждению новых экономических и иных социальных отношений».

Соответствующему воздействию подверглись практически все уголовно-правовые институты. Ситуация такова, что несмотря на фундаментальный характер общечеловеческих ценностей, реалии объективной действительности настоятельно требуют их структурного количественного и качественного преобразования. В этих условиях не мог остаться в стороне и институт смягчающих обстоятельств, играющий существенную роль в индивидуализации наказания. Изменение законодательства, отсутствие достаточной практики его применения породили ряд проблем, правильное решение которых имеет большое практическое значение для осуществления успешной борьбы с преступностью, а также назначения соразмерного и справедливого уголовного наказания.

Безусловно, исследование любой системы, прежде всего, требует анализа ее статического состояния, поскольку только таким путем можно выявить законы ее внутренних связей. Однако не менее значимым является изучение

¹ Кашепов В П. Концепция развития уголовного законодательства. В сб. Концепции развития российского законодательства. Под ред. Хабриевой Т.Я., Тихомирова Ю.А., Орловского Ю.П. Институт законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве Российской Федерации, изд-во «Городец». -М. 2004. С.363-364.

СОС. НАЦИОНАЛЬНАЯ БИБЛИОТЕКА

оа

тенденций развития этой системы и тех направлений, в которых оно происходит, что в свою очередь позволит определить присущие ему закономерности. Иными словами, длятого, чтобы охарактеризовать институт смягчающих обстоятельств, необходимо рассмотреть его как в статике, так и в динамике.

Назначение наказания является одним из наиболее важных институтов российского уголовного права. Важнейшую роль в индивидуализации наказания играют обстоятельства, смягчающие наказание. Актуальность теоретического исследования различных аспектов применения обстоятельств, смягчающих наказание, в значительной мере обусловлена потребностями судебной практики. Определяя меру наказания, суды зачастую ограничиваются указанием на то, что по делу учтены все обстоятельства содеянного и не проводят тщательный анализ фактических данных. Приговор, вынесенный с подобной формулировкой, не может являться обоснованным. В ряде случаев неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела, служит основанием к отмене приговора.

Сложность и многоплановость проблем учета обстоятельств смягчающих наказание, их теоретическая и практическая значимость обусловили научный интерес к ним со стороны российских ученых криминологов и криминалистов.

Весомый вклад в разработку института смягчающих обстоятельств внесли такие ученые как С. С. Гаскина, И.М. Гальперин, СИ. Дементьев, В.В, Карлов, А.Б., Кирюхин, М.И., Ковалев, Т.А. Костарева, Л.Л. Крутиков, Н.Ф. Кузнецова, В.И. Курляндский, А.В.Наумов, П.А. Фефелов, В.Д. Филимонов, И.Я Фойницкого, Г.И. Чечель, Б.В.Яцеленко и др.

Наличие уже проведенных исследований, посвященных проблеме института смягчающих обстоятельств, является отправной точкой и выступает в качестве необходимой научной базы как для его изучения в новом, с учетом произошедших изменений, состоянии, так и для определения закономерностей развития данного института в целях выявления дальнейших возможностей его совершенствования.

Между тем, следует обратить внимание на то, что исследования этих ученых проводились в иных, существенно отличающихся от сложившихся к настоящему времени, экономических, политических, правовых и социальных условиях жизнедеятельности личности, общества и государства. Более того, некоторые аспекты рассматриваемой проблемы по-прежнему остаются не достаточно освещенными, а многие - дискуссионными и требующими дальнейшей теоретической разработки.

Дополнительным аргументом в пользу целесообразности научного анализа смягчающих обстоятельств в составе преступления выступает и тот факт, что подавляющее большинство работ, посвященных этой проблематике, выполнены до принятия УК РФ 1996 года.

Поэтому, приходится констатировать необходимость выработки новых подходов к решению рассматриваемой проблемы. Потребность в переосмыслении и оценке ряда положений, касающихся применения смягчающих обстоятельств, в свете новых законодательных установлений и практики их реализации представляется неоспоримой. Их необходимость и значимость постоянно подчеркивается в специальной литературе. Так, например, В.П.Кашепов пишет: «важнейшим направлением дальнейшего развития уголовного законодательства является изыскание средств и возможностей сокращения сферы репрессивности применения мер наказания путем расширения условий освобождения от наказания, прежде всего по отношению к лицам, не представляющим повышенной общественной опасности»^1.

Кроме того, увеличение в Особенной части УК РФ числа составов преступлений со смягчающим обстоятельствами свидетельствует о стремлении законодателя повысить степень дифференциации уголовной ответственности и наказания, поскольку уже в самом уголовном законе, применительно к конкретным преступлениям, указывается на необходимость смягчения ответственности и наказания при наличии определенных обстоятельств.

¹ Кашепов В.П. Там же. С.379.

В этой связи возникает ряд вопросов, требующих конструктивного научного осмысления и на этой основе последующего законодательного решения. К их числу можно отнести: характер соотношений понятий общественной опасности и смягчающих обстоятельств, как признаков элемента состава преступления; закономерности процесса криминализации общественно опасныхдеяний со смягчающими обстоятельствами; соответствие изменению в характере общественной опасности деяния его выражению в диспозиции статей Особенной части УК РФ и другие.

Поэтому настоящее исследование, в первую очередь, направлено на теоретическую разработку и анализ различных аспектов применения обстоятельств, смягчающих наказание, изучение причин, порождающих ошибки в следственной и судебной практике, поиск возможных путей их устранения, подготовку предложений по совершенствованию уголовного законодательства и практики его реализации. Поскольку адекватное решение целого спектра поставленных проблем оказывает существенное влияние на степень эффективности борьбы с такого рода преступлениями.

Перечисленные обстоятельства обусловливают необходимость комплексного изучения обозначенных проблем, свидетельствуют об актуальности избранной темы исследования и ее значимости в современных условиях.

Цели и задачи диссертационного исследования. Представленная работа имеет своей целью определение социально-правовой природы смягчающих обстоятельств, их роли и значения для дифференциации уголовной ответственности и индивидуализации наказания, а также выявление закономерностей, присущих институту смягчающих обстоятельств в отечественном уголовном праве.

Достижению поставленной цели служит решение следующих задач:

- изучение истории становления и развития института смягчающих обстоятельств;

- определение сущности смягчающих обстоятельств;

- выявление предпосылок и оснований закрепления смягчающих
обстоятельств как в Общей части УК, так и в качестве обязательного признака
состава преступления — в Особенной части УК РФ;

- анализ юридической сущности представленных в законодательстве
смягчающих обстоятельств;

- определение роли смягчающих обстоятельств в составе преступления,
предусмотренного Особенной частью УК РФ;

- определение предпосылок и форм криминализации составов со
смягчающими обстоятельствами;

- выявление тенденций развития данного института.

Объектом научного исследования является совокупность общественных отношений, складывающихся в процессе квалификации преступлений и назначения наказания при наличии смягчающих обстоятельств.

Предмет исследования - отечественное и зарубежное уголовное законодательство, устанавливающее ответственность за преступления, совершенные при смягчающих обстоятельствах и практика его применения.

Методология и методика исследования. Методологическую основу исследования составляет совокупность общенаучных и специальных методов, а также фундаментальные положения философской науки. В качестве частных методов использованы: сравнительно-правовой, историко-правовой и формально-логический.

Кроме того, в ходе работы были использованы такие исследовательские приемы эмпирического и теоретического уровня, как абстрагирование, анализ и синтез, правовое моделирование и др.

В полном объеме были применены методы конкретно-социологического исследования: изучение документов, статистики и др.

Нормативно-правовую базу исследования составляют уголовное законодательство дореволюционного, советского периода, а также действующее

уголовное законодательство Российской Федерации и постановления пленумов Верховных Судов СССР, РСФСР и РФ.

Эмпирическую базу диссертационного исследования составили данные, полученные в результате анализа 861 уголовного дела, рассмотренных судами за период с 1999 г. по 2003 г., а также анкетирования 140 практических работников правоохранительных органов (60 прокуроров, 60 следователей и дознавателей, 92 оперуполномоченных ОВД), а также 20 судей и экспертного опроса 34 научных сотрудников и преподавателей, исследования статистических данных ГИЦ МВД России. Изучение и обобщение практики проводилось при содействии следственных подразделений и судов в г. Москве, Московской, Тульской, Владимирской и Калужской областях.

Научная новизна исследования состоит в определенном вкладе автора в науку уголовного права в аспекте развития учения о смягчающих обстоятельствах и решении ряда теоретических и практических вопросов касающихся применения смягчающих обстоятельств.

Круг анализируемых проблем, с учетом действующего уголовного законодательства на диссертационном уровне рассмотрен впервые.

Отдельные положения получили новую интерпретацию в свете современных правовых установлений и научных теорий.

Наконец, в научный оборот вводятся новые эмпирические данные и некоторые положения, характеризующие объект и предмет исследования.

Научная новизна конкретизируется в положениях, выносимых на защиту.

1. Смягчающие обстоятельства в составе преступления являются важной уголовно-правовой характеристикой деяния, служащей основой моделирования соответствующих уголовно-правовых норм. Их юридическая природа и социальная обусловленность порождены основным свойством смягчающих обстоятельств в составе преступления - отражать определенный характер и степень общественной опасности преступного посягательства.

2. Смягчающие обстоятельства в составе преступления представляют собой
признаки объективного или субъективного свойства, относящиеся к
определенному элементу состава и оказывающие непосредственное влияние на
характер общественной опасности, изменяя его качественную основу в сторону
уменьшения наличия в нем этой опасности, влияющие на дифференциацию
уголовной ответственности и квалификацию содеянного, а также на определение
иного, «смягчающего», типового наказания.

3. Уголовно-правовое значение смягчающих обстоятельств в составе
преступления выражается в том, что они могут выступать:

конструктивными признаками, являющимися основой построения специальных «привилегированных» норм;

факультативными признаками объективной или субъективной сторон состава преступления, «смягчающими» типовой характер и степень общественной опасности деяния.

4. Смягчающие обстоятельства в составе преступления имеют уголовно-
правовое значение тогда, когда существуют поводы и основания к их
криминализации в соответствующих общественно опасных деяниях.

5. Процесс криминализации общественно опасных деяний со смягчающими
обстоятельствами возможен только на основе учета определенных критериев,
которыми являются характер и степень общественной опасности содеянного,
криминологическая характеристика как самого преступления, так и личности
лица, его совершившего, а также соответствие смягчающих обстоятельств
характеру содеянного либо одновременно преступлению и личности
преступника.

6. В целях устранения несоответствия между объективно существующими
изменениями в характере и степени общественной опасности деяния и их
выражением в диспозициях статей Особенной части УК РФ посредством
указания на смягчающие признаки состава, а также с учетом требований •
законодательной техники, представляется целесообразным:

дополнить УК РФ ст. 158-1 следующего содержания: «Лицо, совершившее деяние, предусмотренное частью первой ст. 158 УК РФ, вследствие тяжелого личного материального положения или близких виновному лиц, - наказывается обязательными работами на срок до ста часов или исправительными работами на срок от двух до шести месяцев»;

дополнить УК РФ ст.286-1 следующего содержания: «Совершение должностным лицом действий, указанных в части первой ст.286 УК РФ, вследствие ложно понятых интересов службы, наказывается штрафом в размере до пятидесяти тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до трех месяцев, либо лишением права занимать определенные должности либо заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет, либо арестом на срок до четырех месяцев, либо лишением свободы на срок до двух лет»;

дополнить УК РФ ст. 302-1 следующего содержания: «Деяние, предусмотренное частью первой ст. 302 УК РФ, совершенное вследствие ложно понятых интересов службы, - наказывается арестом на срок до шести месяцев или лишением свободы на срок до двух лет».

7. Анализ практики показал, что суды учитывают такое смягчающее
обстоятельство как наличие малолетних детей без выяснения фактического
участия виновного в вопросе их воспитания и содержания. Нередко суды
признают это смягчающим обстоятельством несмотря на то, что виновный
состоит в разводе и не оказывает помощи своим детям, либо хотя формально и
состоит в браке, но не принимает участия в воспитании и содержании детей. В
этой связи целесообразно сместить законодательный акцент именно на роль
виновного в воспитании и содержании детей. Поэтому п. «г» части 1 ст. 61 УК
РФ следует изложить следующим образом: «наличие у виновного на воспитании
или иждивении малолетнего ребенка».

8. Результаты исследования свидетельствуют о том, что такие смягчающие
обстоятельства, как превышение пределов необходимой обороны и нарушение

условий правомерности задержания лица, совершившего преступление, характернылишь для небольшого круга деяний, таких как убийство, причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью. Но для этих случаев в законодательстве предусмотрены привилегированные составы преступлений (ст. ст. 108 и 114 УК РФ), в которых превышение пределов необходимой обороны уже учтено в качестве обязательного признака, понижающего рамки типового наказания. В этой связи представляется целесообразным исключить данные обстоятельства из ст. 61 УК РФ.

9. Включение смягчающих обстоятельств в моделируемые составы может
способствовать дальнейшей дифференциации уголовной ответственности,
правильной квалификации содеянного и объективной формализации «типового»
наказания.

10. Предложены критерии отнесения обстоятельств к категории смягчающих:

- состояние виновного, оказавшее (могущее оказать) влияние на его волю при
совершении противоправного деяния;

- отношение виновного к содеянному, свидетельствующее о не типичности
подобного деяния для него;

- выполнение виновным общественно значимой функции.

Теоретическая значимость исследования. Настоящая работа, являясь обобщенным уголовно-правовым исследованием смягчающих обстоятельств, систематизирует имеющиеся знания о предмете, углубляет и расширяет их, обозначает проблемы, предлагает пути их решения и развивает основные направления для дальнейших научных разработок в сфере борьбы с преступлениями, совершенными при смягчающих обстоятельствах.

Результаты исследования могут способствовать улучшению понятийного аппарата, а также единообразному применению уголовного закона.

Практическая значимость исследования. Выводы и рекомендации, содержащиеся в работе, представляются полезными для использования работниками правоохранительных органов в практической деятельности при

квалификации преступлений и назначении наказания при наличии смягчающих обстоятельств. Они могут быть использованы для подготовки методических рекомендаций в системе служебной подготовки и повышения квалификации следователей, прокуроров и судей, а также в организации научных исследований по проблеме диссертационного исследования и смежным с ней.

Материалы исследования могут быть реализованы в законодательной деятельности Государственной Думы РФ при совершенствовании уголовного законодательства, а также в учебном процессе по курсу «Уголовное право РФ (Общая и Особенная части)» и «Криминология».

Апробация и внедрение результатов исследования. Основные положения диссертации отражены в трех научных публикациях. Материалы исследования докладывались на второй научно-практической конференции молодых ученых в Научно-исследовательском институте проблем укрепления законности и правопорядка при Генеральной прокуратуре РФ (2003 г), атакже заседаниях кафедры и Ученом совете Института международного права и экономики им. А.С.Грибоедова.

Отдельные положения диссертационной работы внедрены в учебный процесс Института международного права и экономики им. А. СГрибоедова по учебным дисциплинам «Уголовное право» и «Криминология».

Структура диссертации обусловлена целью и задачами исследования и состоит из введения, двух глав, заключения и списка литературы.

Работа выполнена и оформлена в соответствии с требованиями ВАК Министерства образования Российской Федерации.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении содержится общая характеристика диссертационной работы: обосновывается актуальность выбранной темы; определяются цели и задачи работы, ее объект и предмет; излагаются методы исследования, его методологическая и эмпирическая основы; раскрываются положения, обосновывающие научную новизну, теоретическую и практическую значимость результатов; формулируются основные положения, выносимые на защиту; приводятся сведения о научной и практической апробации результатов проведенного исследования.

Перваяглава — «Обстоятельства, смягчающие наказание, как институт уголовного права» - состоит из четырех параграфов.

В первом параграфе «Сравнительный историко-правовой анализ смягчающих обстоятельств в отечественном дореволюционном уголовном праве» соискателем проводится сравнительный историко-правовой анализ смягчающих обстоятельств в законодательных источниках и доктрине уголовного права дореволюционного периода развития российского государства.

Институт наказания - один из центральных институтов уголовного права. Наказание является ничем иным, как объективным выражением того особого юридического отношения, которое возникает между лицом, совершившим преступление, с одной стороны, и государством — с другой. В этой связи важное значение приобретают и иные институты уголовного права, смежные или входящие в качестве составной части в институт наказания. Одним из подобных институтов является институт обстоятельств, смягчающих наказание лица, совершившего преступление. Этот институт хорошо известен отечественному уголовному праву. Уже в одном из первых памятников русского права- Русской Правде, появление которой датируется X веком н.э., - можно обнаружить наличие неких обстоятельств, при которых лицу, признанному виновным в совершении преступления, могло быть назначено более мягкое наказание.

Последующие памятники права сохранили присущую Русской Правде тенденцию к выделению и определению обстоятельств, дифференцирующих размер уголовной ответственности и наказания. В частности, Митрополичье Правосудие XIII-XIV вв., «Договор Смоленска с немцами в половине XIII в. и др. документы.

Первым же законодательным актом, закрепившим необходимость выяснять в процессе судебного разбирательства обстоятельства жизни и личности преступника в независимости от тяжести совершенного им преступления стал другой памятник отечественного права, относящийся кXIII-XV вв. - «Закон судный людям» (его также часто называют Уставом Великого Князя Ярослава).

Феодальная раздробленность, прочно установившаяся на Руси к середине XIII века, не оказала серьезного влияния на развитие уголовного законодательства применительно к становлению института смягчающих обстоятельств.

Первая попытка систематизировать смягчающие обстоятельства была сделана в Судебнике 1497 года, где впервые выделялись в самостоятельные группы смягчающие обстоятельства уголовно-правового и уголовно-процессуального характера.

Еще дальше в конкретизации смягчающих обстоятельств пошел Судебник 1550 года. Последующие законодательные акты только увеличивали число оснований для смягчения ответственности и наказания, назначаемого виновному.

Важнейшей вехой в становлении отечественного уголовного права и фундаментом института смягчающих обстоятельств стало Соборное Уложение 1649 года, в котором отразились социальные и политические процессы укрепления централизованной власти. Уставы Петра I, включающие в себя Артикулы Воинские 1715 года, Воинский Устав 1716 года и Морской Устав 1720

года, явились его логическим продолжением, в котором данный институт получил свое дальнейшее развитие.

В последующем уголовное законодательство развивалось по пути смягчения ответственности, но уже путем внесения в него соответствующих изменений.

Первая попытка сформулировать перечень смягчающих обстоятельств, общих для всех преступлений, была сделана в 1813 году в проекте Уголовного уложения Российской Империи. При этом за основу была принята «... немецкая система Фейербаха, то есть ... были не только подробно исчислены обстоятельства, при наличии которых суд мог изменять определенную в законе ответственность, но и был точно установлен размер влияния каждого из этих обстоятельств»^1.

Следующим шагом в формировании отечественного уголовного права стал Свод Законов Российской Империи, изданный в 1833 году. В нем, наряду с общими для всех преступлений обстоятельствами, смягчающими ответственность и наказание, к которым относились: а) малолетство; б) престарелый возраст; и в) явка с повинной; содержались так называемые «особенные случаи к смягчению».

В процессе Судебной реформы 1864 года система смягчающих обстоятельств претерпела значительные изменения. Их возникновение было обусловлено, с одной стороны, введением в отечественную систему элементов французского права, а именно, системы обстоятельств, смягчающих вину^2, ^адругой, возникновением института присяжных заседателей, чье приоритетное право на снисхождение к участи подсудимого было закреплено в законе и непосредственно связано с наличием смягчающих обстоятельств.

Уложение 1903 года, по существу, стало последним дореволюционным законодательным актом, внесшим вклад в развитие института смягчающих обстоятельств. Оно, прежде всего, закрепило те возможности, которые были

¹ Таганцев Н С. Русское уголовное право. Лекции. Часть Общая. Т.2. М., 1994. С.294.

² См.: Таганцев Н.С. Русское уголовное право. Лекции. Часть Общая. 1.2. М., 1994. С.294.

предоставлены суду относительно вопросов смягчения наказания. А значительное уменьшение количества составов со смягчающими обстоятельствами предопределило формирование отдельной группы последних, содержащей общие для всех преступлений основания для смягчения наказания.

Подводя итог анализу этого института в отечественном дореволюционном законодательстве, можно сделать следующие выводы.

В отечественном праве сложились две разновидности смягчающих обстоятельств. Первые из них определялись как уменьшающие вину обстоятельства, вторые - как обстоятельства, уменьшающие наказание.

Существовала система общих и так называемых специальных смягчающих обстоятельств. Общие смягчающие обстоятельства распространялись на большинство преступлений, но не входили в их состав в качестве признака элемента состава. Они учитывались судом при индивидуализации наказания и, имея объективный или субъективный характер, могли предшествовать или сопутствовать совершению преступления, а также характеризовать личность преступника или его постпреступное поведение.

Специальные смягчающие обстоятельства, наоборот, являлись неотъемлемым признаком конкретных составов. Как правило, подобные обстоятельства характеризовали субъективную сторону преступления, а именно, форму вины, цель, мотивацию или эмоциональное состояние виновного. Они изменяли юридическую сущность деяния, превращая его в самостоятельное преступление.

Поскольку следующим этапом развития и становления института смягчающих обстоятельств является период с 1917 по 1996 год, второй параграф «Смягчающие обстоятельства в советском уголовном законодательстве» посвящен анализу смягчающих обстоятельств, закрепленных в советском уголовном законодательстве.

После октябрьской революции 1917 года уголовное законодательство претерпело существенную корреляцию. Накопленный столетиями уголовно-

правовой опыт дореволюционной России оказался практически полностью невостребованным новой властью. Новое уголовное законодательство страны Советов отличалось односложностью и примитивизмом. И в сложившихся условиях, хотя понятие смягчающих обстоятельств и осталось, соответствующий этому понятию институт, как обладающая общими закономерными связями система, на время практически исчез из отечественного уголовного права.

Нормативные акты уголовно-правового характера того времени не содержали четкую дифференциацию наказания в зависимости от обстоятельств преступления. И несмотря на то, что эта возможность предоставлялась революционным трибуналам, уголовное право основывалось на классовом подходе, в том числе, и применительно к наличию смягчающих обстоятельств при совершении преступления.

Попытки возродить отдельные положения дореволюционного законодательства делались неоднократно. Однако, отсутствие единого кодифицированного уголовного законодательства и множество Декретов¹ отложили формирование института смягчающих обстоятельств на более поздний период.

Принятие в 1922 году первого Уголовного кодекса стало серьезным шагом в этом направлении. И, хотя он в основном повторил положения Руководящих начал и еще нельзя было говорить о полностью деполитизированном и объективном подходе к дифференциации ответственности и наказания, этот нормативно-правовой акт закрепил основополагающие моменты применительно к смягчающим обстоятельствам, в целом отвечающие признакам соответствующего уголовно-правового института. В нем содержалась следующая система смягчающих обстоятельств: совершение преступления в состоянии голода или нужды; совершение преступления не из корыстных или не из низменных побуждений; если преступление не было направлено против государства и не в интересах восстановления власти

¹ См., напр., вышеприведенный Декрет ВЦИК и СНК РСФСР от 1 июля 1921 года «О мерах по борьбе с хищениями из государственных складов и должностными преступлениями, способствующими хищениям».

буржуазии; совершение преступления по невежеству и несознательности; совершение преступления без насилия; совершение преступления впервые; совершение преступления в состоянии запальчивости, по неосторожности, легкомыслию или под влиянием угроз и принуждения другого лица.

Кроме того, суду предоставлялось право смягчения наказания в случаях: когда преступление совершено впервые при тяжелом стечении обстоятельств в жизни виновного; когда степень опасности осужденного не требует обязательной его изоляции для общества и даже назначения ему принудительных работ.

В дальнейшем законодательство в основном пошло по пути расширения круга обстоятельств, смягчающих ответственность и наказание. Уже 11 ноября 1922 года постановлением ВЦИК РСФСР «Об изменениях и дополнениях Уголовного кодекса РСФСР» были расширены права суда при назначении наказания несовершеннолетним лицам. В частности, в ст.18-а указывалось на обязанность суда смягчить наказание лицам от 14 до 16 лет на одну вторую, а лицам от 16 до 18 лет - на одну треть.

УК РСФСР 1922 года стал и первым постреволюционным уголовно-правовым актом в котором содержались самостоятельные статьи, предусматривающие ответственность за преступления, имеющие составы со смягчающими обстоятельствами.

Следующий этап в возрождении института смягчающих обстоятельств ознаменовало принятие 21 октября 1924 года Основных начал уголовного законодательства СССР и союзных республик. Однако, несмотря на расширение перечня смягчающих обстоятельств и их все большую детализацию, уголовное право не спешило отходить от классового подхода к вопросам смягчения уголовной ответственности и наказания. Принятые впоследствии нормативные акты уголовно-правового характера лишь продолжили эту негативную тенденцию.

В послевоенное время тенденция к ужесточению наказания и уменьшению числа смягчающих обстоятельств сохранилась. Однако к концу 50-х годов в отечественном уголовном законодательстве произошли существенные изменения вызванные, прежде всего, социально-экономическимипричинами, в результате которых институт смягчающих обстоятельств не только был реанимирован, но и получил свое дальнейшее развитие. Именно в это время появились первые серьезные теоретические исследования, посвященные институту смягчающих обстоятельств^1, отдельные положения которых затем

нашли свое отражение в Основах уголовного законодательства СССР и союзных республик 1958 года, а впоследствии, с учетом продолжавшихся научных разработок² легли в основу УК РСФСР 1961 года.

Третий параграф - «Смягчающие обстоятельства в действующем уголовном законодательстве России».

В свете действующего уголовно-правового законодательства и сложившейся доктрины уголовного права, под смягчающими понимаются обстоятельства, наличие которых при совершении преступления является безусловным или условным основанием для уменьшения назначаемого виновномунаказания.

В действующем уголовном законодательстве России смягчающие обстоятельства представлены как в Общей, так и в Особенной частях УК РФ 1996 года. Развитие этого института привело к тому, что в настоящее время можно выделить определенные признаки и виды смягчающих обстоятельств.

Все виды смягчающих обстоятельств, по нашему мнению, можно разделить на две категории: смягчающие обстоятельства, учитываемые при индивидуализации наказания, имеющие общий характер и содержащиеся в ст. 61

¹ См., напр.: Кригер Г.А. Индивидуализация наказания по советскому праву, Кузнецова Н.Ф., Куртов Б.А.
Отягчающие и смягчающие обстоятельства, учитываемые при определении мер наказания. - В кн. Применение
наказания по советскому уголовному праву. М, 1958.

²См, напр.: Карпец ИИ. Отягчающие и смягчающие обстоятельства в советском уголовном праве. М., 1959;
Владимиров В. А. Как советский суд назначает наказание. М.,1960.

УК РФ; смягчающие обстоятельства, включенные в качестве обязательного признака в составы конкретных преступлений^3.

Законодательный перечень смягчающих обстоятельств в УК РФ претерпел существенные изменения. Появились обстоятельства, не знакомые прежнему законодательству. К ним относятся: наличие малолетних детей у виновного (п. «г» ч.1 ст. 61 УК РФ), совершение преступления по мотиву сострадания (п. «д»4.1 ст. 61 У К РФ), совершение преступления при нарушении условий правомерности задержаниялица, совершившего преступление, крайней необходимости, обоснованногориска, исполнения приказа или распоряжения (п. «ж»ч.1ст.61УКРФ).

Кроме того, исключено из перечня такое смягчающее обстоятельство как чистосердечное раскаяние (п.9 ст. 38 УК РСФСР).

Формулировки отдельных обстоятельств изменены. В частности, в прежнем УК было закреплено такое смягчающее обстоятельство как «совершение преступления вследствие стечения тяжелых личных или семейных обстоятельств» (п. 2 ст. 38 УК РСФСР), в п. «д» ч. 1 ст. 61 действующего УК РФ оно называется «совершение преступления в силу стечения тяжелых жизненных обстоятельств». Таким образом, круг его применения расширился.

В работе подробно анализируются изменения, коснувшиеся содержания перечня смягчающих обстоятельств — обоснованность нововведений, целесообразность исключений.

В ч. 2 ст.61 УК РФ содержится указание на то, что при назначении наказания в качестве смягчающих могут учитываться и иные обстоятельства, не предусмотренные ч.1 данной статьи. Из этого следует, что перечень перечисленных выше обстоятельств не является исчерпывающим. При рассмотрении дела и назначении наказания суд может принять во внимание и

' № необходимость подобной классификации непосредственно указывает как законодательная логика, так и указания Пленума Верховного Суда СССР «О практике применения судами общих начал наказания», где в п. 4 указывалось; что «в тех случаях, когда то или иное обстоятельство, предусмотренное в законе в качестве смягчающего или отягчающего, указано в диспозиции статьи Особенной части Уголовного кодекса в качестве одного из признаков преступления, оно не должно учитываться как смягчающее или отягчающее птаетственностъ при назначении наказания за это преступление» / Бюллетень Верховного Суда СССР, 1984, №4.

другие обстоятельства, не определенные в законе в качестве смягчающих. К их числу, как отмечается в научной литературе со ссылкой на практику применения судами уголовного законодательства, относятся «неопытность, отсутствие необходимых навыков как условий, благоприятствовавших совершению преступления, незначительная сумма наживы, отсутствие материального ущерба и тяжких последствий, незначительный размер вреда...»¹' ^аР^актеР^{нымявляется} то, что в независимости от вида обстоятельства, признанного таковым, суд обязан указать причины учета этих обстоятельств в качестве смягчающих с обоснованием принятого решения.

В то же время существуют смягчающие обстоятельства, включенные в качестве обязательного признака в составы конкретных преступлений, и, в силу этого, имеющие самостоятельную специфику правовой природы^2.

Данная специфика состоит, прежде всего, в том, что уменьшение степени общественной опасности таких деяний предусмотрено уже в самой диспозиции статьи Особенной части УК РФ. Еще А.Н.Трайнин³ ^писал' ^ общественная опасность «...запечатленная в совокупности всех элементов состава... представляет собой уголовно-правовую характеристику действия (бездействия) в целом». Подобные составы, в которых смягчающие обстоятельства включены в качестве обязательного признака, получили название составов со смягчающими обстоятельствами.

Как уже указывалось, смягчающими признаками могут обладать обстоятельства, относящиеся как к объективной, так и к субъективной сторонам преступления. При этом смягчающих обстоятельств, относящихся к объекту преступления, не существует^4.

' Крутиков Л.Л. Смягчающие и отягчающие обстоятельства в советском уголовном праве. Часть особенная.

Ярославль, 1979. С.16.

² См., напр.: Долиненко Л.А. Смягчающие ответственность обстоятельства по действующему уголовному

законодательству и судебной практике. М., 1980, с.23; Лейкина Н.С. Личность преступника и уголовная

ответственность. ЛГУ, 1968. С. 106.

¹ Трайнин А.Н. Общее учение о составе преступления. М., 1957. С.78.

⁴ См.: Кузнецова Н. Ф., Куриное Б.А. Отягчающие и смягчающие обстоятельства, учитываемые при определении

меры наказания. - В кн.: Применение наказания по Советскому уголовному праву. МГУ, 1958. С. 99-100.

Имеет место точка зрения, согласно которой смягчающие обстоятельства, входящие в состав преступления, и в дальнейшем могут влиять на размер наказания уже при его индивидуализации¹. ^Нам представляется, что подобный учет возможен лишь в том случае, когда речь идет только о различных смягчающих обстоятельствах.

В целом же мы разделяем позицию Б.С.Никифорова, Н.С.Лейкиной и ряда других ученых, в соответствии с которой смягчающие обстоятельства, учтенные в качестве элемента состава преступления, в дальнейшем уже не могут влиять на размер назначаемого виновному наказания^2.

Таким образом, дифференциация уголовной ответственности при учете смягчающих обстоятельств, содержащихся в составе преступления, предусмотренном Особенной частью Уголовного кодекса, по своей сущности императивна и зависит от решения суда только в той части, насколько это позволяет диспозиция соответствующей статьи УК.

В параграфе подробно рассматриваются все предусмотренные в действующем уголовном законодательстве обстоятельства смягчающие наказание и делаются предложения по совершенствованию их законодательного закрепления.

Четвертый параграф - «Смягчающие наказание обстоятельства, применяемые в судебной практике, но не предусмотренные в российском законодательстве».

Назначение справедливого наказания лицу, преступившему закон, должно основываться на всестороннем, полном, объективном исследовании обстоятельств совершенного преступления и личности виновного, в том числе смягчающих наказание обстоятельств, указанных в ст. 61 УК РФ. Не имея

¹ См., напр.: Чечепь Г.И. Смягчающие ответственность обстоятельства и их значение в индивидуализации
наказания. Саратов, 1978. С.43-44

² См., напр.: Советское уголовное право. Общая часть. МГУ, 1974. С.317; Лейкта Н.С. Личность преступника и
уголовная ответственность. ЛГУ, 1968. С. 106-107; Трайнин А. Н. состав преступления по советскому уголовному
праву. М., 1951. С.324-327; Карпец И И. Отягчающие и смягчающие обстоятельства в уголовном праве. М., 1959.
С.23-24.

возможности дать исчерпывающий перечень смягчающих обстоятельств, которые встречаются или могут встретиться в судебной практике, законодатель, формулируя ч. 2 ст. 61 УК РФ, оставил перечень смягчающих оснований открытым и предоставил усмотрению судов возможность учитывать иные обстоятельства в качестве таковых. Кроме невозможности учесть все многообразие конкретных ситуаций, такая позиция законодателя обусловлена и тем, что довольно часто наличие в совершенном деянии или личности преступника определенных свойств, не предусмотренных в законодательном перечне ст. 61 УК РФ, может свидетельствовать о снижении их степени общественной опасности. Снижая существенно степень общественной опасности деяния и лица, его совершившего, эти обстоятельства обусловливает необходимость их учета в качестве смягчающих обстоятельств при назначении наказания лицу, признанному виновным в совершении преступления.

Кроме указанной ранее ч. 2 ст. 61 УК РФ, предоставляющей суду право учитывать при назначении наказания в качестве смягчающих обстоятельства, не предусмотренные в ч.1 ст. 61 УК РФ, предпосылкой учета смягчающих обстоятельств, не указанных в законе, является также и ст. 73 УПК РФ, предусматривающая в числе обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу не только обстоятельства, указанные в законодательных перечнях, характер и размер вреда, причиненного преступлением, обстоятельства, исключающие преступность и наказуемость деяния, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, обстоятельства, которые могут повлечь за собой освобождение от уголовной ответственности и наказания, но и иные обстоятельства, характеризующие личность обвиняемого.

Как показало изучение 861 уголовного дела в г. Москве, Московской, Тульской, Калужской областях и Краснодарском крае, суды достаточно часто реализуют предоставленное им законом право и учитывают при назначении наказания смягчающие обстоятельства, не предусмотренные в законе. По

изученным уголовным делам при постановлении обвинительных приговоров и назначении наказания по 29% уголовных дел суды учитывали смягчающие обстоятельства, указанные в законе, а по 60% уголовных дел - смягчающие обстоятельства, в законе не указанные (в том числе наряду со смягчающими обстоятельствами, указанными в законе). Приведенные данные свидетельствуют о том, какое большое значение для индивидуализации наказания имеют смягчающие обстоятельства, не указанные в законе и позволяют предположить назревшую потребность обратить внимание судов на необходимость более тщательно исследовать наличие в рассматриваемых уголовных делах обстоятельств, не предусмотренные в законе.

Изучение указанных уголовных дел, по которым судами учитывались при назначении наказания смягчающие обстоятельства, не предусмотренные в законе (517 уголовных дел) позволило выявить наиболее часто встречающиеся ссылки на обстоятельства, признанные судами смягчающими, из числа не указанных в законе. При этом часть из них может быть лишь с определенной долей условности отнесена к смягчающим обстоятельствам, не указанным в законе, поскольку является ни чем иным, как результатом своеобразной трансформации, производной от смягчающих обстоятельств, предусмотренных ч. 1 ст. 61 УК РФ. Например, ссылка суда в приговоре на то, что виновный длительное время не получал заработной платы, семья виновного находится в тяжелом материальном положении и т.п., по нашему мнению, является ни чем иным, как производным от обстоятельства, смягчающего наказание указанного в п. «д» ч. 1 ст. 61 УК РФ: «совершение преступления в силу стечения тяжелых жизненных обстоятельств...»; ссылка суда на признание подсудимым своей вины - производная от активного способствования раскрытию преступления (п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ); ссылка суда на то, что «виновный находился под влиянием старшего по возрасту» - производна от «совершение преступления в результате физического или психического принуждения либо в силу материальной, служебной или иной зависимости» (п. «е» ч. 1 ст. 61 УК РФ) и др.

По результатам изучения уголовных дел нами установлено, что судебной практике известны следующие обстоятельства, смягчающие наказание, которые не предусмотрены ч. 1 ст. 61 УК РФ:

1. преступление совершено подсудимым: впервые - 21,08 %; небольшой
тяжести и впервые - 2,9 %; небольшой тяжести - 0,39%;

2.             подсудимый: чистосердечно раскаялся - 15,28 %; ранее не судим - 1,36%;
ранее к уголовной ответственности не привлекался — 3,88 %; содержит
нетрудоспособных иждивенцев- 5,6%; имеет несовершеннолетних детей - 4,27
%;   положительно характеризуется   по месту работы,   учебы,   жительства
-11,78%;   признал свою вину -15,09 %; частично признал свою вину -1,38 %;
удовлетворительно характеризуется - 1,13%; возместил вред, причиненный
преступлением - 3,86%; частично возместил вред, причиненный преступлением
-1,5 5 %; не окончил преступление - 0,19 %; не окончил преступление, хотя имел
реальную возможность довести свой преступный умысел до конца - 0,19 %;
занят общественно полезным трудом - 0,39 %; имеет постоянную работу - 0,19
%; является участником боевых действий (Афганистан, Чечня), награжден
орденами, медалями - 0,19 %; страдает хроническим заболеванием — 3,29 %.

3. в результате совершенного подсудимым преступления: тяжких последствий
не наступило - 3,09 %;

4. роль подсудимого в совершении преступления наименее активна — 0,19%;

5. суд учитывает в качестве обстоятельства, смягчающего наказание: просьбу
потерпевшего строго не наказывать; ходатайство трудового коллектива о
смягчении наказания - 1,36%; престарелый возраст, молодой возраст
подсудимого- 1,36%.

Полагаем, что анализ ч.1 ст.61 УК РФ позволяет определить критерии, по которым те или иные обстоятельства могут быть отнесены к числу смягчающих более конкретно. По нашему мнению, такими критериями должны являться:

1. состояние виновного, оказавшее (могущее оказать) влияние наеговолю присовершениипротивоправногодеяния—несовершеннолетие; беременность;

совершение преступления в силу стечения тяжелых жизненных обстоятельств либо по мотиву сострадания; совершение преступления в результате физического или психического принуждения либо в силу материальной, служебной или иной зависимости; совершение преступления при нарушении условий правомерности необходимой обороны, задержании лица, совершившего преступление, крайней необходимости, обоснованного риска, исполнения приказа или распоряжения; противоправность или аморальность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления;

2. отношение к содеянному, свидетельствующее о не типичности
подобного деяния для виновного — явка с повинной, активное способствование
раскрытию преступления, изобличению других соучастников преступления и
розыску имущества, добытого в результате преступления; оказание медицинской
и иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения
преступления, добровольное возмещение имущественного ущерба и морального
вреда, причиненных в результате преступления, иные действия, направленные на
заглаживание вреда, причиненного потерпевшему;

3. выполнение виновным общественно значимой функции — наличие
малолетних детей у виновного.

Вторая глава — «Конструирование составов преступлений со смягчающими обстоятельствами» - состоит из двух параграфов.

Первый параграф - «Криминализация составов со смягчающими обстоятельствами».

Задача криминализации деяний со смягчающими обстоятельствами в рамках законодательной дифференциации уголовной ответственности в определенной степени облегчается уже ранее проведенной криминализацией самого деяния. Мы не ставим перед собой цели создания новой уголовно-правовой (за исключением "привилегированной") нормы, а рассматриваем лишь возможность отражения в ней таких обстоятельств, которые существенно изменяют "типовой" характер общественной опасности в сторону ее уменьшения

и таким образом создают иной, "смягченный" ее характер, определяя тем самым самостоятельный состав (в рамках основного) преступления.

Определив в качестве основного критерия криминализации общественную опасность деяния, мы учитываем ее в широком аспекте этого значения, т.е. как совокупность объективных и субъективных признаков общественно опасного деяния.

Учитывая, что включение в состав преступления смягчающих обстоятельств позволит расширить пределы доказывания по уголовному делу (вследствие расширения признаков диспозиции, а в некоторых случаях, -субъекта и субъективной стороны) органами дознания, следствия и судом, ограничить усмотрение правоприменителей по вопросам привлечения к уголовной ответственности, реализации уголовной ответственности, освобождения от уголовной ответственности и наказания, в качестве условия криминализации, необходимо использовать опыт (положительный или отрицательный) правоприменителей. Понимаядеятельность правоприменителей как процесс реализации уголовно-правовой нормы судебными, прокурорско-следственными органами и органами дознания, состоящий из реализации и

индивидуализации уголовной ответственности и правоконстатирующей
, 1 мы, опираясь на первую из названных функций, как заключительное

звено процесса криминализации, получаем обратный эффект - обоснование абстрактно-имперического метода криминализации опытом правоприменения. Признание деятельности правоприменителя условием криминализации деяний со смягчающими обстоятельствами позволит, во-первых, отграничить одни деяния - "претенденты" на включение в их состав смягчающих обстоятельств от других; во-вторых, решить практическую целесообразность применения отдельных смягчающих обстоятельств в качестве признаков состава преступления; в-третьих, осуществить моделирование диспозиций и санкций криминализируемых деяний; в-четвертых, уяснить специфику моделирования

¹Наумов Л.В. Теоретические вопросы применения уголовно-правовых норм. Автореф. дисс д.ю.н. Киев, 1974.

с.14

составов со смягчающими обстоятельствами, которые могут выходить за пределы диспозиции статьи (например, признаки субъекта и субъективной стороны).

Иными словами, отражение в процессе криминализации особенностей мотивации как этапов формирования мотива преступления, его оформления и развития, а затем и реализации в фактических преступных действиях, возможно лишь на основе всестороннего учета криминологической характеристики как преступления в целом, так и личности лица, его совершившего, которая является вторым критерием криминализации общественно опасных деяний со смягчающими обстоятельствами.

Таким образом, третьим критерием криминализации деяний со смягчающими обстоятельствами является соответствие смягчающих обстоятельств характеру содеянного и личности виновного, либо одновременно преступлению и личности преступника.

Кроме указанных трех основных, на наш взгляд, критериев криминализации общественно опасных деяний, совершенных при смягчающих обстоятельствах, дополнительными, или факультативными, критериями могут являться уровень правосознания общества, учет исторических традиций, наличие международно-правовых обязательств и т.д. Перечень их далеко не исчерпывающий. Разработка этих критериев - проблема теории уголовного права. Однако учет дополнительных критериев - вспомогательный фактор в содержании процесса криминализации, не изменяющий, а лишь дополняющий отдельными штрихами технику формулирования в законе нормы со смягчающими обстоятельствами.

Во втором параграфе «Моделирование составов со смягчающими обстоятельствами» исследуются вопросы, связанные с моделированием составов со смягчающими обстоятельствами.

Задачей написания этого параграфаявляется попытка дать предложения об изменении уже сложившейся структуры ряда действующих уголовно-правовых

29 норм с учетом включения в нее смягчающих обстоятельств.

На стадии моделирования уголовно-правовой нормы требуется решить ряд вопросов, относящихся к объему и содержанию как диспозиции нормы, так и ее санкции.

Учитывая основную цель такого моделирования - закрепить в рамках статьи закона иной, "смягченный" характер общественной опасности деяния -необходимо в первую очередь определить содержание такого проекта по предлагаемым некоторыми авторами параметрам: правило, адресат, ответственность.'

Содержанием первых двух параметров является совпадение диспозиции статьи закона, третьего - санкции.

В аспекте сказанного, изложение материала в работе соответствует следующим принципами:

1. Исходя из конкретно-целевого закрепления смягчающих обстоятельств в составе преступления, создаваемая диспозиция должна быть строго конкретной, казуистичной.

2. Особое место в моделировании составов со смягчающими обстоятельствами занимает проблема конструирования санкций.

Приходится с сожалением констатировать, что в науке уголовного права и криминологии нет надежных даже для теоретического моделирования ориентиров и показателей общественной опасности как самого преступления, так и личности преступника, хотя отдельные попытки количественно измерить эти уголовно-правовые явления в юридической литературе предпринимались.¹ Дифференциация такой санкции должна осуществляться в трех направлениях: 1) с учетом родового объекта посягательства; 2) по категориям

¹ См., напр.: Алиев Н.Б. Теоретические основы уголовного правотворчества. Дис.... д.ю.н., Махачкала, 1991. С.269.

¹ См.: Хам-Магомедов Д. О. Методика сравнительной оценки тяжести уголовного наказания. Вопросы борьбы с преступностью. М.: Юрид, лит., выпуск 15,1972. С.42-53; Кознов АЛ. Некоторые вопросы соотношения видов наказании по их тяжести. - В сб.: Актуальные вопросы государства и права на современном этапе. Томск, 1983. С. ] 52-153; Чубарев В.Л. Общественная опасность преступления и наказания (количественные методы изучения). М, 1982, С.26-39; он же. Измерения в уголовном праве. В сб.: Криминология и уголовная политиха. М., 1985. С. 123.

преступлений; 3) содержать количественный размер наказания.

В диссертации обосновывается выбор обозначенных направлений и раскрывается их внутреннее содержание.

В заключении диссертации сформулированы основные выводы и положения, наиболее значимые из которых изложены в тексте настоящего автореферата. По теме диссертации соискателем опубликованы следующие работы:

1. Буланов А.Ю. К вопросу об уголовно-правовом значении смягчающих
обстоятельств. Сб. Актуальные проблемы борьбы с преступностью. Материалы
второй научно-практической конференции молодых ученых. М. 2003. 0,5 п.л.

2. Буланов А.Ю. Моделирование составов со смягчающими
обстоятельствами//Закон и право. №3. 2004. 0,6 п.л.

3. Буланов А.Ю., Капинус О.С. Сравнительный историко-правовой анализ
института смягчающих обстоятельств в уголовном праве//Современное право.
№№4-5.2004. 1,0 п.л.

Подписано в печать: 16.11.2004 г.

Бумага офсетная. Гарнитура «Times New Roman».

Печать офсетная. Формат бумаги 60/84 _1/16. У_сл. _п _л. 2.

Тираж 100 экз. Заказ № 230.

Изготовлено с готового оригинал-макета в Издательстве МГОУ. 105005, г. Москва, ул. Радио, д. 10-а, тел.: 265-41-63, факс: 265-41-62.

ИЗ ФОНДОВ РБД

Гуриева Эллона Георгиевна

Правовые вопросы сотрудничества государств -

участников СНГ в борьбе с международным

терроризмом автореф. дис. на соиск. учен. степ.

канд. юрид. наук

Автореферат диссертации на соискание ученой степени канд.

юрид. наук

Специальность 12.00.10

Москва

РБД

2006

Гуриева, Эллона Георгиевна

Правовые вопросы сотрудничества государств -участников СНГ в борьбе с международным терроризмом [Электронный ресурс]: автореф. дис. на соиск. учен. степ. канд. юрид. наук: (12.00.10) / Гуриева Эллона Георгиевна; Дипломат. акад. МИД РФ. - М.: РГБ, 2005. - Из фондов РБД.

Текст воспроизводится по экземпляру, находящемуся в

фонде РГБ:

Гуриева Эллона Георгиевна

Правовые вопросы сотрудничества

государств - участников СНГ в борьбе с

международным терроризмом автореф. дис.

на соиск. учен. степ. канд. юрид. наук

Автореферат диссертации на соискание ученой степени канд. юрид. наук

Специальность 12.00.10

Москва - 2004

РБД, 2006 (электронный текст)

ДИПЛОМАТИЧЕСКАЯ АКАДЕМИЯ

Министерства иностранных дел Российской Федерации

На правахрукописи

ГУРИЕВА ЭЛЛОНА ГЕОРГИЕВНА

ПРАВОВЫЕ ВОПРОСЫ

СОТРУДНИЧЕСТВА ГОСУДАРСТВ -

УЧАСТНИКОВ СНГ В БОРЬБЕ

С МЕЖДУНАРОДНЫМ

ТЕРРОРИЗМОМ

Специальность: 12.00.10. - "Международное право. Европейское право."

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации па соискание ученой степени кандидата юридических наук

Москва 2004

Диссертация выполнена на кафедре международного права Дипломатической Академии Министерства иностранных дел Российской Федерации

Научный руководитель:

Официальные оппоненты:

доктор юридических наук,

профессор

А.А. Ковалев

доктор юридических наук,

профессор

Р.А. Каламкарян,

кандидат юридических наук,

доцент

СВ. Глотова

Российский университет дружбы народов

Защита состоится '/Р* @£&щ/Ь&' 2004 г. в 15.00 на заседании Диссертационного совета Д. 209.001.03 при Дипломатической академии МИД России по адресу: г. Москва, ул. Остоженка, д. 53/2, ауд. 215.

Ведущая организация:

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке Дипломатической академии МИД России.

Автореферат разослан "

2004 г.

Ученый секретарь Диссертационного совета кандидат юридических наук

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ДИССЕРТАЦИОННОЙ РАБОТЫ

Актуальность темы исследования. Терроризм,
обусловленный политическими, экономическими, социальными и
культурными противоречиями национальной и международной
жизни, превратился в настоящее время в масштабное и сложное
социально-политическое явление внутригосударственного

регионального и международного масштаба.

Террористическая деятельность, осуществляемая на территории Содружества Независимых Государств для реализации целей агрессивного сепаратизма и религиозного экстремизма угрожает конституционному строю, суверенитету, территориальной целостности и безопасности государств Содружества.

Усилиями руководителей государств-участников СНГ, юристов и специалистов в области правовых проблем противодействия терроризму удалось создать нормативно-правовую базу Содружества и принять национальные законы государств-участников СНГ по вопросам борьбы с терроризмом. В частности, в рамках СНГ и с участием СНГ были заключены такие межгосударственные договоры, как Договор о сотрудничестве государств-участников СНГ в борьбе с терроризмом 1999 г.; Шанхайская конвенция о борьбе с терроризмом и экстремизмом 2001 г.; Бишкекский меморандум о сотрудничестве и взаимодействии правоохранительных органов и спецслужб Республики Казахстан, Китайской Народной Республики, Кыргызской Республики, Российской Федерации, Республики Таджикистан, государств-участников "Шанхайской пятерки". Был принят также ряд важных документов Советом министров внутренних дел государств-участников СНГ.

Вместе с тем, правовая база борьбы с терроризмом в рамках СНГ, национальное антитеррористическое законодательство государств не отвечают требованиям эффективной борьбы с международным терроризмом.

В уголовных кодексах государств-участников СНГ по-разному определяется содержание терроризма как преступления. Кодексы отдельных государств, например, Кыргызской Республики вообще не содержит такого вида преступления, как терроризм.

Разнообразны и противоречивы положения о выдаче международных преступников. В ряде случаев такая выдача прямо запрещена, что ослабляет эффективность борьбы с терроризмом.

Отдельные государства-участники СНГ до сих пор не ратифицировали международные договоры, принятые в рамках СНГ, в частности, Договор о сотрудничестве государств-участников СНГ в борьбе с терроризмом 1999 г. и Конвенцию о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским семейным и уголовным делам 2002 г.

Не все государства-участники СНГ присоединились к Международной Конвенции о борьбе с финансированием терроризма, принятой в 1999 г.

Кроме того, многие государства-участники СНГ не выразили своего отношения к разрабатываемой международным сообществом Всеобъемлющей конвенции о борьбе с терроризмом.

Таким образом, в государствах Содружества не сложилось еще эффективного антитеррористического правового поля. В пределах СНГ существуют проблемы, процедурные затруднения с выполнением универсальных и региональных международных договоров в сфере борьбы с терроризмом.

Вопросы борьбы с международным терроризмом были предметом исследования многих отечественных и зарубежных юристов-международников. Однако в этой общей тематике правовым проблемам борьбы с международным терроризмом в рамках СНГ было уделено очень мало внимания. Существующие отдельные научные статьи, посвященные некоторым правовым аспектам борьбы с международным терроризмом в рамках СНГ, пока еще не сопоставимы с точки зрения комплексности и системности с масштабами и динамикой развития терроризма на пространствах СНГ.

Таким образом существует необходимость в разработке более совершенных юридических механизмов сотрудничества государств-участников СНГ в вопросах борьбы с международным терроризмом, который бы учитывал особенности терроризма на пространствах СНГ и действующие международно-правовые нормы и принципы в этой области.

Сказанное позволяет говорить об актуальности избранной автором темы исследования.

Цели и основные задачи исследования. Основной целью диссертационного исследования является разработка эффективной правовой основы сотрудничества государств-участников СНГ в вопросах предупреждения и борьбы с международным терроризмом. Для достижения поставленной цели определены следующие задачи:

осуществить комплексное исследование терроризма как преступления и преступного деяния, представляющего угрозу глобальной и региональной безопасности, выявить особенности его проявления и пути противодействия; определить понятие "терроризма" в современном международном праве;

определить квалификацию и виды терроризма; проанализировать национальное законодательство отдельных государств-участников СНГ по борьбе с терроризмом с точки зрения возможности его унификации в рамках СНГ;

выявить состояние и тенденции международного терроризма на территории государств-участников СНГ; проанализировать международно-правовые основы противодействия международному терроризму в рамках СНГ;

выявить причины низкой эффективности действующих региональных международных договоров в сфере борьбы с терроризмом в СНГ;

оценить возможность имплементации норм международного права в антитеррористическое законодательство государств-участников СНГ. разработать правовые и организационные пути повышения эффективности сотрудничества государств-участников СНГ в борьбе с международным терроризмом. Объектом диссертационного исследования являются международно-правовые и внутригосударственные отношения, связанные с существованием терроризма в СНГ, а также методов и способов предупреждения и борьбы с ним.

Предмет исследования - правовые нормы, регулирующие эти отношения.

Методы исследования. Методологическую основу исследования составляют общенаучные и специальные методы, применяемые при изучении общественных отношений, международного права и международных отношений и направленные на получение полных, объективных результатов с позиций комплексного и системного подходов.

Были использованы такие методы, как диалектический, а также системно-структурный, функциональный, сравнительно-правовой и другие.

Теоретической основой для проведения исследования послужили труды специалистов в области международного и международного уголовного права, теории права. Отдельные вопросы, относящиеся к теме диссертационного исследования, освещались ранее в работах как отечественных авторов - Абашидзе А.Х.; Блищенко И.П.; Игнатенко Г.В.; Лукашука И.И.; Ляхова Е.Г.; Решетова Ю.А.; Рыбакова Ю.М.; Черниченко СВ.; Хлестова О.Н.; Устинова В.В.; Энтина М.Л., так и зарубежных - Анцилотти Д.; Гленнон М.; Лакёр В.; Петрищев В.Е.

В работе также использованы выводы и положения, содержащиеся в специальной научной литературе и, в частности, в трудах: Антипенко В.Ф., Бриллиантова А.В.; Василенко И.А.; Галенской Л.Н.; Глотовой СВ.; Змеевского А.В.; Капустина А.Я.; Карташкина В.А.; Ковалёва А.А.; Косачёва К.И.; Корниенко А.А.; ЛатыповаУ.Р., Мишальченко Ю.В.; Петрищева В.Е.идр.

Научная новизна исследования состоит в том, что она является первым в Российской Федерации комплексным исследованием теоретических и практических проблем международно-правового сотрудничества государств-участников СНГ в сфере предупреждения, пресечения и борьбы с международным терроризмом.

Основные положения диссертационного исследования, выносимые на защиту:

1. Сотрудничество государств Содружества в области борьбы с терроризмом - составная часть международной деятельности дружественных государств, отражающая близость или совпадение их национальных интересов и обеспечивающая объединение усилий в области борьбы с терроризмом, включая совместную оценку опасности террористических акций, формулирование целей,

принципов антитеррористического сотрудничества. При этом антитеррористическое сотрудничество, как объект правового регулирования, представляет собой совокупность взаимосвязанных элементов, предназначенных для обеспечения национальной и коллективной безопасности государств Содружества.

2. Сотрудничество государств Содружества в области борьбы
с терроризмом, по обеспечению безопасности в СНГ позволило
достичь некоторых позитивных практических результатов. Главные
из них: создана нормативно-правовая база Содружества по борьбе с
международным терроризмом, сформирована система национальной
и коллективной безопасности.

Вместе с тем, правовое регулирование

антитеррористического сотрудничества государств Содружества не создало предпосылок полной трансформации его декларативно-совещательного характера в конкретно-резолютивный; на территории государств Содружества не создана общая система по предотвращению и борьбе с терроризмом; не налажен эффективный механизм реализации и контроля использования договорных документов и коллективных решений.

3.          Решение практических проблем правового обеспечения
развития       антитеррористического       сотрудничества      государств
Содружества требует разработки и принятия межгосударственных
документов,   обеспечивающих:   создание эффективного механизма
контроля реализации принятых органами Содружества решений в
сфере борьбы с терроризмом; выработку эффективно действующей
системы финансирования и всестороннего обеспечения мероприятий,
проводимых СНГ по укреплению национальной и коллективной
безопасности   борьбы   с   терроризмом;   формирование   механизма
оперативной трансформации норм международно -правовых актов
Содружества      в      законодательство      государств      Содружества;
определение   санкций к государствам,   не   выполняющим   нормы
ратифицированных международно-правовых актов Содружества.

4.          Развитие правовых основ сотрудничества по реализации
Договора о сотрудничестве государств-участников СНГ в борьбе с
терроризмом 1999 г. предполагает: проведение оценки соответствия
национального        законодательства        государств        Содружества
требованиям     Договора     и,      при     необходимости,      принятия
соответствующих законодательных актов в целях имплементации его

норм; подготовку и принятие Межпарламентской Ассамблеей СНГ Программы работы по правовому обеспечению реализации положений Договора.

5. Возрастание уровня и масштабов террористических
вызовов и угроз обусловливает необходимость включения в процесс
борьбы военной составляющей. Новизна и не характерность для
вооруженных сил такой задачи требует появления как новых норм
права, так и корректировки уже существующих:

а)   на универсальном уровне   - создать фундаментальную
правовую   систему,   призванную   определить   и легитимизировать
борьбу   мирового    сообщества   с    международным   терроризмом,
включая применение вооруженных сил;

б)      на      региональном      уровне      -      принять      пакет
межгосударственных нормативно -правовых актов   в рамках СНГ,
регулирующих порядок применения вооруженных сил государств
Содружества в антитеррористических операциях. Для оперативного
решения   правовых   проблем,    возникающих   при   подготовке   и
проведении конкретных антитеррористических операций с участием
региональных вооруженных сил необходимо также разработать и
принять    типовые     проекты     нормативно-правовых    документов
Содружества;

в) на национальном уровне - государствам Содружества
гармонизировать свое законодательство с межгосударственными
нормативно-правовыми актами СНГ.

6. С целью внедрения на универсальном уровне механизма
привлечения   к   ответственности   государств,   их   политических   и
военных    руководителей,     а    также    организованных    групп    и
физических лиц за международные преступления, в том числе за
терроризм, необходимо присоединение к Статуту Международного
уголовного суда государств-участников СНГ. При этом во внимание
принимается   решение   международного   сообщества   в   будущем
ввести терроризм под юрисдикцию Суда.

Теоретическая и практическая значимость результатов
исследования определяется тем, что они могут быть использованы:
а) при формулировании политики и законодательства государств-
участников СНГ по вопросам борьбы с терроризмом; б) при
планировании государствами-участниками СНГ

внутригосударственных и международных мероприятий в сфере

борьбы с международным терроризмом; в) при теоретической разработке проблематики борьбы с международным терроризмом; г) в процессе преподавания в ВУЗах России и других государств СНГ, при формировании учебных курсов по международному уголовному праву и др.

Апробация результатов исследования. Основные теоретические и практические выводы, положения и предложения диссертационного исследования были обсуждены и одобрены на кафедре международного права Дипломатической Академии МИД Российской Федерации, изложены в научных статьях, опубликованных в российских источниках.

Результаты исследования были также апробированы в выступлении автора на научно-практической конференции "Международное сотрудничество и совершенствование правовой системы Евразийского экономического сотрудничества" (Санкт-Петербург, 26 февраля 2004 г.).

Структура диссертации. Диссертация состоит из введения, трех глав, объединяющих девять параграфов, заключения и списка использованных источников.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИОННОЙ РАБОТЫ

Во Введении обосновывается актуальность темы, определяется состояние разработанности темы диссертации, формулируется цель и основные задачи исследования, дается описание его методологической основы, сформулированы основные научные положения, выносимые на защиту, представлены новизна и практическая значимость результатов исследования.

Глава I. "Терроризм как преступление и преступное деяние"состоит из трех параграфов.

В первом параграфе "Международный терроризм —угроза глобальной и региональной безопасности: особенности проявления и пути противодействия" выявляются основные тенденции современного терроризма. Одной из таких тенденций, характерной для многих государств мира, является неуклонный рост его общественной опасности как для международных отношений, международной безопасности, так и для конституционного строя государств и прав их граждан. При этом приводятся факты, указывающие на то, что терроризм в мире в последние годы

действительно приобрел угрожающие размеры. В этой связи автор задается вопросом - почему, несмотря на активную антитеррористическую деятельность, развиваемую государствами на национальном, региональном и международном уровнях, терроризм не только сходит с политической арены, но и перерождается в новые, более жестокие организованные системы? Приводятся несколько объяснений данному феномену, среди которых, наиболее существенными являются: а) появление различных организаций иррационального толка, открыто проповедующие насилие; б) изменение среды деятельности террористов, что делает современное общество все более уязвимым; в) комбинирование терроризма с технически хорошо оснащенным сектором преступности; г) выдвижение различными этническими и религиозными группами и движениями требований "самоопределения"; д) недостаточная эффективность международно-правовых средств борьбы с терроризмом и противоречивые подходы к развитию международного права в этой сфере со стороны государств.

В этом же параграфе выявлены и другие, не менее значимые тенденции терроризма: приобретение им значения долговременного фактора и устойчивого явления в современной жизни мирового сообщества; повышение уровня организации сил и средств терроризма.

На основе анализа перечисленных основных тенденций терроризма автор приходит к выводу о трех основных направлениях борьбы с терроризмом: а) борьба против собственно терроризма; б) преодоление порождающих терроризм причин; в) расширение международного сотрудничества с целью минимизации предпосылок терроризма и предотвращения его наиболее крайних и разрушительных проявлений.

Второй параграф "Понятие терроризма в международном праве посвящен разработке определения понятий "терроризм" и "международный терроризм", единообразное применение которого необходимо для повышения эффективности борьбы с терроризмом. Несмотря на достаточно солидное количество российской и зарубежной литературы по проблемам терроризма, до сих пор не выработано точных и общепринятых определений соответствующих понятий. Не решают этой проблемы и действующие универсальные и

региональные международные договоры по проблематике борьбы с терроризмом.

Без четкого определения этого вида международного преступления, без устранения разногласий между государствами в этой области трудно и даже невозможно окончательно выработать и принять Всеобъемлющую конвенцию по борьбе с международным терроризмом, работы над которой идет с 1998 г. Вместе с тем необходимость скорейшего завершения работы над проектом Всеобъемлющей конвенции по борьбе с терроризмом очевидна в связи со все возрастающей общественной опасностью как внутреннего, так и международного терроризма.

Кроме того, отсутствие общепризнанного определения международного терроризма не позволило государствам-учредителям Международного уголовного суда включить преступление международного терроризма в компетенцию этого международного судебного органа.

Указанные обстоятельства обусловили углубленное исследование причин, затрудняющих согласование общепризнанного определения понятия "международный терроризм" на универсальном уровне. К основным из этих причин автор относит: многогранность проявлений терроризма; несовершенство или недостаточная совместимость национальных правовых систем, сопровождающиеся расхождениями политического религиозного и иного свойства; нежелание некоторых государств связывать себя твердой формулой, способной создать препятствия для скрытой от мира связи с террористической деятельностью.

При рассмотрении подходов к выработке общего понятия терроризма автор подверг критике отдельные попытки сформировать определение терроризма посредством простого сложения (перечисления) отдельных проявлений терроризма. Более плодотворным, по мнению автора, является построение общего определения терроризма на основе сущностного подхода, отражения в определении главных свойств данного явления. Исходя из этого в общем определении терроризма должны быть представлены такие признаки, как использование насилия или угрозы его применения в отношении непосредственных объектов террористического воздействия, его общеопасный, нелигитимный характер, осуществление устрашения и принуждения в отношении населения,

его отдельных групп, государственных органов, международных и общественных организаций с целью оказать на них управляющее влияние (на их позицию, поведение, принятие решений) в интересах террористов.

С учетом проанализированных в этом параграфе международно-правовых актов, законодательной практики и доктрины отдельных государств, а также принимая во внимание указанный подход, автор предлагает следующее определение понятия "терроризм". Терроризм - это социально и политически мотивированное, систематически используемое нелигитимное насилие или угроза его применения в отношении физических лиц и материальных объектов с целью устрашения и понуждения населения, отдельных организаций к совершению определенных действий или воздержанию от них в интересах субъектов терроризма.

В третьем параграфе "Квалификация и виды терроризма в современном международном праве" подвергается анализу состав преступления терроризма, состоящий из объекта, субъекта, субъективной стороны и объективной стороны терроризма.

При рассмотрении проблемы субъекта терроризма автор касается таких вопросов, как вопрос совместимости международной правосубъектности индивидов и их уголовной ответственности за совершение международных противоправных деяний. Исследуя этот вопрос, автор приходит к выводу о том, что правовую формулу субъекта международного правонарушения, основанную на принципе соучастия физических лиц невозможно применить однозначно к терроризму. Эта формула может быть применена лишь к отдельным формам терроризма (например, государственного терроризма), поскольку для современного терроризма характерна дистанцированность от государства. Подавляющее большинство террористических групп и движений не представляют официальные структуры или органы государства. В то же время эскалация терроризма все чаще обнаруживает присутствие интересов государств и спонсирование ими тех или иных террористических группировок. С другой стороны, именно государство, его политический режим, территориально-административное устройство, этнонациональная политика является объектом основной массы террористических устремлений. В этой связи автор приходит к выводу о том, что терроризм своим глобальным размахом в

значительной степени обязан обострению противоречий между государствами, группами государств. Поэтому в рамках международно-правовой характеристики состава терроризма государство как субъект преступления занимает важное место, несмотря на отсутствие его юридической связи с индивидами-исполнителями террористических акций. Однако это не означает, что международная ответственность индивидов за терроризм невозможна вне их связи (прямой или косвенной) с государством.

Рассматривая объективную сторону терроризма, автор выделяет такой признак состава объективной стороны терроризма, как действия государства или государств, в результате которых возникли причины и условия для совершения террористических актов (принятие заведомо неправомерных политических решений, заключение договоров, противоречащих международному праву, издание преступных приказов, санкционирование незаконных экономических и политических санкций, действия, влекущие экономическое и культурное закабаление и др.).

Такое включение в состав объективной стороны терроризма действий государств, непосредственно не имеющих прямого отношения к совершению актов терроризма, открывает широкие возможности регулирующего воздействия на терроризм международного уголовного права посредством более эффективного использования института ответственности государства и представляющих его физических лиц.

Глава II. "Международно-правовые основы

противодействия международному терроризму" состоит из трех параграфов.

В первом параграфе "Основные этапы сотрудничества государств в борьбе с международным терроризмом" автор анализирует деятельность Организации Объединенных Наций и ее предшественницы - Лиги Наций по выработке международно-правовых механизмов противодействия международному терроризму.

Первый международно-правовой акт по борьбе с терроризмом - Конвенция о предупреждении терроризма и наказании за него была открыта для подписания 16 ноября 1937 г. Эта Конвенция определяла акты терроризма как действия, направленные против какого-либо государства, цель и характер

которых состоит в том, чтобы сеять страх среди отдельных лиц, групп лиц или населения.

Автор, рассматривая вклад этой Конвенции в развитие и кодификацию международного права в сфере борьбы с терроризмом, отмечает ряд прогрессивных положений, содержащихся в ней. В частности, в Конвенции определен характер террористического акта как международного в силу объекта нападения; подчеркнута функциональная основа для предоставления соответствующим лицам защиты от преступлений терроризма; обеспечен принцип неотвратимости наказания; указано на необходимость сотрудничества между государствами в связи с применением Конвенции; предусмотрена гарантия выполнения ее положений путем принятия соответствующих законодательных актов. Однако, Конвенция, несмотря на содержащиеся в ней указанных прогрессивных положений, не смогла стать универсальной в связи с наличием права на "колониальную оговорку".

Следующим заметным этапом в борьбе с международным терроризмом, рассмотренным в диссертации, является заключение в 60-70-х годах XX столетия ряда конвенций, направленных против противоправного вмешательства в деятельность гражданской авиации и обеспечения ее безопасности.

Анализируя положения Конвенции по борьбе с противоправным вмешательством в деятельность гражданской авиации, Конвенции о преступлениях и некоторых других актах, совершаемых на борту воздушного судна 1963 г., Конвенции о борьбе с незаконными актами, направленными против безопасности гражданской авиации 1971 г., автор приходит к выводу о том, что акты противоправного вмешательства в деятельность гражданской авиации, незаконные акты, направленные против ее безопасности следует рассматривать как международный терроризм.

Исследуя особенности Конвенции о предотвращении преступлений и наказании за преступления против дипломатических агентов и других лиц, пользующихся международной защитой, разработанной Комиссией международного права и принято 14 декабря 1973 г., автор отмечает важность примененного в проекте принципа "выдай или суди", который предусматривает обязательство государства в случае, если оно не выдает преступника без каких-либо исключений и необоснованной задержки передать дело своим

компетентным органам, что обеспечивает неотвратимость наказания за попытку совершить преступления, включая террористические акты против дипломатических агентов и лиц, пользующихся международной защитой. Этот принцип впоследствии был предусмотрен и в других международных конвенциях, регулирующих вопросы борьбы с международной преступностью.

Особая активность ООН в создании механизма международно-правового регулирования борьбы с терроризмом была проявлена после терактов 11 сентября 2001 г. в США. Совет Безопасности в единодушно принятой им резолюции 1368 (2001) безоговорочно осудил ужасные террористические нападения и заявил об особой угрозе актов терроризма для международного мира и безопасности.

Важнейшим событием в этой связи, по мнению автора, явилось возобновление деятельности Специального комитета, учрежденного в соответствии с резолюцией ГА ООН 51/210 от 17 декабря 1996 г. с целью выработки Всеобъемлющей конвенции по международному терроризму. Несмотря на несколько прошедших заседаний рабочей группы этого комитета, из-за разногласий государств по вопросу определения понятия "международный терроризм" и некоторым другим аспектам Специальному комитету не удалось завершить работу над несколькими пока еще не согласованными статьями, которые затрагивают политически чувствительные вопросы.

Во втором параграфе "Система коллективной безопасности как важнейший институт международного права по борьбе с международным терроризмом" автор рассматривает понятие "коллективной безопасности", предусмотренное в Уставе ООН, анализирует возможности системы коллективной безопасности в борьбе с международным терроризмом и другими новыми угрозами для мира и международной безопасности.

При рассмотрении принципов, на основе которых строится организация коллективной безопасности, обоснованных, в частности, в Декларации о принципах международного права, касающихся дружественных отношений и сотрудничества между государствами 1970 г., наиболее подробно автор остановился на рассмотрении важнейших принципов обеспечения международной безопасности -

принципе неприменения силы, который по мнению автора, в последнее время подвергаются испытанию.

Обосновывая запрет на применение силы в международных отношениях, носящий характер императивной нормы международного права, автор рассматривает два исключения из этой нормы, предусмотренные в Уставе ООН. Первое из них касается полномочий Совета Безопасности ООН по определению факта существования любой угрозы миру (ст. 39) и права Совета Безопасности прибегнуть к военной силе для урегулирования этой ситуации методом так называемых "принудительных действий" (ст. 42).

Второе исключение оговаривается в ст. 51 Устава ООН, которая предусматривает неотъемлемое право на индивидуальную и коллективную самооборону в случае вооруженного нападения на члена ООН.

В связи с рассмотрением права государств на самооборону автор приходит к выводу о том, что борьба с международным терроризмом вызвала новое понимание права на самооборону. Если раньше считалось, что применение силы в порядке самообороны возможно лишь при вооруженном нападении другого государства, то события 11 сентября 2001 г. и другие примеры нападения террористических групп из-за рубежа на государства позволили сделать автору вывод о том, что право государств на самооборону может быть осуществлено также в ответ на нападение каких-либо негосударственных организаций или образований.

В связи с рассмотрением принципа о неприменении силы автор останавливается на вопросе правомерности "гуманитарной интервенции" и приходит к выводу о том, что применение силы вне рамок Устава ООН под предлогом права на гуманитарное вмешательство не может быть признано в качестве исключения, допускающего нарушение запрета на применение силы. Вместе с тем, автор обращает внимание на то, что несмотря на зафиксированный в Уставе ООН запрет на применение силы, носящий всеобъемлющий характер, в последнее время растет поддержка (или, по крайней мере, ослабевает критика) силовых контртеррористических операций с применением вооруженных сил, которая обосновывается правом на самооборону, а не

необходимостью сделать исключение из общего запрета на применение силы.

В третьем параграфе "Вопросы правового обеспечения ответственности за терроризм в международном праве" на основе анализа действующих международных конвенций в области борьбы с терроризмом делается вывод об их неэффективности в силу следующих причин: отсутствие среди конвенционных мер ответственности государств-участников этих конвенций за несоблюдение принятых на себя обязательств; вопросы ответственности отдельных лиц за акты терроризма отнесены на усмотрение внутригосударственного права; отсутствие в международно-правовых актах конкретных указаний на то, при каких обстоятельствах ответственность ложится на государство как субъект международного права, и при каких - на лиц, являющихся непосредственными исполнителями терактов; отсутствие в конвенциях положений об обязательности введения на национальном уровне унифицированного антитеррористического уголовного и уголовно-процессуального законодательства.

В диссертации обоснована тенденция в системе международного права к признанию международной уголовной ответственности физических лиц, совершающих преступления международного характера в своем личном качестве, не действуя от имени какого-либо государства. В этой связи в диссертации рассмотрена деятельность Международных трибуналов за нарушения международного гуманитарного права, совершенные на территории бывшей Югославии и Руанды, а также Международного уголовного суда, основанного в 1998 г.

Отмечая, что в будущем часть преступлений международного характера, включая терроризм, может оказаться под международной уголовной юрисдикцией, автор полагает целесообразным присоединиться к Статуту Международного уголовного суда Российской Федерации и другим государствам Содружества Независимых Государств.

Автор рассматривает вопрос об ответственности государства, которое своими действиями способствует созданию причин и условий для совершения террористических актов. Отдавая должное принципу персонификации ответственности за терроризм в международном праве, для создания эффективной борьбы с этим

международным преступлением, в работе указывается на необходимость вовлечения в механизм ответственности государства.

В этой связи автор считает, что возложение ответственности за терроризм лишь на физических лиц, причастных к проведению террористических актов, в значительной степени снижает эффективность института ответственности.

Государство, в системе которого вызревает соответствующая идеология терроризма, зарождается система материального (финансового) обеспечения террористической деятельности, как правило, остается вне сферы активного воздействия института ответственности. В этой связи, как подчеркивается в диссертации, возрастает роль международного уголовного права, одной из задач которого должно быть более полное вовлечение государства в правоотношения ответственности.

Глава III. "Правовые вопросы сотрудничества государств-участников СНГ в борьбе с международным терроризмом" состоит из трех параграфов.

Первый параграф "Состояние и тенденции международного терроризма на территории государств-участников СНГ" посвящен рассмотрению состояния и тенденций международного терроризма на пространствах СНГ, реально угрожающему конституционному строю, суверенитету, территориальной целостности и безопасности государств Содружества. Обстановка в области борьбы с терроризмом в этих государствах характеризуется развитием ряда опасных тенденций, порожденных как внешними факторами связанными с международным терроризмом, так и присущим государствам-участникам СНГ внутренним причинам.

Исследуя особенности борьбы с международным терроризмом, автор отмечает, что государства-участники СНГ в силу их географического положения оказались на переднем крае борьбы с этими международными преступлениями, имеющими вполне конкретные цели радикального изменения политической карты целых регионов, в частности, района Центральной Азии. Целью экстремистов из радикальных мусульманских организаций ("Братья-Мусульмане", "Общество социальных реформ", "Комитет исламского призыва", "Аль-Игаса", "Хамаз" и др.), как отмечается в

диссертации, является постановка под контроль новых государств в регионах Кавказа и Центральной Азии.

Распространение терроризма в государствах-участниках СНГ имеет свои особенности и специфические причины, к которым, по мнению автора, относятся, в частности:

1. Безработица, низкий уровень жизни широких слоев
населения, их маргинализация в отдельных государств Содружества
(Молдова, Таджикистан и др.), что создает почву для возникновения
и распространения радикальных и агрессивных идей и форм их
реализации.

2. Духовный и идеологический кризис, приводящий к
появлению вакуума, который может быть заполнен идеями
экстремистского характера.

3. Этнические конфликты, имеющие в своей основе сложное
переплетение в своей основе сложное переплетение причин и
предпосылок исторического, политического, религиозного и
экономического характера, находящихся в сложном взаимодействии
друг с другом.

4. Расположение центрально-азиатских государств
Содружества вблизи от нестабильных районов (Афганистан,
Синьцзян-Уйгурский автономный округ, Тибет и др.), откуда может
исходить опасность распространения терроризма.

5. Межгосударственные противоречия, влияющие на рост
политического экстремизма и государственного терроризма.

6. Активизация радикальных международных
террористических организаций, пытающихся укрепить свои позиции
в регионах компактного проживания мусульман на территории
бывшего СССР.

7. Нелегальная миграция, используемая террористическими
организациями для переброски исполнителей в места проведения или
запланированных акций идр.

В работе детально рассматриваются отдельные наиболее характерные предпосылки и факторы распространения международного терроризма на территории государств-участников СНГ, в частности, этнические конфликты на постсоветском пространстве, нелегальная миграция и расположение центрально-азиатских государств Содружества вблизи от нестабильных районов.

Во втором параграфе "Международно-правовые основы противодействия международному терроризму в рамках СНГ" анализируется Договор о коллективной безопасности (ДКБ), подписанный 15 мая 1992 г. Арменией, Белоруссией, Казахстаном, Кыргызстаном, Российской Федерацией, Таджикистаном и Узбекистаном и вступивший в силу 20 апреля 1994 г. Рассматриваются этапы формирования система коллективной безопасности государств-участников СНГ, в частности, формирование, оснащение и укрепление в организационном и военном отношениях национальных вооруженных сил, создание нормативной базы сотрудничества государств в военно-политической и военно-технической сфере, совершенствование взаимодействия на трех основных направлениях: всестороннее развитие военного сотрудничества; всемерное развитие политической составляющей Договора в виде активизации, повышения уровня и усиления деятельности консультативных органов Договора.

В работе выявлены наиболее приоритетные темы сотрудничества государств в рамках Организации Договора о коллективной безопасности (ОДКБ) на антитеррористическом направлении. К ним, в частности, относятся: налаживание более тесного сотрудничества ОДКБ с ООН, ЕС, ОБСЕ, ШОС и другими международными организациями в интересах координации усилий в сфере противодействия незаконному обороту наркотиков, как одного из источников финансирования международного терроризма и религиозного экстремизма; во взаимодействии с национальными ведомствами и структурами СНГ (в частности, с Антитеррористическим центром) определение мероприятий по перекрытию каналов незаконной миграции и торговли людьми на территории государств-членов ОДКБ.

На основе анализа деятельности Организации ДКБ в сфере борьбы с терроризмом, автор в целях повышения эффективности сотрудничества государств в этой сфере предлагает провести в рамках ОДКБ мероприятия правового и организационного порядка, в частности, ввести: единый ордер на арест, который действует в Европейском Союзе с 2004 г.; единые требования к паспортной системе; единые подходы к миграционной и пограничной политике; единое визовое пространство; унифицированный подход государств

к спискам террористических организаций, которые объявляются вне закона; единые правила экстрадиции подозреваемых в терроризме лиц.

Во втором подразделе второго параграфа "Шанхайская организация сотрудничества" (ШОС) анализируется деятельность этой организации в сфере борьбы с международным терроризмом, рассматриваются уставные и другие документы, принятые в рамках этой организации. Показана особая роль Шанхайской Конвенции по борьбе с терроризмом, сепаратизмом и экстремизмом 2001 г., в которой даны довольно развернутые определения терроризма и экстремизма и отмечается, что терроризм, сепаратизм и экстремизм "не могут быть оправданы ни при каких обстоятельствах, а лица, виновные в совершении таких деяний должны быть привлечены к ответственности в соответствии с законом" (Преамбула).

Совместная работа государств-участников ШОС по антитеррористическому направлению, незаконному обороту наркотиков и оружия, нелегальной миграции и другим формам трансграничной преступности координируется "Бишкекской группой руководителей правоохранительных органов и спецслужб. Эта группа разработала, в частности, межгосударственную программу совместных мер борьбы с терроризмом, сепаратизмом, экстремизмом и иными опасными видами преступлений на период до 2005 г.

Исследование вопросов, связанных с сотрудничеством государств-участников ШОС на антитеррористическом направлении, анализ подписанных в рамках ШОС документов приводит автора к выводу о том, что, несмотря на заявления о готовности к борьбе с терроризмом, предназначение организации сводится скорее к превентивной дипломатии, чем к активным действиям по устранению общих для всех угроз военного характера. Кроме того, слабым местом ШОС, по мнению автора, является то, что сфера ее деятельности ограничивается территорией государств СНГ и Китая и не охватывает всех "горячих точек" региона, в частности, расположенных на стыках границ между СНГ и Афганистаном, Индией и Пакистаном. В этой связи важное значение придается проявленному интересу к деятельности к Шанхайской организации сотрудничества со стороны Индии, Ирана, Пакистана, Шри-Ланка, Монголии, Японии, стран АСЕАН.

В работе анализируется вопрос применения военных средств в борьбе с международным терроризмом. Автор в этой связи критически относится к позиции некоторых специалистов, которые оставляют военным средствам в борьбе с терроризмом лишь вспомогательную роль. Геополитическое положение государств Содружества и масштабы террористических угроз сегодня таковы, что противодействие им перестало быть монополией спецслужб и правоохранительных органов, требуется в случае необходимости привлечение всех ресурсов государств-участников СНГ.

В третьем подразделе второго параграфа

"Антитеррористический центр государств-участников СНГ важнейший механизм в борьбе с международным терроризмом" рассматриваются организационно-правовые вопросы деятельности Антитеррористического центра, его задачи и функции, а также анализируется Положение о порядке организации и проведения совместных антитеррористических мероприятий на территориях государств-участников СНГ, являющегося правовой основой для реального сотрудничества компетентных органов Содружества в сфере борьбы с международным терроризмом.

В третьем параграфе "Правовые и организационные пути повышения эффективности сотрудничества государств-участников СНГ в борьбе с международным терроризмом осуществляется систематизация правовых и организационных средств, необходимых для повышения эффективности сотрудничества государств Содружества в борьбе с международным терроризмом.

В диссертации делается вывод о том, что эффективность такого сотрудничества зависит прежде всего от наличия совершенной международно-правовой основы сотрудничества, от того, насколько эта основа отвечает требованиям сегодняшнего дня в вопросах борьбы с международным терроризмом. Вопросы совершенствования правовой основы сотрудничества государств-участников СНГ нельзя рассматривать отдельно от совершенствования прежде всего международного права, регулирующего вопросы борьбы с международным терроризмом. Эффективность борьбы с международным терроризмом в общемировом плане в свою очередь в значительной степени зависит

от эффективности этой борьбы на национальном и региональном уровнях.

При этом отмечается, что все предложения автора, касающиеся совершенствования международно-правовых основ борьбы с международным терроризмом в полной мере относятся и к Содружеству Независимых Государств.

Важным направлением совершенствования этих основ борьбы с международным терроризмом является унификация уголовного национального законодательства в отношении терроризма. Несмотря на усилия международного сообщества ощутимых результатов в этом отношении не достигнуто. В диссертации выявлено, что до сих пор в уголовных кодексах различных государств по-разному определяется само понятие "терроризм", методы его предупреждения и борьбы с ним. Не стал эталоном для всех государств-участников СНГ модельный уголовный кодекс, разработанный в России.

В этой связи автор предлагает создать под эгидой ООН международную комиссию по унификации национальных законов в области борьбы с терроризмом, мандат которой состоял бы: а) в выработке универсального и взаимоприемлемого определения терроризма; б) в унификации, по возможности, меры наказания за это международное преступление; в) в создании единых процессуальных норм в части, касающейся выдачи (передачи) международных террористов и привлечения их к судебной ответственности. Кроме того, автором обосновывается необходимость разработки и принятия Международного уголовного кодекса.

Проведенный анализ эффективности международно-правовых актов в сфере борьбы с терроризмом, в частности, "предметных" конвенций в этой сфере, приводит автора к выводу о том, что, несмотря на их позитивное значение, они не могут быть признаны совершенными. Даже в совокупности они не представляют собой упорядоченной и скоординированной системой мер по борьбе с терроризмом. Отмечается также, что по мере развития науки и техники постоянно будут возникать новые виды и формы терроризма, которые на каком-то этапе выпадут из поля действия указанных "предметных" конвенций. В этой связи указывается на актуальность борьбы с биотерроризмом, кибертерроризмом и

другими новыми видами терроризма и на выработку соответствующих международно-правовых актов.

Особому анализу подвергается проект Всеобъемлющей конвенции по международному терроризму, представленного в ООН 28 августа 2000 г. Наряду с хорошо и детально разработанными положениями конвенции (выдача преступников, оказание взаимной помощи), эта конвенция не содержит положений об ответственности за терроризм, о порядке трансформации норм конвенции в национально законодательстве, о правилах проведения антитеррористических операций с применением вооруженной силы и т.д.

На основе исследования действующих международно-правовых норм в области борьбы с международным терроризмом автор предлагает выдвинуть со стороны СНГ ряд политических и практических инициатив по линии ООН, по иным направлениям многостороннего и двустороннего сотрудничества, по линии проведения международных конференций.

В диссертации разработаны также конкретные меры, в
правовой и организационной сферах, направленные на повышение
эффективности сотрудничества государств-участников СНГ в борьбе
с международным терроризмом. В частности, всем государствам
Содружества предлагается присоединиться к Международной
Конвенции о борьбе с финансированием терроризма 1999 г.,
ратифицировать международные договоры и выполнить другие
внутригосударственные процедуры, необходимые для вступления в
силу документов, принятых Советом глав государств и Советом глав
правительств государств-участников Содружества, в

рассматриваемой области государств-участников СНГ в борьбе с терроризмом от 4 июня 1999 г. и Конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам от 7 октября 2002 г.

В организационном плане в диссертации предлагаются мероприятия, направленные в основном на предупреждение террористических актов, ядром которого является оперативно-розыскная профилактика, повышение эффективности деятельности Антитеррористического центра СНГ.

Заключение содержит основные выводы, подводящие итог проведенному исследованию.

Основные положения диссертации опубликованы в следующих

работах:

1. Всеобщая система коллективной безопасности//Юридический
вестник. Изд. юрид. факультета СОГУ. - Владикавказ, 2002. — С.
24-28. (0,3 п.л.)

2. Некоторые актуальные проблемы международной
безопасности//Право: Теория и практика. - М., 2003. - № 3. (0,4
п.л.)

3. Правовые аспекты борьбы с терроризмом в Центрально-
Азиатском регионе. ИНИОН РАН - № 58754. М., 2004. (0,7 п.л.)

4.             Институциональные основы борьбы с терроризмом в рамках
Содружества   независимых   государств.//Юрист-международник.
- М.,   2004.   - № 3.   (0,8 п.л.)   (В соавторстве с д.ю.н., проф.
А.А. Ковалевым).

5.             Правовые вопросы борьбы с терроризмом в рамках Содружества
Независимых Государств     и    Евразийского    экономического
сообщества      //Международное           сотрудничество              и
совершенствование        правовой        системы        Евразийского
экономического        сотрудничества.        Материалы        научно-
практической конференции 26 февраля 2004г. Сб. статей-СПб:
Береста,2004.-308 с. - С.С.224-237 (0,8 п.л.). (В соавторстве с
д.ю.н., проф. А.А. Ковалевым).

6.             Борьба    с    терроризмом    и   международное    право.//Человек,
государство,    общество:    традиционные    проблемы   и   новые
аспекты.        Материалы       ежегодной       научно-практической
конференции    27-28    апреля    2004    г.     Владикавкавказского
Института Управления. Сб. статей - Вл-з: Изд-во ВИУ, 2004г.-
146с. - С.С.107-115 ( 0,4 п.л.)

7. Содружество Независимых Государств и борьба с терроризмом.
Международно-правовые аспекты, (монография) / Под ред. канд.
юрид. наук, доц. П. А. Магометова; Сев.-Осет. гос. ун-т.
Владикавказ: Изд-во СОГУ, 2004. 165с. ( 9,52 п.л.)

Общий объем публикаций составляет 12,9 п.л.

Подписано в печать 3.11.2004г.

Объем 1,8 усл. печ. л. Тираж 100 экз.

Отпечатано в Дипломатической академии МИД России

Р22536

ИЗ ФОНДОВ РБД

Тонких Андрей Викторович

Общее ограничение ответственности по морским

требованиям автореф. дис. на соиск. учен. степ.

канд. юрид. наук

Автореферат диссертации на соискание ученой степени канд.

юрид. наук

Специальность 12.00.03

Москва

РБД

2006

Тонких, Андрей Викторович

Общее ограничение ответственности по морским требованиям [Электронный ресурс]: автореф. дис. на соиск. учен. степ. канд. юрид. наук: спец. 12.00.03 <Гражд. право; предпринимат. право; семейн. право; междунар. част. право> / Тонких Андрей Викторович; [Моск. акад. экономики и права]. - М.: РГБ, 2005. - Из фондов РБД.

Текст воспроизводится по экземпляру, находящемуся в

фонде РГБ:

Тонких Андрей Викторович

Общее ограничение ответственности по

морским требованиям автореф. дис. на соиск.

учен. степ. канд. юрид. наук

Автореферат диссертации на соискание ученой степени канд. юрид. наук

Специальность 12.00.03

Москва - 2004

РБД, 2006 (электронный текст)

На правах рукописи

ТОНКИХАндрей Викторович

ОБЩЕЕ ОГРАНИЧЕНИЕ ОТВЕТСТВЕННОСТИ ПО МОРСКИМ ТРЕБОВАНИЯМ

Специальность 12.00.03 — Гражданское право;

предпринимательское право; семейное право;

международное частное право

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени кандидата юридических наук

Москва-2004

Диссертация выполнена в Федеральном государственном унитарном предприятии «Государственный проектно-изыскательский и научно-исследовательский институт морского транспорта «Союзморниипроект» Министерства транспорта Российской Федерации

Научный руководитель - доктор юридических наук, профессор

Дмитриева Галина Кирилловна

Официальные оппоненты: - доктор юридических наук, профессор

Гуцуляк Василий Николаевич

- кандидат юридических наук, профессор Филимонова Марина Викторовна

Ведущая организация: - Санкт-Петербургский университет

МВД России

Защита диссертации состоится «24» декабря 2004 г. в 14 часов на заседании диссертационного совета К 521.023.01 при Московской академии экономики и права по адресу: 117105, Москва, Варшавское ш., 23

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке Московской академии экономики и права.

Автореферат разослан «_ » ноября 2004 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета,

кандидат юридических наук Ю.С. Харитонова

3 ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования. Использование транспортных

средств в различных сферах деятельности человека, например, для осуществления перевозок, всегда было связано с некоторыми рисками: повреждения, уничтожения, утраты перевозимого имущества, причинения вреда жизни и здоровью людей. Причем для лиц, непосредственно осуществляющих эксплуатацию транспортной техники, существует дополнительный риск повреждения или гибели самого транспортного средства.

Одной из древнейших областей применения транспортных средств является торговое мореплавание, которое на всем протяжении истории играло важную роль в установлении и развитии межгосударственных политических и экономических связей, а также развитии экономики различных государств. В настоящее время, в целом, доля морского транспорта в обеспечении международных экономических связей составляет около 80%, а в суммарном мировом грузообороте - 62%. Доля участия морского транспорта во внешнеторговых перевозках в Великобритании и Японии составляет 90%, в США - 98%. Морским транспортом в международном сообщении ежегодно перевозятся товары стоимостью 1, 5 млрд долларов США. За последние пятьдесят лет XX в. объем перевозок

тэ

морским транспортом вырос с 550 млн тонн до 5 100 млн тонн^1. Российской Федерации в 2003 г. с помощью морского транспорта перевезено 23,3 млн тонн грузов, из них в международном сообщении -17,6 млн тонн^2. Исключительная роль морского транспорта в развитии внешнеэкономических связей Российской Федерации характеризуется в том

1 См. Максаковский В.П Мировое морское судоходетво//официальный сайт журнала «Geo».

2 См. Морской транспорт в 2003 году и основные задачи на 2004 год//официальный сайт Федерального
агентства морского транспорта wwwmorflotru pQ

SWMMOTEKA

числе тем, что около 62% национального внешнеторгового грузооборота осуществляется с его участием^3.

Однако наличие указанных выше рисков делало осуществление торгового мореплавания опасным промыслом. Даже усовершенствование морской транспортной техники не уменьшает подобные риски^4. В р ответственность морского перевозчика возрастает. Более того, лицо, эксплуатирующее морское судно, может одновременно нести ответственность по нескольким разнородным требованиям, вытекающим из какого-либо одного происшествия, что могло бы сделать торговое мореплавание нерентабельным.

Предотвращению такой ситуации способствует институт общего ограничения ответственности по морским требованиям. Изначально он возник и стал широко применяться именно на морском транспорте, а в последствии стал применяться и на других видах транспорта. Суть его заключается в том, что в отношении ряда морских требований, вытекающих из одного происшествия, ответственность лица ограничивается определенной суммой независимо от фактического размера причиненного ущерба^5. ^Э свою очередь, дает более широкие возможности лицу, осуществляющему торговое мореплавание, принимать меры по снижению негативных последствий при наступлении ответственности. Ведь наличие данных о максимальном размере ответственности значительно облегчает ее страхование и, соответственно, дает дополнительную мотивацию для привлечения к участию в морском предприятии страховых организаций.

3 См.: Об итогах работы транспортного комплекса за 2002 год и задачи на 2003 год. Информапионно-

аналитические материалы к коллегии Министерства транспорта Российской Федерации. М., 2003. С.2. Представляется необходимым отметить, что одним из главных направлений национальной морской политики определенным Морской доктриной Российской Федерации на период до 2020 года, утвержденной Президентом Российской Федерации 27 июля 2001 г., является деятельность государства и общества в

области морских перевозок.

4 Так, несмотря на тенденцию к снижению аварийности в сфере мореплавания, в 2003 г. в Российской

Федерации зарегистрировано 35 происшествий, из которых 8 - кораблекрушения. См.: Морской транспорт в 2003 году и основные задачи на 2004 год//офидиалъный сайт Федерального агентства морского транспорта.

s См.: Бойцов Ф.С., Иванов Г.П, .Маковский АЛ. Морское право: Учебник для мореходных училищ. М.,1984, С.225;Гуцуляк В.Н. Морское право. М., 2000. С.307.

Социальная и экономическая значимость института ограничения ответственности по обязательствам, вытекающим из торгового мореплавания, способствовала закреплению его на международном уровне. В рамках процесса международной унификации правовых норм, регулирующих отношения в сфере торгового мореплавания, на протяжении всего XX в., наряду с правилами об ограничении ответственности по отдельным видам требований, вытекающим из морской перевозки грузов, из морской перевозки пассажиров и багажа, из загрязнения моря нефтью, проводилась унификация и правил об общем ограничении ответственности по морским требованиям.

Из существующих ныне международных соглашений, унифицирующих правила об общем ограничении ответственности по морским требованиям (Международная конвенция об унификации некоторых правил об ограничении ответственности собственников морских судов 1924 г.^6, Международная конвенция относительно ограничения ответственности владельцев морских судов 1957 г.^7, ^KoHBe™ ^об ограничении ответственности по морским требованиям 1976 г.⁸)^, ^два ⁿ«™HX получили признание большинства стран, которые, присоединившись к ним, сделали для себя обязательными содержащиеся в них нормы.

СССР;' а затем и Российская Федерация долгое время не являлись участниками ни одного из указанных выше международных соглашений, что объяснялось,'в частности, ориентацией данных соглашений на рыночную экономику со свойственными ей категориями, которые не имели широкого применения в советской экономике и, соответственно, не имели должного правового регулирования. Тем не менее, будучи морской державой, СССР не мог оставаться в стороне от существующего в мире международно-

6 См.: Регистр текстов международных конвенций и других документов, касающихся права

международной торговли. Т. II - Нью-Йорк: Организация Объединенных Наций, 1973 С. 175 -18 3 (далее

- Конвенция 1924 г ).

7 См: Регистр текстов международных конвенции и других документов, касающихся права

международной торговли Т. II- Нью-Йорк. Организация Объединенных Наций, 1973 С. 207 - 219 (далее

-Конвенция 1957 г)

8 См: Материалы по морскому праву и международному торговому мореплаванию Союзморниипроект. М,

1978, Вып. 16, С 79-91 (далее - Конвенция 1976 г)

правового регулирования торгового мореплавания, в частности, отношений, связанных с общим ограничением ответственности по морским требованиям. В связи с этим морское законодательство Союза ССР, насколько это было возможно, учитывало положения международных договоров в сфере общего ограничения ответственности по морским требованиям^9.В последствии, в 1999 г., Россия присоединилась к Протоколу 1996 года об изменении

Конвенции об ограничении ответственности по морским требованиям 1976 ю (далее - Протокол 1996 г.), что означало также присоединение к самой

Конвенции 1976 г.. На положениях Конвенции 1976 г. (в редакции Протокола 1996 г.) основаны правила об общем ограничении ответственности по морским требованиям в КТМ РФ, включенные в отдельную главу «Ограничение ответственности по морским требованиям» ' ^Д обстоятельство позволяет российским лицам, осуществляющим деятельность в сфере морского транспорта, снизить риски, присущие торговому мореплаванию, прогнозировать и страховать такие риски, что создает благоприятные условия для развития морского транспортного флота и способствует решению важнейших задач национальной морской политики, определенных Морской доктриной Российской Федерации на период до 2020 года и Федеральной целевой программой «Модернизация транспортной системы России (2002 - 2010 годы)», утвержденной постановлением Правительства Российской Федерации от 5 декабря 2001 г. №848^12.

Учитывая изложенное, принимая во внимание значимость общего ограничения ответственности по морским требованиям для торгового мореплавания, раскрытие его сущности, определение его позитивных и проблемных аспектов, установление некоторых особенностей его применения представляется весьма актуальным.

эСм., например, статьи 175-181 КТМ СССР 1929 //Собрание законов и распоряжений Рабоче -

Крестьянского Правительства СССР, 1929г.,№41,ст.366;статьи273-279КТМ СССР 1968//ВедомостиВС

СССР, 1968,№39, ст.351.

ю Федеральный з^кон «О присоединении Российской Федерации к Протоколу 1996 года об изменении

Конвенции об ограничении ответственности по морским требованиям 1976 года»//Собрание

законодательстваРоссий^скойФедерации1999,№2,ст.236. „ „ ,ппп ^_г ,_а ■>-„-

^СгатьиЗвТ- ЗббТШММу/Соорание законодательства российской Федерации, 1999, № 18, ст.2207.

11 Статьи354-366КТМРФ//Собрание законодательства российской Федерации, 199₉, №18, ст.2207.

Теоретические основы исследования. В процессе исследования были использованы теоретические подходы отечественных и зарубежных авторов по вопросам ограничения ответственности в международном частном морском праве, а также работы, посвященные вопросам, близким к исследуемой проблематике.

Исследование базируется на теоретических положениях, содержащихся в научных трудах как российских, так и зарубежных ученых, специализирующихся в области международного частного морского права: И.И. Бариновой, С. Берента, Д. Брайса, В.Н. Гаврилова, Н. Гаскелла, Р. Грайма, П. Григгса, В.Н. Гуцуляка, С.А. Гуреева, Ю.Х. Джавада, Д.Джексона, Ю.Б. Драгуновой, Л.М.Егорова, О.И. Ермаченковой, А.К. Жудро, А.С. Зорина, ,Э. Зельвига, Г.Г. Иванова, А.Г. Калпина, Е.И.Каминской, X. Качика, А.Д. Кейлина, Р. Купера, Я. Лопуски, X. Леви, Х.С. Лунда, М.Н. Львовой, А.Л. Маковского, А.А. Маковской, С. Матысика, Д.В. Мещерякова, Ж. Рогарта, Е.В.Рябовой, О.Н. Садикова, В.Ф. Сидорченко, А.Н. Силинга, П. Сотиропоулуса, Р.С. Сьюарда, В. Тетлея, Н. Тротца, С. Хаддон-Кейва, Б.С.Хейфеца, Р. Хербера, В. Шутенко.

Разработка темы исследования потребовала дополнительного использования научных трудов в области международного частного права, международного гражданского процессуального права, гражданского права Российской Федерации и других стран, философии права и других наук. В работе нашли отражение результаты исследований, проведенных А.В. Аверьяновым, Б.С. Антимоновым, Е.В. Бариновой, А.П. Беловым, A.M. Беляковой, М.И. Брагинским, С.Н. Братусем, В.Г. Варкалло, В.В. Витрянским, А.А. Воробьевым, А.Б. Воробьевым, М. Вольфом, Ю.С. Гамбаровым, В.П. Грибановым, Д.Д. Гриммом, Г.К. Дмитриевой, О.С.Иоффе, И.И. Лукашуком, Л.А. Лунцем, С.А. Муромцевым, Т.Н. Нешатаевой, А.А. Поповым, М. А Рожковой, К. П. Победоносцевым, В. И. Синайским, В.А. Тарховым, P.O. Халфиной, П.П. Цитовичем,X. Шаком, Г.Ф. Шершеневичем.

Эмпирическая база исследования. В работе автором

проанализированы международные договоры, законодательные и иные правовые акты Российской Федерации и ряда иностранных государств; материалы правоприменительной практики российских и иностранных судебных органов.

Степень разработанности темы. Роль института общего ограничения ответственности по морским требованиям в развитии торгового мореплавания обусловливает интерес к изучению этого правового института в науке международного частного морского права. Тем не менее, в отечественной правовой литературе XX в. исследования данной проблематики не носили комплексного характера и касались либо общей характеристики этого института в рамках исследования форм и способов ограничения ответственности судовладельцев вообще или иных вопросов морского права, либо отдельных его аспектов, как-то история формирования рассматриваемого института в праве, ограничение ответственности по отдельным морским требованиям, виды морских требований. К тому же значительная часть таких исследований проводилась в 70-80 гг. XX в., то

есть до принятия и вступления в силу Протокола 1996 г. (вступил в силу с 13 мая 2004 г "^ ^и КТМ РФ (действует с 1 мая 1999 г.), не учитывала

изменившуюся законодательную базу и складывающуюся судебную практику. В частности, в 1999 г. впервые за всю историю унификации правил об общем ограничении ответственности по морским требованиям Российская Федерация присоединилась к международному договору, регулирующему отношения в данной сфере. В связи с изложенным, настоящее исследование призвано восполнить существующие в отечественной литературе пробелы в изучении института общего ограничения ответственности по морским требованиям.

Принимая во внимание указанные обстоятельства, диссертация является по существу первым исследованием, полностью посвященным

u CMIYearbook2003. Vancouver/Documents forthe conference.P.672.

широкому комплексу вопросов, связанных с общим ограничением ответственности по морским требованиям, проведенным на основе изучения и анализа изменившегося современного правового регулирования отношений в этой области.

Цель исследования - на основе сравнительного анализа международно-правового и национально-правового регулирования, сложившейся судебной практики, принимая во внимание существующие по данному вопросу научные доктрины, раскрыть сущность института общего ограничения ответственности по морским требованиям, определить его позитивные и проблемные аспекты, показать некоторые особенности его применения.

В соответствии с целью определены и задачи диссертационного исследования:

1. Рассмотреть общие начала гражданско-правовой ответственности и
некоторые формы ее ограничения, а также взаимосвязь с общим
ограничением ответственности по морским требованиям;

2. Определить характерные особенности института общего
ограничения ответственности по морским требованиям, содержащиеся в
законодательстве России и других государств и в международных договорах;

3. Изучить историю формирования института общего ограничения
ответственности по морским требованиям в праве различных государств и
процесса его унификации на международном уровне;

4. Раскрыть на основе анализа положений международных договоров,
законодательства ряда государств, сложившейся судебной практики,
характерные черты правоотношений, связанных с общим ограничением
ответственности по морским требованиям;

5. Установить, исходя из общепринятых оснований возникновения
обязательств, объектный и субъектный состав института общего ограничения
ответственности по морским требованиям и содержание правовой природы
морских требований, по которым ограничивается ответственность;

6. Изучить механизм реализации права на общее ограничение ответственности по морским требованиям, в том числе - особенности создания и распределения ограничительного фонда.

Объектом диссертационного исследования является совокупность правоотношений, связанных с ограничением ответственности по обязательствам, возникающим в сфере торгового мореплавания.

Предметом диссертационного исследования является национально-правовые и международные унифицированные правовые нормы, регулирующие отношения в сфере общего ограничения ответственности по морским требованиям, а также их соотношение и взаимодействие.

Методологическая основа исследования. Для достижения сформулированной выше цели и решения поставленных задач автором были использованы общенаучный диалектический метод познания, а также следующие частно-научные методы: комплексный и системный анализ, правовое моделирование, сравнительно-правовое, нормативное, формальнологическое толкование норм права. Применение при проведении исследования юридико-исторического метода позволило наиболее полно изучить влияние институтов римского частного права на формирование основ современного института общего ограничения ответственности по морским требованиям.

Научная новизна исследования. В исследовании впервые в отечественной правовой литературе на основе изучения современного национально-правового и международно-правового регулирования отношений проведен комплексный анализ правоотношений, связанных с общим ограничением ответственности судовладельцев как участников морского предприятия. В работе дается авторская трактовка возникновения концепции общего ограничения ответственности, анализируется соотношение правил об общем ограничении ответственности по морским требованиям и ограничении ответственности по отдельным видам обязательств, вытекающих из торгового мореплавания, проводится

исследование зависимости материально-денежного выражения общих пределов ответственности от инфляционных процессов в мировой экономике, а также вопросов коллизионного регулирования отношений, связанных с общим ограничением ответственности по морским требованиям. Анализ судебной практики, международных договоров и национального законодательства, а также отечественной и зарубежной литературы позволил диссертанту сформулировать ряд выводов, главные из которых выносятся на защиту в качестве научных положений:

1. Взаимодействие   субъектов   ограниченной   гражданско-правовой
ответственности,     как    особого     обязательственного     правоотношения,
подчинено определенным условиям, одним из которых выступает условие о
предельном     объеме     имущественных    лишений           правонарушителя,
необходимых для компенсации нарушенных прав потерпевшего. Условие об
ограничении   гражданско-правовой   ответственности   имеет   обязательную
силу только для активного субъекта, тогда как для пассивного субъекта - это
право, реализуемое посредством его волеизъявления.

2. Исторически институт общего ограничения ответственности по
морским требованиям сложился под влиянием римского частного права, а
именно - института ограничения ответственности рабовладельца за действия
принадлежащего ему раба (noxae deditio). Ограничение ответственности

- хозяина раба выражалась в виде выдачи объекта (раба), которым причинен вред, потерпевшему. Ответственность судовладельца перед кредиторами ограничивается либо посредством выдачи им судна (система абандона), либо уплаты им суммы, составляющей стоимость судна и фрахта (экзекутивная система) или уплаты кредиторам суммы, составляющей произведение определенной денежной единицы на тоннаж судна (суммарная система). И в древнеримском noxae - deditio, и в современном институте общего ограничения ответственности по морским требованиям основным принципом является взаимосвязь между пределом ответственности и объектом, участвующим в обязательстве.

3.         Доминирующее положение в субъектном составе института общего
ограничения ответственности по морским требованиям, установленном в
соответствии с положениями Конвенции   1976 г. и Конвенции   1976 г.,
измененной Протоколом 1996 г., занимают лица, которые осуществляют
права владения в отношении морских судов. Владельцами морских судов
могут выступать как их собственники, так и    другие лица, обладающие
судном    на    ином    законном     праве     (фрахтователи,     доверительные
управляющие,   менеджеры,   операторы).   Учитывая,   что   факт   владения
морским судном, как источником повышенной опасности, является одним из
формальных условий для наступления гражданско-правовой ответственности
за причинение вреда, основной составляющей института общего ограничения
ответственности    по    морским    требованиям   является    ответственность
судовладельца, выступающего в роли деликвента.

4.         Любая      из      существующих      систем      общего      ограничения
ответственности   состоит   из   ряда   элементов   правового   регулирования
отношений   между   участниками   морского   предприятия,   в том числе:
субъекты     права на общее   ограничение   ответственности   по морским
требованиям, виды морских требований, ответственность по которым может
быть, ограничена, способы ограничения ответственности. Совокупность их
определяет   сущность   систем   общего   ограничения   ответственности   по
морским требованиям, сложившихся в праве различных государств.   Одним
из основных элементов выступает способ ограничения ответственности.
Всего в международном частном морском праве существует три способа
общего ограничения ответственности по морским требованиям:   выдача
судна,    ограничение    ответственности    стоимостью    судна    и    фрахта,
ограничение     ответственности      суммой,      определенной     посредством
умножения   установленной   расчетной   единицы   на тоннаж   судна   или
комбинированный,   включающий   элементы   предыдущих трех способов.
Использование того или иного способа обусловливает индивидуальность

заложенного в каждой из систем механизма реализации права на общее ограничение ответственности.

5. Эффективность механизма реализации права на общее ограничение
ответственности по морским требованиям определяется материальным
выражением пределов ответственности и методом их расчета.

6.         Содержание коллизионной нормы статьи 426 КТМ РФ допускает ее
двоякое   толкование   (широкое   и   узкое)   в   части,   касающейся   объема
отношений,      осложненных      иностранным      элементом,      подлежащих
регулированию     нормами     материального     права,     определенными     в
соответствии с заложенной в ней формуле коллизионной привязки. При
узком (нормативном) толковании объем упомянутой нормы указывает только
на правоотношения, связанные с определением непосредственно пределов
ответственности   и,   соответственно,   право,   подлежащее   применению   в
соответствии   с коллизионной привязкой (lex banderae), регулирует только
эту часть отношений. Закон же, предусматривающий наличие права на общее
ограничение гражданско-правовой ответственности, будет определяться в
соответствии с иными коллизионными привязками. Широкое (системное)
толкование    позволяет    включить    все    правоотношения    по    общему
ограничению ответственности по морским требованиям. Для выхода из этой
спорной ситуации предлагается внести изменения в статью 426 КТМ РФ,
изложив ее в следующей редакции: «Отношения, связанные с ограничением
ответственности   по морским   требованиям, регулируются законом
государствафлагасудна».

Теоретическая и практическая значимость исследования. Сформулированные автором концептуальные положения дополняют и развивают существующие научные знания в области правового регулирования отношений по общему ограничению ответственности по морским требованиям. Выводы и положения, содержащиеся в настоящем диссертационном исследовании, могут быть применены в ходе дальнейшей научной разработки указанной проблематики.

Результаты проведенной автором работы могут быть также использованы в правоприменительной деятельности юрисдикционных органов, рассматривающих споры, вытекающие из торгового мореплавания, что должно способствовать их эффективной работе.

Значимость диссертационного исследования связана также и с возможностью обращения к его положениям при подготовке учебно-методического материала, лекционных курсов по морскому праву в юридических и морских учебных заведениях.

Апробация результатов исследования. Диссертация выполнена в Федеральном государственном унитарном предприятии «Государственный проектно-изыскательский и научно-исследовательский институт морского транспорта «Союзморниипроект» Министерства транспорта Российской Федерации и обсуждена на Секции морского права и международных экономических и научно-технических связей Научно-технического совета Федерального государственного унитарного предприятия «Государственный проектно-изыскательский и научно-исследовательский институт морского транспорта «Союзморкиипроект» Министерства транспорта Российской Федерации. Основные выводы и положения диссертационного исследования нашли отражение в опубликованных работах автора общим объемом 1, 7 печатных листа. Положения, разработки и научно-практические рекомендации диссертационного исследования использованы автором при осуществлении Министерством транспорта Российской Федерации международного сотрудничества и выработке государственной политики в области морского транспорта, в том числе направленной на модернизацию и развитие морского транспорта. Кроме того, результаты исследования использовались в деятельности открытого акционерного общества «Совфрахт», связанной с эксплуатацией морских судов (в частности, учитывались при подготовке проектов чартеров), а также при ведении ОАО «Совфрахт» и его дочерними компаниями претензионно-арбитражной работы.

Структура диссертации. Диссертационная работа состоит из введения, трех глав, заключения и списка использованной литературы. СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении автором обосновывается актуальность темы исследования, показывается степень ее разработанности, характеризуется объект, предмет, цель и задачи.

Первая глава «Правовые основы гражданско-правовой ответственности и ее ограничения по обязательствам, возникающим в сфере торгового мореплавания» посвящена рассмотрению вопросов, касающихся сущности гражданско-правовой ответственности, ее характерных черт, основ ограничения гражданско-правовой ответственности как в целом, так и ответственности владельцев источников повышенной опасности, в частности. Одними из наиболее важных, рассмотренных в первой главе, являются вопросы исторических корней общего ограничения ответственности по морским требованиям и процесса формирования этого института в праве различных государств, в том числе и в праве России. Кроме того, в первой главе раскрывается процесс международно-правовой унификации правового института общего ограничения ответственности по морским требованиям, а также проводится сравнительно-правовой анализ положений международных договоров в этой сфере.

В первом параграфе, исходя из анализа общих начал гражданско-правовой ответственности как разновидности юридической ответственности, показывается природа ограничения ответственности, ее взаимосвязь с общими принципами гражданско-правовой ответственности, а также на основе историко-правового анализа делаются некоторые выводы относительно существа ограниченной ответственности по обязательствам, связанным с осуществлением транспортной деятельности.

В рамках первого параграфа анализируется и критически оценивается точка зрения различных авторов о природе гражданско-правовой ответственности как санкции за гражданское правонарушение,

выражающейся в обязанности восстановить нарушенное право, связанной с лишением имущественного характера на стороне правонарушителя и обеспеченной мерами государственного принуждения. Понимание гражданско-правовой ответственности лишь исключительно как санкции за гражданское правонарушение неизбежно ведет к умалению роли гражданско-правовой ответственности в системе общественных отношений. Русскими учеными - цивилистами еще в конце XIX в. выдвигалась концепция понимания гражданско-правовой ответственности как дополнительного обязательства, возникающего в результате изменения первоначального обязательства по тем или иным причинам.

В настоящее время представление о гражданско-правовой ответственности, как о правоотношении, приобретает доминирующее положение в правовой науке, в частности в науке международного права. Тезис о таком понимании гражданско-правовой ответственности применим как для договорных обязательств, так и для деликтных обязательств. В итоге автором делается вывод о том, что гражданско-правовую ответственность целесообразно определять как систему дополнительных правоотношений, возникающих при нарушении стороной правоотношения своих первоначальных обязательств, и возлагающих на нее обязанность по компенсации потерпевшей стороне ее нарушенных прав, а потерпевшей стороне требовать от правонарушителя исполнения данной обязанности.

В диссертационном исследовании отмечается влияние, оказываемое отличительными свойствами гражданско-правовой ответственности (имущественный характер, возможность добровольного устранения последствий правонарушения), на создание условий для существования ограниченной ответственности, а также предопределение ими правовой природы ограничения гражданско-правовой ответственности.

Автором детально исследовано влияние существования в частном праве принципа ответственности без вины на возникновение и существование института ограниченной гражданско-правовой

ответственности. В том числе были проанализированы существующие как в современной отечественной правовой литературе, так и в дореволюционной русской правовой литературе, теории о существовании ответственности без вины в праве.

Ответственность- без вины устанавливается специально для компенсации (восстановления) нарушенных прав потерпевшего. Прежде всего это ответственность владельца источника повышенной опасности, особенностью которой является возмещение вреда потерпевшему независимо от наличия его вины.

Так как транспортная деятельность представляет собой одну из сфер человеческой деятельности, которая непосредственно связана с использованием источников повышенной опасности, а ее значение для развития экономики и международных связей трудно переоценить, позитивное право предусматривает ограниченную гражданско-правовую ответственность лиц, осуществляющих транспортную деятельность. Более того, транснациональный характер этого вида деятельности обусловил закрепление принципа ограниченной гражданско-правовой ответственности владельцев транспортных средств и иных лиц, осуществляющих данный вид деятельности на международном уровне. К таким договорам, например, относятся Конвенция об унификации некоторых правил, касающихся международных воздушных перевозок 1929 г. (Варшавская конвенция)¹⁴,

Соглашение о международном железнодорожном грузовом сообщении 1951 и, Женевская конвенция о договоре автомобильной перевозки пассажиров

и багажа 1973 г., Конвенция о договоре международной дорожной перевозки грузов 1956 г.¹⁶ ^и ^др^.

Второй параграф посвящен изучению исторических корней института общего ограничения ответственности по морским требованиям и процесса формирования основных систем этого института.

и Сборник действующих договоров, соглашений и конвенций, заключенных СССР с иностранными

государствами. Вып. VIII.-М., 1935. С. 326-339. ,™,гт™ „ ,™_о

б Соглашение о международном железнодорожном грузовом сообщении (СМГС).- М., 1998.

is Меяоународные перевозки грузов. СПб, 1993. С. 21-40.

В результате проведенного анализа соотношения институтов римского частного права и современного института общего ограничения ответственности по морским требованиям автором был сделан вывод о том, что исторически институт общего ограничения ответственности по морским требованиям сложился под влиянием римского частного права, а именно -института ограничения ответственности рабовладельца за действия принадлежащего ему раба (noxae deditio). Ограничение ответственности хозяина раба выражалась в виде выдачи объекта (раба), которым причинен вред, потерпевшему. В свою очередь, ответственность судовладельца перед кредиторами ограничивается либо посредством выдачи им судна (система абандона), либо уплаты им суммы, составляющей стоимость судна и фрахта (экзекутивная система) или уплаты кредиторам суммы, составляющей произведение определенной денежной единицы на тоннаж судна (суммарная система). И в древнеримском noxae deditio, и в современном институте общего ограничения ответственности по морским требованиям основным принципом является взаимосвязь между пределом ответственности и объектом, участвующим в обязательстве.

Рассматривая историю формирования института общего ограничения ответственности по морским требованиям, автор останавливается на наиболее важных событиях, повлиявших на становление этого института в праве государств, а также освещает процесс формирования «французской», «немецкой» и «английской» систем общего ограничения ответственности. В частности, автор делает вывод, согласно которому отправной точкой в формировании общего ограничения ответственности по морским требованиям, послужил Французский Морской ордонанс 1681 г., закрепивший в качестве главенствующего принцип ограничения ответственности судовладельца посредством отказа от судна в пользу кредиторов (система абандона). Развитие же института ограничения ответственности в дальнейшем было обусловлено осознанной государствами необходимостью в поддержании торгового мореплавания. Значительную

роль при этом сыграл процесс переработки правовых норм в процессе рецепции права.

В процессе исследования изучался вопрос о становлении общего ограничения ответственности по морским требованиям в праве России, начиная с XVIII в. до настоящего времени. Впервые нормативное закрепление в праве России система общего ограничения ответственности по морским требованиям получила в Уставе купеческого водоходства 1781 г. Впоследствии положения об общем ограничении ответственности по морским требованиям включались в Устав торговый, КТМ СССР 1929, КТМ СССР 1968, КТМ РФ, а также являлись предметом регулирования отельного правового акта - Постановления Центрального исполнительного Комитета и Совета Народных Комиссаров от 28 мая 1926 г. «Об ограничении ответственности владельцев морских торговых судов».

Кроме того, автором детально изучен процесс становления института общего ограничения ответственности по морским требованиям в праве США. Данное обстоятельство имеет важное значение, поскольку США никогда не участвовали ни в одном из международных соглашений, регулирующих отношения, связанные с рассматриваемым институтом, тем не менее он закреплен в праве США.

В третьем параграфе рассматривается процесс международной унификации правил об ограничении ответственности, как по отдельным видам обязательств, возникающим в сфере торгового мореплавания, так и правил об общем ограничении ответственности по морским требованиям.

Вторая глава «Сфера применения правил об общем ограничении ответственности по морским требованиям» посвящена рассмотрению вопросов, связанных со сферой действия института общего ограничения ответственности по морским требованиям. Во второй главе автором исследуется субъекты права на общее ограничение ответственности по морским требованиям, виды морских требований, ответственность по которым может быть ограничена.

Первый параграф посвящен изучению субъектного состава института общего ограничения ответственности по морским требованиям, установленного международными договорами и законодательством различных государств, который определяется объемом и степенью' участия лиц, осуществляющих морское судоходство, в обязательствах, возникающих в сфере торгового мореплавания, что зависит от правового положений этих лиц. Указанные вопросы невозможно рассматривать в отрыве от оснований возникновения обязательств, вытекающих из торгового мореплавания. В этой связи, автором дается общая характеристика оснований возникновения обязательств в праве, в целом, и в международном частном морском праве, в частности, анализируются точки зрения зарубежных авторов по данному вопросу. Принимая во внимание факт того, что обязательства все равно носят либо договорный (сделки) либо внедоговорный характер (Сделки, деликты, квазидоговоры) ответственность по ним будет носить либо договорный либо внедоговорный характер.

В соответствии с правилами об общем ограничении ответственности по морским требованиям, ограничению подлежит как договорная, так и внедоговорная ответственность.

По сравнению с Конвенцией 1924 г. и Конвенцией 1957 г., Конвенция 1976 г. содержит более широкий перечень лиц, имеющих право ограничить свою ответственность. В соответствии со статьей 1 Конвенции 1976 г. к числу таких лиц относятся: судовладельцы, которые включают в себя собственника (owner), фрахтователя (charterer), менеджера (manager), оператора (operator); спасатели; страховщики; любое лицо, за действия которого несет ответственность судовладелец или спасатель.

Автором проводится анализ каждой категории лиц, имеющих право на общее ограничение ответственности по морским требованиям, с точки зрения способности каждого из этих лиц быть субъектами договорной и/или внедоговорной ответственности, изучаются различные аспекты их участия в морском предприятии и степень такого участия, которое оказывает влияние

на использование ими права на ограничение ответственности. Так, право собственности на судно дает судовладельцу возможность в полной мере эксплуатировать его. При этом собственник судна может выступать стороной обязательств, имеющих различные основания возникновения (обязательства, возникшие из договора, деликтные обязательства и квазидоговоры), соответственно, ограничению подлежит как договорная, так внедоговорная ответственность собственника судна. В свою очередь, круг правоотношений (помимо правоотношений с собственником судна), в которых может выступать фрахтователь по тайм-чартеру, ограничивается договорными правоотношениями по перевозке грузов, пассажиров, багажа и грузобагажа, что определяет и характер его возможной ответственности и ее ограничения — договорная ответственность. Правовое содержание бербоут-чартера предопределяет возможность фрахтователя по нему быть участником, как договорных обязательств, так и внедоговорных обязательств, в связи с чем характер ответственности фрахтователя по бербоут-чартеру и ее ограничения может носить и договорный и внедоговорный характер.

В результате исследования вопроса о праве на общее ограничение ответственности по морским требованиям оператора и менеджера судна, делается вывод о том, что несмотря на схожесть правовой природы этих двух категорий лиц, их разделение обосновано, поскольку и юридически, и фактически менеджер, в отличие от оператора, являясь стороной в договоре менеджмента судна, выступает самостоятельным субъектом как договорных, так и внедоговорных обязательств в отношениях с третьими лицами. Тогда как оператором может выступать практически любое лицо, эксплуатирующее судно, в том числе собственник и фрахтователь, и характер ответственности такого лица будет зависеть от объема имущественных прав на судно.

Несмотря на такой широкий перечень, Конвенция 1976 г., как и Конвенции 1924 г. и 1957 г., не упоминает в числе лиц, имеющих право ограничить свою ответственность, лоцманов. По мнению автора, вопрос ограничения ответственности лоцмана должен ставиться в зависимость от

режима ответственности за ненадлежащую лоцманскую проводку перед третьими лицами, отличными от лоцманской организации и судовладельца, в интересах которого осуществляется лоцманская проводка, устанавливаемого национальным законодательством различных стран.

Во втором параграфе раскрывается объектный состав правил об общем ограничении ответственности по морским требованиям.

Режим общего ограничения гражданско-правовой ответственности, установленный Конвенцией 1976 г., охватывает значительное число требований, которые могут возникнуть при осуществлении торгового мореплавания. Он распространяет свое действие на широкий круг как договорных, так и внедоговорных (деликтных) обязательств.

В связи с этим, базируясь на работах таких ученых, как В.В. Витрянский, Н. Гаскелл, Г. Г, Иванов А.А. Маковская, А.Л. Маковский, Н. Тротц, Т.А. Фадеева, P.O. Халфина, К.М. Шмиттгофф автор проводит исследование характера каждого из видов морских требований, ответственность по которым подлежит ограничению согласно Конвенции 1976 г. а также Конвенции 1976 г., измененной Протоколом 1996 г.

В работе отмечается, что разделение видов требований, связанных с причинением вреда жизни и здоровью, на требования пассажиров и, так называемые, общие требования, позволяет применять дифференцированный подход к ограничению гражданско-правовой ответственности судовладельца в зависимости, от вида ответственности (договорная или внедоговорная ответственность). В то же время дифференцированный подход к вопросу об ограничении ответственности по данным категориям требований может и не иметь места при отнесении национальным правом ответственности по обязательствам, вытекающим из причинения вреда жизни и здоровью пассажира при выполнении договора морской перевозки пассажира к деликтной.

Иная ситуация складывается в сфере общего ограничения ответственности по морским требованиям, связанным с причинением вреда

имуществу, происшедшим на борту судна или в прямой связи с его эксплуатации.

Принимая во внимание факт того, что право относит к основной обязанности перевозчика по договору морской перевозки груза либо багажа, обеспечение сохранности принятого к перевозке имущества, то причинение вреда такому имуществу, должно рассматриваться как нарушение договорных обязательств перевозчика и, следовательно, ответственность перевозчика будет носить договорный характер. Таким образом, в данном случае ограничению по правилам Конвенции 1976 г. подлежит договорная ответственность.

В то же время сфера действия правил Конвенции 1976 г. в отношении ограничения ответственности по имущественным требованиям не сужается только лишь до ограничения договорной ответственности. Об этом свидетельствуют следующие конвенционные положения.

Во - первых, подпункт «а» пункта 1 статьи 2 Конвенции 1976 г. содержит указание на то обстоятельство, что ущерб имуществу должен быть причинен «на борту судна или в прямой связи с его эксплуатацией, либо в связи с проведением операций по спасанию». Если причинение ущерба имуществу на борту судна в большинстве случаев будет являться следствием, прежде всего, неисполнения, либо ненадлежащего исполнения судовладельцем (перевозчиком) своих обязательств по договору перевозки, то причинение вреда имуществу в связи эксплуатацией судна, может повлечь ответственность как договорную, так и внедоговорную, что в значительной степени предопределяется толкованием понятия «эксплуатация» судна.

Во-вторых, в текст рассматриваемого подпункта Конвенции 1976 г. включена уточняющая формулировка объектов, которым может быть причинен ущерб (портовые сооружения, водные бассейны, судоходные пути и средства навигационной обстановки), что также позволяет говорить о распространении правил Конвенции 1976 г. на ограничение деликтной ответственности. Речь идет об ответственности за причинение ущерба. Это

же подтверждается подпунктом «с» пункта 1 статьи 2 Конвенции 1976 г., согласно которому ограничению подлежат требования в отношении иного ущерба, явившегося результатом нарушения любых прав, возникших не из договора и происшедших в прямой связи с эксплуатацией судна или с операциями по спасанию.

Данное положение дает возможность для расширения сферы действия Конвенции 1976 г., посредством включения в иные международные соглашения, регулирующие отношения, связанные с ответственностью судовладельца по различного рода деликтным обязательствам, норм, в соответствии с которыми возможно ограничение ответственности по правилам, установленным Конвенцией 1976 г. Так, согласно статьям 6 и 7 Международной конвенции о гражданской ответственности за ущерб от загрязнения бункерным топливом, владелец судна, виновного в загрязнении моря нефтепродуктами, которые использовались в качестве топлива для плавания судна (утечка, пробоина при столкновении и т.п.), может ограничить свою ответственность по правилам Конвенции 1976 г.

В отличие от подпункта «а» пункта 1 статьи 2 Конвенции 1976 г. подпункт «b» пункта 1 статьи 2 Конвенции 1976 г. распространяет свое действие только на договорную ответственность судовладельца. Согласно этому подпункту одним из видов требований, по которым ограничивается ответственность судовладельца, являются требования о возмещении ущерба, возникшего в связи с задержкой в перевозке груза, пассажира или багажа. Договорная природа указанного вида требований очевидна. Одним из обязательств, которые берет на себя перевозчик по договору перевозки груза, пассажира или багажа, является доставка предмета перевозки в определенный срок по согласованному сторонами маршруту.

Нарушение условия о маршруте, то есть отклонение перевозчика от согласованного маршрута (девиация), будет являться нарушением условий договора. В том случае, если отклонение от согласованного маршрута повлекло задержку (опоздание) в доставке груза и, как следствие,

причинение ущерба пассажиру, грузу или багажу, то ответственность в виде возмещения понесенного ущерба может быть ограничена судовладельцем по правилам Конвенции 1976 г.

В Конвенции 1976 г. не содержится оговорок относительно вида ущерба, причиненного задержкой в перевозке. Представляется, что под понятие «ущерб» в данном случае подпадает любой вид ущерба, включая материальный вред, личный неимущественный вред (моральный вред). Таким образом, ограничена может быть ответственность по требованиям о возмещении любого вида ущерба, связанного с задержкой в перевозке.

Подпунктами «d» и «е» статьи 2 Конвенции 1976 г.установлено, что ограничению подлежит ответственность по требованиям в отношении подъема, удаления, уничтожения или обезвреживания судна, которое затонуло, превратилось в обломки, село на мель или покинуто, включая все, что находилось или находится на борту такого судна, а также возникшие в результате удаления, уничтожения или обезвреживания груза судна.

Подобного рода требования, могут возникать во-первых, в связи с исполнением уполномоченными органами государственной власти, организациями различной организационно-правовой формы обязанности по обеспечению безопасного судоходства, а также в целях предотвращения причинения ущерба (загрязнения) окружающей среде и, во-вторых, в связи с предъявлением владельцем затонувшего судна или груза, исполнившего возложенную на него органами государственной власти обязанность по удалению этого судна или груза, регрессных требований к судовладельцу, виновному в затоплении.

Еще одним видом требований, ответственность по которым подлежит ограничению, является требование лица, которое предприняло меры для предотвращения или уменьшения ущерба, причиненного лицом, ответственным за ущерб. Данные требования предъявляются в порядке регресса и, в силу положений пункта 2 статьи 2 Конвенции 1976 г., ответственность по ним также может быть ограничена.

Третья глава «Механизм реализации права на общее ограничение ответственности по морским требованиям» посвящена анализу правового регулирования отношений, связанных с реализацией права на общее ограничение ответственности по морским требованиям, установленного Конвенцией 1976 г. и Конвенции 1976 г., измененной Протоколом 1996 г.

В первом параграфе рассматриваются вопросы, связанные с материальным выражением общих пределов ответственности по морским требованиям.

Способы материального выражения общих пределов ответственности по морским требованиям, установленные международными договорами (имеется в виду Конвенции 1924 г., 1957 г. и 1976 г.) различны. Последний из международных договоров - Конвенция 1976 г. предусматривает ряд принципиальных отличий от предыдущих международных договоров в способах расчета пределов ответственности, в том числе:

- перехода от унифицированного размера предела ответственности,
увеличивающегося прямо пропорционально тоннажу судна, к системе
«частей и целых»^17;

- выражение стоимости пределов ответственности в расчетных
единицах, каковыми являются единицы специального права заимствования
(special drawing right - SDR). Переход к системе расчетов пределов
ответственности судовладельцев от золотого франка состоялся в рамках
изменения системы международных расчетов и определения денежного
выражения пределов ответственности владельцев транспортных средств;

- по сравнению с механизмом реализации права на общее ограничение
ответственности по морским требованиям, установленным Конвенцией 1957
г., механизм реализации права на ограничение ответственности по морским

17 Следует отметить, что согласно статье 3 Протокола 1996 г. был изменен минимальный размер валовой

вместимости, для которого устанавливается «целая» часть предела ответственности. Если по Конвенции 1976 г. такой минимум составлял 500 тонн, то по Протоколу 1996 г. он возрос до 2 000 тонн. В соответствии с этим Протоколом 1996 г. также было определено соотношение «частей» и «целых» для расчета пределов ответственности по личным требованиям и по общим требованиям. Конвенция 1976 г. содержит четыре части для расчета пределов ответственности по первой категории требований и пять - по второй. Протокол 1996 г. содержит равное число «частей» и «целых»

требованиям по Конвенции 1976 г. в большей степени гарантирует интересы крупных судовладельцев;

- увеличены общие пределы ответственности. Несмотря на увеличение
пределов ответственности по сравнению с Конвенцией 1957 г., в связи с
применением системы «частей и целых», такое увеличение произошло
неравномерно. Так, если предел ответственности владельца судна
вместимостью до 300 тонн (минимальный предел) по Конвенции 1957 г.
составлял в 1976 г. - 74 400 долларов США, то по Конвенции 1976 г. для
владельца судна валовой вместимостью до 500 тонн такой предел составлял
бы 600 000 долларов США, то есть минимальный объем ответственности
судовладельца по Конвенции 1976 г. превышает минимальный объем
ответственности судовладельца по Конвенции 1957 г. примерно в 8 раз.
Однако чем больше тоннаж судна, тем меньше становится этот разрыв, и для
судов вместимостью 150 000 тонн он составляет пропорцию 1:1,6;

-    при   расчете    общих   пределов   ответственности   по   морским
требованиям, Конвенцией   1976 г. предусмотрено, что за тоннаж судна
принимается   валовая   вместимость   судна,   определяемая   по   правилам
Международной конвенции по обмеру судов   1969 г., что существенно
повышает пределы ответственности по морским требованиям по сравнению с
Конвенцией 1957 г.

Национальное правовое регулирование общего ограничения ответственности по морским требованиям находится в прямой зависимости оттого, участником какого из международных соглашений, унифицирующих материально-правовые нормы об общем ограничении ответственности по морским требованиям выступает то или иное государство. В настоящее время подавляющее большинство государств присоединились либо к Конвенции 1957 г., либо к Конвенции 1976 г., либо к Конвенции 1976 г., измененной Протоколом 1996 г. Это, в свою очередь, создает некоторые проблемы в практическом применении норм об общем ограничении ответственности по морским требованиям к отношениям, осложненным

иностранным элементом, когда стороны таких правоотношений принадлежат различным государствам, национальное законодательство которых, в свою очередь, до - разному регулирует указанные правоотношения.

Данное обстоятельство обусловливает наличие коллизии норм права, существующих в национальном законодательстве разных стран и регулирующих отношения, связанные с общим ограничением ответственности по морским требованиям.

В связи с этим в работе рассматриваются теоретические и практические аспекты коллизионного регулирования отношений, связанных с общим ограничением ответственности по морским требованиям. В частности, используя теоретические положения, изложенные С.А. Гуреевым, Т.Н. Нешатаевой, В.Ф. Сидорченко, Б.Ф. Хейфецом, X. Шаком, а также результаты судебно-арбитражной практики, автор делает выводы о том, что особую роль при преодолении коллизии права играет разрешение национальным законодательством вопроса о том, какой характер носят нормы права, регулирующие общее ограничение ответственности по морским требованиям - процессуальный или материальный. Это обусловлено тем, что в первом случае согласно пока еще действующему, но подвергающемуся критике, общему принципу международного гражданского процессуального права, их применение будет осуществляться по закону суда (lex fori). Применительно ко второму случаю, возникающая коллизия права может быть преодолена с помощью внутренних коллизионных норм, содержащихся в национальном праве государств и регулирующих вопросы выбора применимого права.

В прямой связи с вопросом о квалификации норм об общем ограничении ответственности по морским требованиям находятся вопросы определения подсудности, поскольку определение подлежащего применению коллизионного права, а затем и материального права в процессе судебного разбирательств зависит от места рассмотрения спора, так как нормы

международного частного права (коллизионные нормы) применяются судом на основе принципа закона суда lex fori.

При исследовании вопросов коллизионного регулирования отношений, связанных с общим ограничением ответственности по морским требованиям и осложненных иностранным элементом, автором указывается на наличие противоречий между коллизионными нормами, содержащимися в ПС РФ¹⁸ в КТМ РФ. Помимо этого, в работе указывается на наличие спорной ситуации в регулировании коллизионной нормой статьи 426 КТМ РФ отношений, связанных с общим ограничением ответственности по морским требованиям, и осложненных иностранным элементом.

Второй параграф посвящен некоторым вопросам создания и распределения ограничительного фонда, представляющего собой обособленную часть имущества ответственного лица, стоимость которого равна общему пределу гражданско-правовой ответственности. Ограничительный фонд является мерой обеспечения требований потерпевших и подлежит распределению между ними. По своей правовой природе нормы, касающиеся создания и распределения ограничительного фонда, являются нормами процессуального характера в отличие от норм, устанавливающих субъекты и объекты режима ограничения ответственности, систему расчета пределов ответственности.

Одной из актуальных проблем, возникающих при применении правил о создании ограничительного фонда, является определение органа, в котором может быть создан фонд ограничения ответственности. В частности, согласно пункту 1 статьи 11 Конвенции 1976 г. лицо, на которое может быть возложена ответственность, может учредить фонд в суде или другом компетентном органе любого государства - стороны Конвенции, в котором предъявлен иск в отношении требований, подпадающих под ограничение отв етств енно сти. иЧасть первая//Собрание законодательства Российской Федерации 1994, № 32, ст. 3302, часть

вторая//Собрание законодательства Российской Федерации 1996, № 5, ст. 410, часть третья//Собрание законодательства Российской Федерации 2 0 01 ,№ 49, ст. 4 S S 2.

Статьей 363 КТМ РФ предусмотрено, что лицо, на которое может быть возложена ответственность, может создать фонд ограничения ответственности в суде или арбитражном суде, в которых к нему предъявлен иск по требованию, по которому ответственность данного лица может быть ограничена. Однако отсутствие в КТМ РФ указания на третейские суды делает, по мнению автора, невозможным создание ограничительного фонда в этих судах при рассмотрении в них какого-либо дела, связанного с предъявлением морских требований, ответственность по которым может быть ограничена.

Вторая группа проблем ограничительного фонда связана с его размером. С первого взгляда расчет размера ограничительного фонда не может создать затруднений. Однако существует ряд проблемных вопросов по некоторым видам морской деятельности, от способа разрешения которых зависит подход к расчету пределов ответственности и соответственно размера ограничительного фонда. На практике такие проблемные вопросы связаны с осуществлением буксировки.

Как показывает судебная практика, возложение гражданско-правовой ответственности за вред, причиненный третьим лицам в ходе буксировки, на участников буксировки зависит от вины каждого из них в причинении вреда. В свою очередь реализация участниками буксировки прав на общее ограничение ответственности по морским требованиям, вытекающим из причинения вреда, обусловлена степенью участия каждого из них в совместно причиненном вреде, что и является определяющим при создании ограничительного фонда. Это объясняется тем, что общий предел ответственности определяется, исходя из тоннажа судна, принадлежащего виновному лицу и участвующего в обязательстве.

Другой принципиальный вопрос, возникающий при определении размера ограничительного фонда, касается учета встречных требований ответственных лиц при создании фонда. Данный вопрос особенно актуален при инициировании процесса ограничения ответственности судовладельцев,

являющихся участниками столкновения судов. В связи с тем, что обычно при столкновении судов вред причиняется обоим судовладельцам, они получают возможность предъявлять друг другу встречные требования о возмещении причиненного вреда. Как известно, размер ответственности судовладельцев друг перед другом зависит от степени вины каждого из них в в^19. ^В ^слу^чае ^{наличия} ^Ч*⁴™* требований размер

столкновении судов¹⁹ ограничительного фонда будет зависеть от порядка произведения зачета встречных требований: либо зачет будет производиться до подсчета пределов ответственности судовладельца (метод «единой» ответственности), либо после подсчета пределов ответственности (метод «раздельной» ответственности). Конвенция 1976 г. и, соответственно, КТМ РФ предусматривают метод «единой» ответственности.

Способ создания ограничительного фонда также имеет значение при реализации права на общее ограничение ответственности по морским требованиям. Статьи 11 и 14 Конвенции 1976 г. предоставляют решение вопроса о способе создания ограничительного фонда национальному законодательству государств-участников, указывая, что фонд может быть создан или путем внесения сумм, или путем представления обеспечения, которое может быть приемлемым по законодательству государства -стороны. Между тем, в зарубежной судебной практике встречаются случаи, когда при некоторых обстоятельствах для создания ограничительного фонда недостаточно лишь внесения фиксированной денежной суммы, а требуется еще и предоставление гарантии или иного обеспечения.

Учреждение ограничительного фонда влечет за собой наступление определенных правовых последствий, имеющих значение как для судовладельца, так и для его кредиторов. Данные правовые последствия связаны с применением обеспечительных мер в отношении имущества судовладельца-должника. Правовые последствия создания ограничительного фонда можно условно разделить на две категории:

«Статьи 1079ГКРФ, 312,313КТМРФ.

- создание препятствия для обременения обеспечительными мерами
имущества судовладельца в будущем;

- освоббждение уже обремененного обеспечительными мерами
имущества судовладельца - должника.

По мнению автора, установление таких правовых последствий находится в тесной связи с одной из основных задач, которые призван решать ограничительный фонд и его схожестью с обеспечительными мерами. Эта задача заключается в том, что ограничительный фонд как и обеспечительные меры обеспечивает предоставление гарантий для удовлетворения имущественных интересов кредиторов судовладельца. Однако в отличие от обеспечительных мер (как предварительных, так и судебных) создание ограничительного фонда носит добровольный характер и его создание является правом, а не обязанностью ответственного лица. Истоки правовой природы ограничительного фонда следует искать в ранних системах ограничения ответственности, включая систему «абандона», когда судовладелец обеспечивал интересы кредитора своим имуществом «вверенным морю».

Относительно вопроса о распределении созданного ограничительного фонда необходимо отметить, что участие в распределении фонда различных кредиторов базируется на принц ипе равенства прав на получение доли в пропорциональной зависимости от размера своего требования. Данный принцип закреплен статьей 12 Конвенции 1976 г. (статьей 364 КТМ РФ). Как показывает практика применения иностранными судами правил ограничения ответственности, установленных Конвенцией 1976 г., размер каждого требования должен быть подтвержден доказательствами, а непосредственно процедура распределения ограничительного фонда может быть начата только после того, как размер всех требований к ограничительному фонду будет доказан. Аналогичное положение содержит и статья 364 КТМ РФ, согласно которой фонд ограничения ответственности распределяется между

имеющими требования лицами пропорционально установленным суммам требований.

В данном случае, с точки зрения процесса, можно наблюдать взаимосвязь между процедурой рассмотрения дела о привлечении к ответственности судовладельца по существу и процедурой ограничения его ответственности.

В заключении автором подводятся итоги проведенного исследования, формулируются основные теоретические выводы и практические предложения, сделанные в результате исследования.

Основные положения и выводы диссертации опубликованы в следующих работах

1. Тонких А.В. Ограничение гражданско-правовой ответственности
владельцев транспортных средств//Проблемы правового регулирования на
транспорте. Сборник научных трудов Московской государственной академии
водного транспорта. М.: МГАВТ.2003. - 0,7 п.л.

2. Тонких А.В. Об ограничении ответственности фрахтователя по
обязательствам, вытекающим из торгового мореплавания/Юридическая
мысль. Научно-практический журнал. №4 (17) за 2003 г. СПб.: Юридический
институт, 2003. - 0,3 п.л.

3. Тонких А.В. Вопросы применения правил об ограничении
ответственности судовладельца//Ежегодник морского права 2003 г.
М.: Союзморниипроект, 2004. - 0,5 п.л.

4. Тонких А.В. Гражданско-правовая ответственность как
разновидность юридической ответственности//Юридическая мысль. Научно-
практический журнал. №2 (19) за 2004 г. СПб.: Юридический институт, 2004.
-0,2 п.л.